Война - дело житейское (СИ)

Послышались шаги и отдалённый спокойный разговор, словно вокруг не было никакой войны. А через пару минут в поле моего взгляда появилось пятеро чернокнижников. От вида одного мой живот вновь свело судорогой, а слёзы потекли по щекам от боли и страха – ребёнок толкался всё сильнее, явно из-за моих переживаний и ужасов пожелав появиться прямо сейчас, чтобы не умереть. Сириус Найтгест IV, он же – Сириус Кровавый, стоял перед Торесом и с презрением смотрел на него.
  
– Я… я убил его! – проорал де’Льян, вновь надрывно захохотав и явно не видя своих будущих убийц. – Я убил его! Я стану… да, я стану следующим Лордом Оборотней! Торес Первый!
Господин Чернокнижников презрительно ухмыльнулся, что совсем не испортило его немного бледное, уставшее лицо. Золотистые волосы тугими кудрями спадали на его плечи, покрытые чёрным плащом, застёгнутым под самое горло. Позади него высился лысый махина-мужчина, рядом стоял высокий, утончённый парень с русыми, прямыми волосами и холодным взглядом льдистых глаз, позади них всех стояла темнокожая девушка с алыми глазами. Но когда я бросил взгляд на последнего, меня пробил ледяной пот. Я понял, что здесь была та самая четвёрка, которая не раз и не два разносила города в пыль. Лиам, Оскар, Тамика и Серый Принц, он же – Артемис Акио I. Господин Жрецов. И если связь между тремя другими была ясна, то он сюда совершенно не вписывался. Он казался совсем ещё мальчишкой, хотя был всего на пару лет младше меня. Он безучастно смотрел на развернувшуюся трагедию и не подавал никаких признаков жизни. А затем вдруг поднял на меня взгляд серых глаз. Меня будто облило ледяной водой, и я вжался в стену, мелко дрожа от страха, стараясь успокоить ребёнка. Жрец перестал смотреть на меня и шагнул к Торесу.
Только тогда оборотень его заметил и безумно заулыбался:
– А, Серый Принц!.. Ну что, хе-хе, как твоя, хе-хе, мамаша? Хе-хе… Сыграла в ящик?
Мужчина разразился хохотом, а лицо юноши исказила квинтэссенция ненависти и бешенства, на миг проступила истинная сущность Акио – мелькнула серая кожа, острые клыки, за спиной на миг появились перепончатые крылья, а изогнутые рога довершили эту картину. Но лишь на миг. Серые глаза стали менять свой цвет на ядовито-оранжевый. Зрачок расплылся, стал больше напоминать паутину.
– Пошути мне ещё тут, ублюдок, – хрипло произнёс жрец, и Торес замер, задёргался, начиная визжать и верещать, захлёбываясь своими криками. Его словно бы выжимали, как лимон – оболочка оставалась, а вся напряжённая сила мышц стала исчезать, из него уходили все соки.
– Не перестарайся, Арти, – тихо произнёс Господин чернокнижников, и жрец, вздрогнув, прикрыл глаза и отступил к стене.
Меня вновь повело, судороги охватили моё тело, и я сполз на пол ниши. Они говорили о чём-то, затем часть из них ушла, а двое остались. Жрец кричал что-то неразборчивое, ему тихо отвечал чернокнижник, а затем удалились и они. Меня ломало, а вскоре кровь пошла ртом. С трудом отодвинув в сторону прикрывающий меня кусок стены, я вывалился наружу. Стерев с уголка рта кровь, я принялся медленно чертить руну телепортации, а затем приложил к ней ладонь. Меня закрутило, завертело, сжало, расплющило, разорвало на мелкие кусочки, а затем выбросило в главную залу замка дроу. Послышались крики и вопли, топот ног, а я мог только вопить от боли – ребёнок рвался наружу, но никто ему не обеспечил нужного сейчас перехода, а потому он явно вознамерился пробить себе путь, разрывая моё тело.
– Бог смерти, он рожает! – крикнул кто-то, забегали вдвое быстрее, закричали втрое громче.
Чьи-то сильные руки меня подхватили, и я потерял сознание от адской боли.
Открыть глаза мне удалось только через пару дней. Тело казалось поразительно лёгким, уютным и свободным. Я вдохнул полной грудью и приоткрыл глаза. Незнакомая комната сперва напугала меня, а затем воспоминания волной нахлынули, заставив испуганно сжаться в комок и притронуться к животу – ребёнка извлекли.
