Стратегическое промедление (СИ)

— Тридцать пять, — отпарировал Ерафим. — Без нас ты не справишься.
— Пятнадцать, — продолжал упрямо стоять на своем чародей. — Я всегда могу поискать аналог вашей братии среди индусов или просто задавить монстра концентрированной огневой мощью. Просто не хочу лишних сложностей и потерь.
— Ну, хотя бы двадцать, — пошел на уступки церковник. — От индусов информация англичанам точно уйдет, да что б мне до конца жизни на хлебе и воде поститься, если у них шпионов в этом городе меньше дюжины!
— Пятнадцать, — упрямо стоял на своем Олег, будучи уверенным, что в конце-концов оппонент согласится. Во всяком случае, так говорил его дар оракула, и своим предчувствиям чародей верил…А если он и не прав — не страшно. В этом случае ценой ошибки является не жизнь, а всего лишь деньги и время. — На мне доставка, на мне разгром английских кораблей и пиратов, на мне большая часть боевых действий, ибо после того как вы приголубите демона коллективным экзорцизмом, то скорее всего свалитесь, вывалив набок язык. Ну, большинство из вас. Какой-то толк после такого обряда будет в лучшем случае от подмастерий, а их у тебя вряд ли хотя бы десяток. Истинный маг же вообще вроде бы всего один, и это ты.
— В нашем деле главное не личная сила, а искренняя вера… — Пробурчал православный инквизитор, печально поникнув плечами. — Ладно, черт с тобой, авось не выдержит такого соседства этот самый черт и сдохнет….Уговорил, чернокнижник проклятый! Пятнадцать так пятнадцать, без ножа меня режешь…И плюс вся добыча из английской часовни или храма, ну ведь должно же там у них быть хоть что-нибудь…
— Согласен, — протянул чародей руку оппоненту в знак заключения сделки. К представителям абсолютного большинства церкви он испытывал в лучшем случае неприязнь, но конкретно этого священника считал человеком достаточно достойным, уважая за его прямолинейность и компетентность. А еще Олег лелеял надежду, что если Ерафиму однажды придет приказ на устранение своего давнего знакомца, тот сначала проверит, подлинный ли это приказ, а также насколько он правомочен, и только после побежит его исполнять. — Убирай уже свою защиту от подслушивания и подглядывания, а то мне в ней неуютно как-то…
— Грешить меньше надо, — пробурчал довольно высокопоставленный представитель церкви, только что согласившийся поучаствовать в активных боевых действиях и последующем разграблении населенного пункта, который вполне можно было назвать полноценным городом. Пусть и несколько специфическим. — Или хотя бы исповедоваться чаще…И не слишком врать!
Поток света, в котором оказались заключены церковник и пришедший к нему с выгодным предложением Олег, медленно стал слабеть, пока совсем не сошел на нет, оставляя их там же, где они и были. В обнесенном высокой стеной дворе христианской миссии, которая несла на себе следы погрома, пожара и ремонта. Стекла были разбиты, от стен еще не везде оттерли гарь, и если хорошо присмотреться, можно было увидеть на камнях бурые пятна, точно оставшиеся от потоков чьей-то крови, но прямо сейчас на покрытой свежими досками крыше здания парочка монахов при помощи молотков, гвоздей и матерков переделывали большой белый крест по православному образцу.
— Судя по состоянию храма, убедить его обитателей в том, что им следует вернуться к ортодоксальным канонам веры, у тебя не получилось? — Попытался слегка поддеть собеседника Олег, кивая в сторону здания, явно перенесшего серьезный бой. И это несмотря на то, что Новый Ричмонд восставшие заняли, фактически, не встречая сопротивления. Прежние власти либо удрали, на юг, в хранящие лояльность англичанам провинции, либо склонили голову перед своими соседями, разбившими рати местных владык. Отдельные исключения, бывшие то ли очень гордыми, то ли слишком тупыми, не заставили армию мятежников даже толком свое продвижение притормозить.
— Вот знаешь, я чувствую, что конкретно здесь могло бы и получится, а если и нет, то проиграть в теологическом диспуте достойному человеку незазорно будет, — удивил чародея православный инквизитор. — Местный пастырь, если верить найденным в его кабинете дневникам, и руку в церковные пожертвования запускал весьма умеренно, и любовница в городе — это однозначно лучше, чем мальчики-хористы…О спасении душ же искренне радел, коли самому себе не врал. Но побеседовать нам, увы, так и не довелось. Растерзали под шумок бедолагу жрецы языческие на пару часов раньше, чем войска в город вошли. И чуть ли не всю христианскую общину заодно вырезали…К тебе за защитой, часом, никто из них не обращался?
