Неоконченный репортаж (СИ)
Приехав в клуб, Егор созвонился со своим администратором и попросил оповестить всех «своих» о предстоящем вечере. Открыв крышку ноутбука и отложив телефон в сторону, Егор задумчиво побарабанил пальцами по столу, ожидая открытия нужной страницы, невольно подумав о девушке.
Как Алёнка воспримет его сообщение о том, что с сегодняшнего дня её жизнь кардинально изменится? Он дал девушке несколько дней на осмысление, принятие окончательного решения, и был сейчас вполне спокоен за реакцию Алёнки, и всё же где-то в глубине души оставалась некая тревога — а вдруг она передумает? Откажется прямо здесь, на пороге его клуба?…
Именно в таком состоянии его и застал Борис Ефимович. Предварительно созвонившись с Егором и узнав его намерение провести оставшуюся часть дня в клубе, партнёр по бизнесу решил сам нагрянуть на встречу с ним.
— Ты что-то совсем не показываешься… Не наведываешься к старику… — привычно забалагурил Борис Ефимович, едва подойдя к столу Егора, — У тебя всё хорошо?
Егор даже не вздрогнул от неожиданности: годы выдержки и тренировки над самим собой и своим телом давали свои плоды. Хоть он и был сейчас весь поглощён размышлениями и собственными мыслями, внезапное появление из-за спины громогласного Бориса Ефимовича никак не проявилось внешне:
— Да как-то навалилось… То одно, то другое… Присаживайтесь, Борис Ефимович, поговорим хоть тут, — улыбнулся Егор и широким жестом махнул в сторону своего свободного столика, закрывая крышку ноутбука.
— Егор, — отрывисто проговорил мужчина, — Я давно тебя знаю. Таким, как сейчас, я тебя никогда не видел. Похоже, ты потерял… — не закончив фразу, он внимательно посмотрел Егору в глаза.
— Что? — недоумённо проговорил Егор, пытаясь уловить суть разговора, потому что мысленно он был далеко отсюда, и оборвавшаяся где-то на середине фраза партнёра заставила его вернуться в реальность.
Улыбка растянула лицо добродушного толстяка:
— Друг ты мой! Потерял ты покой и сон! — радостно засмеялся он, — Ты, похоже, влюбился!
Егор чуть заметно улыбнулся в ответ:
— Борис Ефимович, миленький… Вы же знаете моё отношение к «высоким чувствам»… — попытался укорить мужчину Егор, но тот его тут же перебил:
— Знаю, мой дорогой… Но разве закоренелый извращенец, а в данном конкретном случае — ты, так вот разве ОН не может влюбиться? Любовь — она дама такая, — помахал Борис Ефимович кистью руки в воздухе, — Разная… Не зря же издавна пошла поговорка: «бьёт — значит любит»… А твои коллеги успешно взяли её на вооружение…
— Нууу… Я тут совсем не соглашусь с Вами, милейший Вы мой! В стенах этого клуба больше принято говорить «бьёт — значит, доставляет удовольствие»… Причём обоим…
— И всё же ты не обманешь меня, старого лиса, — захохотал Борис Ефимович, — знаешь, мне ведь хватило одного только взгляда тогда, на выставке её картин, чтобы понять: ты — пропал…
Егор молчал, с улыбкой выслушивая партнёра. А после последних слов уверенно проговорил:
— Я не знаю, что Вам сказать, Борис Ефимович, но вот то, что я чувствую эту девушку — несомненно. Также явно, как и вижу в ней талант художника…
Поговорив ещё немного и обсудив кое-какие рабочие моменты, мужчины встали из-за стола: Егор — чтобы пожать партнёру на прощание руку, а Борис Ефимович — чтобы откланяться и отправиться по своим делам.
… Пришло время дать указания Алёнке.
Егор мгновение помедлил, рассматривая пустой экран телефона, и решительно принялся набирать текст…
Гл9
* * *Приехав домой, Алёнка первым делом оделась в удобную одежду: как минимум, девушке катастрофически не хватало нижнего белья на своём теле. Следом были натянуты удобные вельветовые штаны и майка с коротким рукавом: даже в тёплое время года Алёнка почему-то мёрзла и предпочитала штаны лёгким шортикам и коротким домашним сарафанчикам.
