Тайны портового города (СИ)

— Богдан мой родной дядя, младшийбрат моего папы. Единственный, кто выбрал путь воина из всей семьи потомственных скряг. Кроме меня, конечно, — рассмеялся Табола, глядя на вытянувшиеся от удивления лица товарищей. — Я же говорил, что граф дель Наварра — это пожалованный титул и фамилия. Мои мама и папа — первое поколение.
— Не говорил, — отозвался Лудим.
— Просто не тебе, — улыбнулся Табола.
  
Он посмотрел на Рийну, которая курила трубку удобно устроившись на коленях у оборотня. От его взгляда Тларг беспокойно заерзал. Хорошо хоть не спихнул ведьму на пол. В другой ситуации Табола бы возмутился, но темные круги под глазами Ри, чуть подрагивающие пальцы, держащие трубочку, и грустная улыбка на бледном лице, говорили о крайней степени усталости. Она бы в таком состоянии и на землю упала, как еще сюда дошла.
— Лудим, ты бы попросил кого из своих еще стульев принести, — только и сказал он.
Стражник выглянул в коридор и отдал приказ. Через несколько склянок все расселись, а Табола принялся варить каву на небольшой плитке, принесенной вместе с мебелью, туркой и запасом черного ароматного порошка.
— Рассказывай дядько Богдан, какое напутствие ты получил от нашего герцога, когда тот отправил тебя с Казиком, — и тут же без паузы, — Ри, ты каву любишь?
— Я ее никогда не пробовала, — откликнулась ведьма уже с отдельного стула.
— Хорошо восстанавливает силы, но тебе все равно надо поспать.
Та лишь кивнула и устроилась поудобнее, приготовившись слушать рассказ капитана Вишневецкого. Тот тянуть не стал.
— Дело в том, что Казик давно вел переписку с кем-то из Асома. Учитывая, что практически всю свое никчемную жизнь он провел в Вышее и лишь раз выезжал в Нисману, это было странно. Нам удалось перехватить и прочитать пару писем. Речь в них шла о Казиковом возвеличивании и том, как некий господин, обладающий уникальными знаниями и техниками может ему помочь «занять подобающее его рождению место». Спервоначалу-то мы не обратили на эти письма особого внимания. Белобороцкие с детства сс… поют ему в уши, — исправился воин, взглянув на Рийну, — о его величии и исключительности, прочат его на кресло герцога и тому подобное. Сам Казик в это верит, но не по ротку кусочек. А потом наш ясновельможный пан перестал тратить деньги. Он раньше-то тратил их немерено, еле вписывался в положенное содержание. Пару своих лошадей продал, несколько коллекционных кинжалов куда-то запропастились, и даже по кабакам гулять бросил. Зачем ему, спрашивается, деньги? Такое впечатление, что копил кубышку. И тут он заявляет, что отправляется в Асом, повидаться с приятелем, мир посмотреть, себя показать. Герцог решил отправить меня с ним, чтобы Казик был под присмотром и не натворил чего. Это дельного чего он не умеет, а на всякую дурость очень даже способен. Перед самым отъездом Станиславу и пришли сны. Не простые, как вы понимаете. Видел он земли наши в огне и Казика с герцогской булавой*. Видел и тебя, ведьма, и тебя Табола. Он и дал наставление: найти племянника и ведьму, которая окажется рядом с ним. Передать вам его слова. Сказал, что вы поймете.
* в Вышевском герцогстве символ власти не корона, а булава.
— Какие? — произнес Табола, передавая Рийне и Богдану чашечки с кавой.
Богдан вопросительно посмотрел на перевертышей.
— Говори при них. Это не просто друзья, а соратники. Мы расскажем, что у нас творится и ты поймешь.
— Герцог просил передать слово в слово, потому как сути сам не понял: Берегись живой мертвой, выбирай пепел и огонь, выжги крапивное семя.
— Это всё? — подняла брови ведьма.
— Да.
— Ри, тебе что-нибудь понятно? — спросил маг.
— Пока нет, но я подумаю, когда отдохну и смогу ясно мыслить. За каву спасибо. Где бы достать запас?
— Мы же в Каралате, — улыбнулся Тларг, — здесь можно достать, что угодно.
— Надо его у нас в меню завтраков ввести, — отозвалась ведьма.
— Кто о чем, а трактирщики о своем, — закатил глаза Лудим. — Давайте, все же посерьезнее.