– Доброе утро, ваше высочество, – раздался приятный, низкий голос рядом со мной. С трудом повернувшись, я встретился взглядом со взглядом тёмных глаз Повелителей дроу. Тёмноглазый мужчина с тяжёлыми, густыми абсолютно белыми волосами и взглядом глубоких, антрацитово-чёрных глаз с мягкой улыбкой смотрел на меня. Он был совсем не молодым, я бы сказал, что уже в возрасте, но явно ещё не собирался умирать, хотя его высокий лоб испещрили первые морщины, которые были в уголках глаз и губ. Длинные его, острые уши говорили о том, что он абсолютно точно – чистокровный дроу, вот только лицо его не было изуродовано татуировкой, как у обычных солдат и других служащих. – Как вы себя чувствуете?
– Так, как будто меня собрали заново, – улыбнулся я в ответ на его очаровательную улыбку. – Но где этот… это…
– С ребёнком всё в порядке, Арлан, но из-за чего ты так резко говоришь о своём детище? У вас, оборотней, это совершенно несвойственное поведение, – попробовал вразумить меня мужчина, как будто напоминая, что я наверняка не буду иметь возможности забеременеть ещё очень и очень долго.
– Потому что этот чёртов выблядок – сын от моего покойного ублюдочного отца, – рыкнул я, садясь в кровати и проводя по лицу ладонью. – Так тебе яснее, правитель?
– Яснее некуда, – вздохнул мужчина и прикусил губу.
Мы молчали и думали о своём. Я думал о том, что нужно наверняка вернуться в замок и попробовать его каким-то чудом восстановить, вернуть тех, кто ушёл сюда перед нападением чернокнижников, а затем пытаться выйти из тени, встать на ноги. Люсьен – мне казалось, что это имя совершенно не подходит для тёмного эльфа, а тем более – их короля, но именно так звали мужчину, что сидел передо мной – думал о чём-то своём, явно не особенно радужном.
– Люсьен, – наконец произнёс я, – если всё действительно пойдёт лучше, чем я думаю сейчас, сможешь ли ты оказать мне небольшую услугу?
– Я готов помочь тебе ресурсами, Арлан, – кивнул мужчина, а затем лукавые искорки пламенем вспыхнули в его глазах. – Но за ответную услугу.
– Идёт, – кивнул я, стараясь немного перевести дыхание – внезапная усталость стала сковывать моё тело.
– Если… если этот ребёнок тебе не нужен… То позволь нашим эльфам воспитать его, а я женюсь на нём, когда он подрастёт? Ты же знаешь, моя жена умерла много лет назад, а другой я найти не могу. Быть может – этот мальчишка сможет её заменить?
Я изумлённо глянул на дроу. Вот так-да! Вот так и просьба. Я планировал утопить этого ребёнка при первой же возможности, но дроу явно этого не желал и едва ли не с мольбой смотрел на меня.
– Хорошо, – кивнул я, проведя по лицу ладонью. – Только если тебя не остановит тот прискорбный факт, что мальчик может быть с отклонениями. Всё же, он родился раньше, чем положено. И, во-вторых, он… он, – горло моё пересохло, и я виновато опустил взгляд. – Ребёнок от связи отца с сыном. Пожалуй, этот фактор куда как неприятнее, чем всё остальное, и, к тому же,…
– Арлан, – строгий голос мужчины заставил меня вздрогнуть и сжаться в комок, обняв себя хвостом. – В первую очередь он – ребёнок. Не важно, какой – от смешанной крови внутри семьи, калека, идиот, разгильдяй. В первую очередь он – ребёнок. Мы можем с тобой так судить о взрослых мужчинах и женщинах, которые творят такой бедлам, от которого реками льётся кровь, а земля меняет своё очертание. Но это ещё совсем невинное дитя. В наших с тобой силах сделать всё возможное, чтобы ребёнок вырос здоровым и не моральным уродом, как многие вокруг. В наших с тобой силах сделать так, чтобы он был счастлив и никогда не познал того горя, что познал ты. Поэтому, позволь мне в будущем взять его в свои мужья и построить с ним семью. Я не смотрю на то, что ты с таким презрением и ненавистью отказываешься от него, потому что его насильно зачал твой отец. Но мне нужно твоё разрешение, как законного родителя, потому что я лично видел, как ты хватался за живот во сне и рычал, пытаясь защитить своё дитя, которое у тебя так резко отняли. Кем бы он ни был, но в нём течёт и твоя кровь тоже.