Оглядев продукты в холодильнике, девушка решила устроить завтра же вояж по магазинам: кроме крохотного кусочка сыра и бутылки молока, уже наполовину опустошённой ежедневными «кофепитиями», на пустых полках ничего не было. В дверце холодильника нашлись несколько яиц и пачка сливочного масла.
А в хлебнице сиротливо лежала половинка «городской» булочки, купленной ещё позавчера утром. Хорошо, что совсем рядом с её домом есть хлебный киоск — там, расплатившись с таксистом и выскочив из машины, и купила Алёнка свежего хлеба.
Приготовив себе омлет сразу из трёх яиц, Алёнка густо намазала душистый белый хлеб маслом и села за стол.
Медленно поглощая еду, она даже не ощущала вкуса приготовленного блюда: в голове у неё вставали снова и снова картинки прошедшей ночи, заставляя судорожно сжиматься ноги и вызывая приятное томление внизу живота.
Именно в это время и пискнул телефон, сообщая хозяйке о пришедшем смс.
Сорвавшись с места, Алёнка кинулась в коридор, коря себя на чём свет стоит: ну надо же, так ждать звонка от Егора и бросить телефон в сумке! Ну что за легкомыслие…
Выхватив мобильник из кармашка сумки, Алёнка впилась глазами в экран телефона, читая сообщение от Егора:
«Сегодня в десять часов вечера состоится твоё посвящение в рабыни. Я хочу, чтобы ты была готова к этому событию. Чёрное кружевное бельё и чулки — единственная твоя одежда на сегодня. Я заеду за тобой в семь, будь готова. До клуба ты можешь доехать в любой одежде, но вчерашний плащ меня вполне устроит.»
Вот сейчас Алёнка впервые ощутила на себе расхожее выражение «ушла душа в пятки»… Вот именно туда ей самой сейчас захотелось вдруг спрятаться. И мгновенно сознание девушки буквально взорвалось мыслями о том, что «а если я не смогу?», «а вдруг у меня не получится?»… Неожиданно пришла мысль о том, что на подобных встречах бывает довольно много людей — а ей было приказано быть в одном только нижнем белье… Сможет ли она пережить этот вечер под всеми теми пристальными взглядами, которые будут — она не сомневалась — не раз останавливаться на её стройном теле, открытом для всеобщего обозрения…
И тут её осенила одна счастливая, спасительная мысль: Егор будет рядом! Каждое мгновение, каждую минуту сегодняшнего вечера Егор будет рядом с ней, и одно это уже успокоило, развеяло все сомнения девушки: даже если что-то она не сможет, или сделает что-нибудь не так — Егор поправит, подскажет, да и, в конце концов, просто накажет — если случится что-нибудь совсем «ужасное»…
Ровно в семь часов вечера Алёнка вышла из дома. Егор подъехал, как и обещал, к самому подъезду девушки и ждал в машине.
Алёнка почему-то даже не удивилась: наверное, так принято — раз она стала рабыней, то дверь в машину должна открывать теперь сама.
Едва она села в автомобиль, Егор протянул ей ошейник:
— Я хочу, чтобы ты надела его сейчас, — посмотрев своим холодным, жёстким взглядом на девушку, он заставил Алёнку буквально сжаться в комочек. Взяв дрожащими руками ошейник, Алёнка послушно склонила голову, застёгивая замочек на шее: так ей показалось проще.
— Умница, девочка, — проговорил Егор, и машина тронулась с места.
Алёнка смотрела прямо перед собой невидящим взглядом: волнение от предстоящего вечера вытеснило все мысли и ощущения, оставив одно: дыхание Егора и его взгляды, бросаемые иногда на девушку…
Машина лихо затормозила на пороге уже знакомого Алёнке клуба. Глубоко вздохнув, она перевела дыхание и подала Егору руку, уже открывшего дверь автомобиля с её стороны:
— Пошли, — с прохладными нотками в голосе проговорил он, помогая Алёнке выйти из машины. Не выпуская руку девушки и крепко сжав её, Егор стремительно направился в сторону клуба.
Вслед им пискнула автосигнализация, и машина затихла, дожидаясь хозяина.
На негнущихся ногах девушка шла следом за Егором, дрожа всем телом и мало понимая происходящее вокруг. Даже то, что Егор помог ей выйти из машины — казалось девушке не какой-то ошибкой с его стороны, а продуманным шагом: видимо, он понял, что если не вытащит в буквальном смысле слова её из машины, переполнившее её сейчас волнение помешает ей сделать и шаг навстречу клубу…