Любовные артефакты и прочие (не)приятности (СИ)

“Уважаемая Кэс. С моей стороны было бесконечно безответственно покидать вас на всю ночь, однако я уже близок к удаче. Мне понадобилось поехать в соседнюю провинцию за ингредиентом, необходимым для починки вашего артефакта. В ближайшие пару часов я получу его и поеду обратно. Надеюсь, у вас есть возможность дождаться меня. Чтобы ожидание было комфортным, свяжитесь с харчевней “Пескарь и щука”, там у меня открыт счет, можете заказать все, что душе угодно. Или если вам по вкусу еда в других заведениях, то можете воспользоваться моими финансами — деньги лежат в ящике стола, у окна, в лаборатории. Пароль для открытия — “кинза и василек”. Если же вы посчитаете более приемлемым уйти, то не смею вас задерживать. Однако надеюсь. что вы заглянете в гости сегодня или завтра вечером, чтобы получить свой артефакт в целости и сохранности. 
Варт” 
Конечно, в один прием такое письмо отправить было невозможно. Я с трудом втиснулся в две отсылки, и то, буквы получились совсем мелкими, в итоге к переживаниям по поводу возможного ухода Кэс прибавились терзания по поводу того, что она возмутится неаккуратностью моего послания. 
Правда, яичница (две яичницы!) и хлеб несколько улучшили мое настроение. Ненадолго. После еды немилосердно захотелось спать, и в голову пробрались предательские мысли о том, что никуда от меня роща с цветущими деревьями не сбежит, плюс-минус два часа роли не сыграют, а здоровый сон еще никому в этом мире не мешал… Но я героически отринул их, умылся ледяной водой и спросил у хозяина станции: 
– Будьте добры… Я прибыл посмотреть на цветение хьеллс. Не подскажете, где это можно сделать? 
– О, вам повезло! – мой собеседник тут же оживился и расплылся в широкой улыбке. – Мой брат как раз лесником работает в ближайшей роще. Водит туда алхимиков, древознатцев, путешественников… 
– Отлично! – я улыбнулся. – Тогда расскажите, как туда добраться, и я поеду. 
– Да-да, – кивнул хозяин станции. – А коня своего можете оставить здесь. За небольшую плату присмотрю за ним. 
– Оставить? Зачем? – удивился я, еще не чувствуя подвоха. 
– Ну так зачем он вам в болоте? 
– В болоте? А разве хьеллс не… 
– Вооот, – наставительно протянул хозяин станции. – Почти все удивляются. Это кустарник. Растет на заболоченных островах. Потому туда без лесника не добраться. Потонете – и поминай, как звали. 
Я кивнул. 
Лесник. В болоте. Все это начинало напоминать какой-то дурной сюрреалистический сон Я даже украдкой ущипнул себя… Но нет, кажется, все это было реальным И ничуть не походило на подвиг из книг. Впрочем, чем дальше, тем меньше оно походило на что-либо подобное. 
Потому что герои из героических историй не плавают по болотам на крошечных хлипких лодчонках, закутавшись в антикомариную сетку и обляпавшись вонючей грязью. И не выслушивают причитания лесника: “Таааак, простите, господин хороший, но тут уже отцвело. И тут тоже. И тут. И тут…” 
Правда, примерно через три часа бесплодных поисков лесник посмотрел на меня исподлобья, вздохнул и внезапно спросил: 
– А не привез ли с собой господин алхимик живой водички? Вот она б нам помогла… 
  
Глава 15. Где мой дорогой мальчик?
 
Кэс 
Шею ломило, поясницу дергало, ухо, лежащее на чем-то твердом и теплом, успело онеметь. Хм, никогда еще с утра я не испытывала столь неприятных ощущений. Старость наступила, что ли? Не рановато ли в двадцать три года? 
Я потянулась, открыла глаза и… рывком села, разом вспомнив, где я нахожусь. Все еще в доме Варта! Оказывается, я уснула на жесткой софе в лаборатории, примостив голову не куда-нибудь, а на колени к зануде. 
Вчера я до поздней ночи перебирала флаконы, демонстрируя их Варту-два, но он каждый раз отрицательно качал головой. В отчаянии я присела подумать, незаметно для себя задремала и проспала до утра: сквозь занавески пробивались яркие лучи восходящего солнца. 
Хозяин дома так и не вернулся! Жив ли он вообще? Неожиданно для себя самой я забеспокоилась за ботаника. Что с ним могло приключиться? 
  
