Газлайтер. Том 22 (СИ)

— Наша Великая Иде…
— Так вы согласны или нет? — перебиваю я, давая понять, что разговор пора заканчивать.
Наконец телепат отвечает, с плохо скрытым удовлетворением:
— Хорошо. Один. Без оружия.
— Ждите через десять минут.
Я разрываю связь и сразу сообщаю план Серому и главному здесь тавру, Рогачу. Чёткие инструкции — это залог успешной операции. Но тут вмешивается Чилика.
— Данила Степанович, возьмите это, — говорит Чилика, снимая с запястья изящный браслет и протягивая мне.
Я замираю, бросая на артефакт оценивающий взгляд. Он выглядит мощно. И… явно дорого.
— Это слишком ценная вещь, Ваше Высочество. Я не могу её принять.
— Возьмите, — повторяет она мягко, но в её голосе слышится несгибаемая решимость. — Это моя просьба.
На мгновение я задумываюсь. Отказать нельзя, да и смысл? Киваю, принимая браслет и убирая его в карман разгрузки.
— Спасибо, Ваше Высочество, — киваю я, поднимая на неё взгляд.
— Будьте осторожны, Данила Степанович, — тихо добавляет она, и в её голосе слышится неподдельная тревога.
— Как и всегда, — отвечаю с лёгкой усмешкой.
В этот момент к нам тихо подходит Тигрица. Её движения плавны, почти незаметны, и она осторожно трётся боком о меня. Голос звучит едва слышно, как шелест ветра у самого уха:
— Не помри.
— Ни за что, — ухмыляюсь я, проводя ладонью по мягкой, блестящей шерсти.
Я оборачиваюсь к командирам гвардии и дружинников, быстро скользя взглядом по их напряжённым лицам.
— Я буду на связи. Держитесь неподалёку, не дальше километра от базы. Если сильнее отдалитесь, телепат засечёт вас. Как только позову, сразу действуйте.
— Как именно действовать, шеф? — уточняет Серый.
— Зачистите всех, — коротко бросаю, без лишних объяснений.
Они молча кивают. Не теряя времени, я забираюсь в вездеход и сажусь за руль. Двигатель взревел, словно нетерпеливо ожидая движения. Машина срывается с места, мчась вперёд, оставляя за собой снежную пыль.
Подъезжаю к месту встречи. Вездеход останавливается, шины взрывают снежную крошку. Выключаю двигатель и выхожу. Холод обжигает лицо, но это меньшее из беспокойств.
Меня тут же окружают монахи. Геноманты. Раздувшиеся твари в рясах, выглядящие так, словно последние месяцы питались исключительно стероидами. Усмехаюсь, оценивающе оглядывая их.
— Опять на анаболиках? Вы хоть инструкцию читали, а?
Один из них, ухмыляясь, выходит вперёд и ловко защёлкивает антимагические кандалы на моих запястьях. Второй и третий быстро сдирают с меня разгрузку и, не скрывая пренебрежения, швыряют её в снег. Четвёртый забирает наваху вместе с ножнами.
Пятый, заметив разгрузку, задерживает на ней взгляд, нагибается и вытаскивает оттуда браслет Чилики. Гомункульские глаза быстро сверкают любопытством, и он тут же убирает артефакт себе в карман.
— Какая глупая растрата, — замечаю я, кивая на разгрузку. — Там еще много чего полезного.
Геномант думает секунду, а потом отвешивает мне удар своим кулачищем прямо в живот. Воздух вылетает из лёгких, но я решаю не разочаровывать публику, слегка согнувшись и коротко выдавив:
— Ай.
Меня толкают вперёд, подгоняя к монаху-телепату. На фоне раздувшихся геномантов он выглядит, мягко говоря, жалким додиком. Тощий, как щепка, лысый гомункул в рясе. Стоит, важно задрав ногу на здоровый кусок стелы. На поясе болтается лампа с джинном.
— Конунг Данила, — произносит он с ядовитой улыбкой, кивая на кандалы. — Как думаешь, этот булыжник того стоил?
Я задумчиво смотрю на камень и отвечаю так же спокойно, как если бы обсуждал погоду:
— Еще узнаем. Ну и, на самом деле, я хотел поговорить.
Монах-телепат напрягается, его глаза слегка прищуриваются. Он быстро прощупывает округу ментальным щупом, убеждается, что поблизости никого нет, и с надменной усмешкой говорит:
— Ну, так говори, человек.