-А кому-то еще что-то не понятно? — удивилась ведьма, — Кроме капитана Вишневецкого, конечно. Наш «волшебник» достиг результата и собирает обеспеченных клиентов на наглядную демонстрацию ритуала. Возможно, что даже проведет для кого-то. Это как лунные сутки выпадут. Сейчас он хапнет денег и смотается куда подальше.
— Какой волшебник и какого ритуала? Объясните, пожалуйста, — попросил Богдан, глядя на племянника.
— Табола и эти господа сейчас вам все расскажут, а меня все-таки прошу упечь в какую-нибудь камеру поспать. Иначе я свалюсь со стула и захраплю прямо здесь.
Рийна действительно выглядела вымотанной до предела, поэтому Табола просто взял ее на руки и вынес из кабинета. К тому моменту как он укладывал ее в соседней комнате на широкий диван, где обычно отдыхал Лудим, когда оставался ночевать в Крепости, девушка уже спала. Он бережно накрыл ее пледом и поцеловал ушко, заправив за него выбившийся из косы темный локон.
В кабинете Табола принялся варить еще одну порцию кавы, попутно рассказывая дяде о том, что творится в Каралате и зачем именно его подопечный приехал сюда.
— Мдаааа, — произнес воин, оглаживая седые усы, и высказался. — Либо этот ритуал не работает и ваш «черный волшебник» обманщик, либо не один Казик приехал сюда за искрой.
— Почему ты так считаешь? — Табола уселся на стул Рины и, наконец-то, сам отхлебнул горячей черной жидкости.
— Казик, конечно, денежек собрал, но у него не так, чтобы много для такой-то услуги. Домик в столице на эту сумму не купить, разве что небольшой и далеко не в престижном районе. А, насколько я понял, этот ваш «искропродавец» зело амбициозен, времени и средств на разработку ритуала потратил достаточно и вряд ли станет торговать им так задешево.
Табола со склянку пристально смотрел на Богдана, а потом выдал:
— Мы — самоуверенные идиоты. Лудим!
— Да понял уже, — сказал капитан и вылетел за дверь.
— Что ж, сейчас, я так понимаю, Лудим отправит своих по постоялым дворам и к вечеру у нас будет список все приезжих с подходящим уровнем достатка. А пока предлагаю всем заняться своими делами. Дядько, я отправлю с тобой одного мальчишку в помощь. Будет нашим связным. Что-нибудь для своих и Казика придумаешь, зачем он тебе нужен. Он хорошо знает город и местные порядки, смышленый и ответственный. Тебе всяко пригодится.
— Ничего я никому объяснять не буду. А Казик и не заметит.
Табола сосредоточился и отправил вестника Светлану. Тот появился в кабинете начальника Стражи, сопровождаемый одним из караульных, буквально через четверть нара.
— Здрасьти, — произнес и утер сопли рукавом. Несмотря на то, что за окном уже вовсю властвовала осень, Светлан был бос, а поверх рубахи был накинут лишь короткий ватный жилет.
— Вы что? Одеть пацаненка не могли? — сдвинул седые кустистые брови Богдан.
— Вот ты и оденешь, — парировал Таби. — Свет, поступаешь на службу капитану Вишневецкому. Слушаться как отца родного. Твои смогут без тебя несколько дней?
— Атож! — кивнул тот, — Я тетке Вирке харчей оставив и деньгу малую, чтоб за малыми бачила. Казав, шо не буде меня пару седмиц. Як знав.
— Пойдем, парень, — промолвил воин. Потом встал, попрощался со всеми и вышел.
Лудим вернулся лишь спустя нар.
— Вечером собираемся у градоправителя. Дядя твой сможет подойти?
— Посмотрим. Если что передам весточку через Света.
— Ты все еще нянькаешься с ним?
— Нет. Теперь с ним нянькается дядько Богдан, — улыбнулся Табола.
— И не знал, что ты из Вышевского герцогства.
— Ты просто не интересовался. Это не секретная информация. Мой отец урожденный виконт Вышевский, не старший сын, поэтому графский титул ему не грозил. Титул у них с мамой пожалованный императором. Новая фамилия, можно сказать.
— Были же, кажется, герцоги Наварра… — хмурясь и пытаясь что-то вспомнить, проговорил Лудим. — Род, кажется, был пресечен. Что-то они там наворотили против Империи.