 
— Да вроде нет, — озадачился чародей, который даже и не знал, что в городе кипели такие страсти. Обгоревшие трущобы, в которых он новобранцев мертвой марионеткой обкатывал, появились месяца за полтора до начала восстания благодаря безалаберности местных жителей и скученности строений, из-за которых бытовой пожар перерос в массовое бедствие. — Но я не видел в городе следы боев…Ну, почти не видел.
— Так и христиан в общине насчитывалось от силы пара сотен, и почти все они относились к низшим кастам, которые толком и защитить себя не могли, — печально вздохнул Ерафим. — Не сильно тут везло проповедникам. Да и город по большому счету сельскохозяйственный, нужный лишь для того, чтобы складировать зерно, поставляемое крестьянами. Англичанам просвещать его жителей не было особой нужды, с тем, чтобы безропотно выращивать еду для своих хозяев воспитываемые жрецами-язычниками индусы и без того неплохо справляются.
Олегу оставалось только неопределенно хмыкнуть. Новый Ричмонд мог считаться относительно молодым городом, ибо возник он уже после захвата Индии британцами. И по их же воле. Тогда кто-то из высокопоставленных офицеров решил попытаться выращивать на плодородных равнинах этих краев пшеницу, продукт вроде бы вполне заурядный, но поглощаемый Туманным Альбионом многими тысячами тонн…И не прогадал. Ну, судя по тому, как разросся сей населенный пункт, в котором проживали сотни тысяч человек. Правда, особым богатством город похвастаться не мог — вся прибыль, получаемая благодаря неустанной и многовековой работе индусов, утекала куда-то еще. Хотя чародей все равно был уверен, что попытайся кто-нибудь использовать не труд крестьян, вооруженных всего лишь примитивными серпами, а по-настоящему передовые методы сельского хозяйства, и урожайность можно было бы поднять минимум вдвое-втрое…Только тогда бы пришлось расходы нести, следить за селекцией семян, хлопотать вокруг сеялок…А так далекие хозяева просто обложили регион данью, назначили надсмотрщиков и расслабились, веками получая пассивный доход.
— Брат Ерафим, там за забором нехристи как-то подозрительно себя ведут! — Вдруг крикнул с крыши здания один из монахов, выпуская из рук молоток и вместо него извлекая откуда-то из-под рясы двухметровой длинны дрын, который по идее в своей одежде не мог спрятать просто физически. И хотя на первый взгляд гладко отполированное дерево выглядело полностью обычным, мало отличаясь от хорошо отполированной рукояти какой-нибудь лопаты, дар оракула говорил совсем иное. Весит обманчиво обычная деревяшка достаточно, чтобы ей не каждый кузнец размахивать мог, а по функционалу она так и вовсе — полноценный магических посох. — Их много, они с оружием и нас вроде бы окружают…
Два десятка лошадей, одновременно перескочивших высокую ограду в разных местах явно не без помощи магии, стал наглядным доказательством того, что приступа необоснованной паранойи у церковника не случилось. Стрелял он тоже метко. И быстро. Так-то всадников, рвущихся в кавалерийскую атаку на нынешних обитателей христианской миссии, насчитывалась целая дюжина. Причем были это явно не случайные любители устроить конную прогулку, ибо все они носили богато украшенные доспехи, сжимали в руках оружие и были прикрыты от возможных угроз защитными барьерами. Только вот ударившее с крыши копье ветра, куда явно оказалась вложена мощь достойная верхней планки четвертого ранга, прямо в воздухе разорвало одного из них на части вместе со скакуном и впечатало их остатки во второго, не сумев пробить щит, но вышвырнув неудачливого вторженца далеко за границу территории святого места. Или удачливого. Потому как остальных встретил высокопоставленный правосланый инквизитор, подобно своему подчиненному начавший уничтожать агрессоров сразу и наверняка, без предоставления им последней возможности одуматься или каких-нибудь предупредительных выстрелов в воздух. А также Олег, давно уже отучившийся миндальничать с разного рода незнакомцами, которые тычут в его сторону ружьями, копьями, саблями или магическими