Я пожимаю плечами, словно ситуация совершенно под контролем:
— Сдавайтесь, и, может быть, умрёте быстро. В общем-то и всё.
Монах ухмыляется, выделяясь на фоне остальных разросшихся геномантов. Худой, дрыщеватый, с тонкими, словно спички, руками и ногами.
  
— Надо же, какое щедрое предложение, о Великая Идея! — насмешливо протягивает он. — Ты серьёзно? Ты ведь связан и абсолютно беспомощен.
— Ну связали. И что с того? — я лениво встряхиваю кандалы. — Что вы этим добились? Восточная Обитель пуста, Северная разбита, пленные альвы освобождены. А вы всё ещё думаете воплотить свою стрёмную «великую идею»?
Монах усмехается шире, его взгляд искрится самодовольством:
— Ты слишком самоуверен, человек. Неужели ты не заметил, что эти кандалы — антимагические? Твоя телепатия заблокирована.
— Допустим, — я поджимаю губы, как будто его аргумент действительно весомый.
— А ещё ты заражён астральным вирусом, — с нажимом продолжает он. — Противодействовать ему ты не можешь, пока твои силы заблокированы. Скоро вирус начнёт действовать, и ты станешь нашей марионеткой. А вместе с тобой — и заражённые альвы. Ведь они подчиняются сильнейшему заражённому. А это как раз ты.
Он выдерживает паузу, наслаждаясь собственными словами.
— Так мы вернём себе всё, — его голос становится ещё более надменным. — Да ещё получим тебя в придачу, человеческий маг.
Я нахмуриваюсь, как будто только что понял всю глубину их плана.
— Ну не заливай только, что я вам нужен только для контроля альвов?
— Не только, конечно, — монах отвечает с ледяным блеском в глазах, в котором читается скрытое удовлетворение. — Альвы-марионетки — это, конечно, прекрасно. Но куда лучше вселить в тебя Короля Теней. Тогда ты станешь сосудом для величайшего Демона. Настоящим инструментом нашей Великой Идеи.
На лице у меня появляется притворное удивление, перемешанное с долей сомнения.
— Король Теней? Инструментов? Ты серьёзно? Вы думаете, он позволит себя подчинить горстке сектантов?
Я бросаю ему насмешливый взгляд, качая головой. Монах явно не ожидал такого ответа, но его ухмылка всё ещё держится. Это хорошо. Пусть думает, что держит ситуацию под контролем.
Телепат хмыкает, его голос пропитан ядовитой уверенностью:
— Вирус сломает его, как только Король Теней вселится в тебя. Главное — чтобы твоя воля не мешала. А с этими кандалами ты слишком слаб, чтобы сопротивляться. Старое Провидение исполнится: Король Теней придёт и займёт своё место в теле Филинова. Но только он будет не свободным владыкой, а нашей марионеткой.
Я отвечаю ему таким же ядовитым тоном, саркастичная усмешка растягивает губы:
— Король Теней, конечно, тот ещё отморозок и ублюдок, но он всё же крутой парень. Сомневаюсь, что он купится на такую хрень как ваш вирус. Тем более, если даже на мне эта дрянь не работает.
Удивление мелькает в его глазах, но он не успевает ответить. В этот момент я активирую браслет Чилики, посылая к нему удалённый энергетический сигнал. Артефакт вспыхивает ослепительным золотым светом, и монах-геномант, который его забрал, внезапно охватывается пламенем, издавая душераздирающий крик.
Пользуясь моментом, я резко напрягаю руки, и кандалы разлетаются, словно хрупкие цепочки. Заблокировать того, кто управляет энергопотоками внутри своего тела, не так-то просто. Вернее, возможно, но точно не такими дедовскими методами.
— Хотели увидеть Демона⁈ Ну что ж, получите! — бросаю я, и на моём теле начинают проступать демонские рога, когти, а вокруг вспыхивает ослепительное свечение астрального света.
Не теряя времени, я бросаюсь к телепату. Он пытается схватить лампу с джинном, но не успевает. Мои когти вонзаются ему в грудь, и он падает, хрипя. Лампа выскальзывает из его пальцев и падает в снег.
Сзади обрушиваются заряды из артефактов монахов, ослепительные вспышки рассекают воздух. В последний момент успеваю нырнуть в активированный Покров Тьмы. Для посторонних моё тело словно растворяется в густом, вязком мраке, оставляя после себя лишь зловещую тень.