— Доброе утро! — радостно поздоровался зануда. — Как спалось? 
— Отвратительно! — пробурчала я, прислушиваясь к измученному организму. 
Организм хотел пить, есть и удовлетворить другие физические потребности. С тяжким стоном я поднялась на ноги и побрела в сторону кухни. По дороге заглянула в уборную — пришлось захлопнуть дверь перед сунувшимся было следом занудой. 
— С ума сошел? Жди снаружи! 
— Приготовить вам чай? 
— Лучше кофе! 
Я с удовлетворением обнаружила, что у Варта имеются водные артефакты, умылась теплой водой, кое-как распутала пальцами густые пряди. Мысли то и дело возвращались к исчезнувшему хозяину дома, хотя мне ведь лучше, если он бесследно сгинет: никто не хватится пропавших артефактов. Но я, вместо того чтобы радоваться, переживала за глупого рыцаря, умчавшегося в сумерки, чтобы помочь малознакомой девушке. 
— Вам сообщение от хозяина! — возвестил Варт-два. — На зеркале связи. 
Я выскочила из уборной как пробка и понеслась в гостиную. На гладкой поверхности бисерными буквами светилось сообщение, написанное аккуратным почерком ботаника. Я заранее разволновалась и вообразила всяческие ужасы вроде «Кэс, меня переехал экипаж, я лишился ног и рук и потому, тысячу извинений, не смогу выполнить вашего поручения…» Однако, судя по содержанию письма, господин Ойтнер был жив, здоров, по крайней мере — физически. Насчет душевного состояния я не была так уверена. Станет ли вменяемый человек уезжать в соседнюю провинцию за ингредиентом? 
Предложение заказать еды в харчевне звучало заманчиво, но я заперта в квартире, как принцесса в башне, охраняемой драконом. Зануда-лаборант на дракона походил мало, но ведь это из-за него я оказалась в заточении! 
Пока Варт-два колдовал на кухне — по квартире распространялся дразнящий аромат свежесваренного кофе — я подошла к столу. 
— Кинза и василек! 
Верхний ящик с тихим щелчком выехал вперед. Внутри лежали деньги: свернутые в трубочки бумажные купюры и россыпь серебра. Много денег. Хватит на месяц безбедного житья. Я качнула головой и с силой захлопнула ящик. Не понимаю, что со мной творится, но почему-то сделалось противно от себя самой. Если бы не долг перед Реджинхардом Лоссом, я бы, пожалуй, и артефакты оставила в покое. Я больше не хотела грабить ботаника-романтика, который отправился на край света, чтобы помочь мне. Не хотела. Но выбора у меня не оставалось. 
— Кофе готов! 
Зануда принес в гостиную поднос с чашечкой и тарелкой, где лежало печенье. Я отхлебнула бодрящего напитка и закрыла глаза от наслаждения. По венам растеклась энергия, в голове прояснилось. 
— Ты варишь отличный кофе, — признала я. 
— Хозяин научил! — с гордостью ответил Варт-два. 
Я смотрю, господин Ойтнер полон скрытых достоинств. 
Сейчас позавтракаю, приду в себя, и надо возвращаться в лабораторию на поиски флакона. Куда Варт мог его запрятать? Почему не хранить такую важную вещь на виду? 
На виду! Вот ведь троллий хвост! Как я сразу-то не сообразила! 
Я приподняла подол юбки и зашарила в потайном кармане, извлекла флакончик из зеленого стекла и продемонстрировала его лаборанту. 
— Это он? 
— Он. 
Вот это я дала маху! Конечно, зачем бы Варт стал хранить отдельно связанные между собой артефакты! 
Не теряя времени даром, я отвинтила крышечку и сделала крошечный глоток жидкости, отдающей ромашковым чаем. Поясок, развязавшись, сполз с талии. Варт-два сделался прозрачным, точно призрак, а потом растворился в воздухе. Правда, успел сказать напоследок: 
— Вызывайте, если что. С вами весело! 
Я сунула артефакты обратно под юбку и побежала к двери. Выпустит ли она меня теперь? 
Этого я так и не узнала… 
Потому что ручка повернулась и на пороге возникла дородная женщина с высокой прической. Я едва не распласталась на пышной груди незнакомки — затормозила в последнюю секунду.