Любовные артефакты и прочие (не)приятности (СИ)
— Собственно, мне не для себя. А… эээ, для друга. Сломался артефакт, и я… он понятия не имеет, как его починить. Пришел ко мне, а я тоже не знаю, что делать, потому что никак не могу понять, что это такое и для чего оно предназначено. Может, у вас есть какие-то мысли касательно подобных случаев?
— Интересно-интересно, — пробормотал Фармел, поднося один из обломков к глазам. Потом отложил его в сторону, нагнулся и достал из саквояжа, стоявшего рядом со столом, небольшой медный прибор с несколькими разноцветными шкалами. — Не уверен, что это сработает, но попытаться стоит. Это экспериментальная модель, и она иногда барахлит, но раз уж нам все равно нечего делать, и отправление моего дилижанса задерживается…
Словно отозвавшись на его слова, прибор тоненько запищал, выбросил пару ярких искр, и две шкалы засияли, будто наполняясь светом.
— Хм-хм, — протянул Фармел, достал из саквояжа чехол с пенсне, надел его и принялся крутить колесико настройки справа от самой яркой шкалы, прищурившись. Потому крякнул, спустил пенсне на кончик носа и уставился на меня. — Для друга, говорите?
— Что? Ах, да. Для друга, — энергично кивнул я.
— На вашем месте… хм, то есть на месте вашего друга, я бы трижды подумал, прежде чем это использовать. Особенно учитывая, что вы… то есть ваш друг, конечно, наверняка, вполне привлекательный мужчина, умный и обладающий многими другими достоинствами.
О, да. Кэс показалась мне весьма привлекательной женщиной, умной, а ее достоинства… Так! О чем я вообще думаю?
Кажется, я покраснел — весьма не к месту, потому что Фармел фыркнул, хитро улыбнулся, сложил руки на груди и откинулся на спинку стула.
— Думается, вы в курсе о назначении данной вещицы. И главный вопрос был не “что это такое”, а “как его починить”. Верно?
Я замер, подбирая слова для ответа, и тут с порога трактира послышался зычный голос:
— Пассажиры дилижанса на столицу! Мы отправляемся!
И все слова тут же вылетели у меня из головы, потому что Фармел подхватил саквояж и начал подниматься, а я понятия не имел, как его удержать! Поэтому ляпнул первое, что пришло на ум:
— Да-да! Да, верно, если вы знаете, как его починить — то скажите же! Это вопрос жизни и смерти.
— Молодежь-молодежь, — покачал головой Фармел. — Жизни и смерти… Хотя я и сам был таким в ваши годы. Горячим и влюбчивым. Так что понимаю, м-да, иногда хочется взять дело в свои руки, чтобы обеспечить однозначный результат…
Так, о чем он вообще?
— Но вам повезло, — продолжал тем временем Фармел. — Основной материал этого артефакта — древесина хьеллс. Мало того, что рощи этого дерева совсем неподалеку, в соседней провинции, так еще оно во время цветения выделяет самовосстанавливающий экстракт. Думается, что он может помочь вам, хм, склеить эту вещицу. Однако, на вашем месте, я бы поспешил. Сезон цветения вот-вот завершится, так что в запасе у вас два-три дня, не более того.
Глава 11. Одна голова хорошо, а две лучше!
Кэс
Я вернулась в гостиную с рубашкой в руках. Остановилась у витрины, размышляя. Сейчас главное — все взвесить и не допустить ошибки. Самый распространенный ключ — отпечаток пальцев — не подошел, но Варт Ойтнер не дурак, он понимал, что этот ключ самый ненадежный. Лучше всего использовать каплю крови, но алхимики обычно серьезно относились к этой субстанции и не разбрасывались ею направо и налево. Оставался запах.
— Давай договоримся, что ты не станешь меня шарахать заклятием! — строго сказала я витрине.
Та безмолвствовала и манила артефактами. Казалось бы, вот они, только протяни руку, ан нет, не получишь, Кэс, смотри и облизывайся.
Я набрала воздуха в грудь и решительно набросила рубашку на деревянный короб. Несколько секунд ничего не происходило: то ли витрина ошалела от такой наглости, то ли собиралась с силами, чтобы применить парализующее заклятие. Я и без него будто приросла к месту, обмирая от волнения. В тишине гостиной раздался тихий щелчок, и крышка приподнялась.
— Да не может быть!
Я скинула ставшей ненужной рубашку Варта на пол и на цыпочках, чувствуя себя лисой, крадущейся в курятник, приблизилась к желанной добыче.
С изнаночной стороны подола платья были пришиты потайные карманы, в которых я таскала такую необходимую каждой уважающей себя воровке мелочь: отмычки, кусочки мыла, чтобы инструменты лучше скользили, клейкую пленку, тонкие перчатки. В карманах достаточно места, чтобы разместить артефакты.
Перчатки как раз пригодились: незачем оставлять следы. Я откинула крышку и залюбовалась трофеями, которые вот-вот мне достанутся. С чего начнем? Серый камешек, флакончик из зеленого стекла или пояс? Эх, жаль, никак не узнать, для чего они предназначены.
В свое время я проштудировала научный труд артефактора Бартоломеуса Фроста и узнала из него, что неприметные камешки часто использовали для шпионажа: их подбрасывали недругам. Флаконы зачаровывали любую жидкость, налитую в них, но редко когда превращали ее в яд, наоборот: возвращали силы или вылечивали от смертельных ран. Артефакты из волос, вот как этот пояс, изготавливали персонально под владельца. Я присмотрелась к цвету. Похоже, так и есть: поясок сплетен из темно-русых волос Варта.
— Зачем вам этот артефакт, господин Ойтнер? — задумчиво произнесла я.
Камешек, флакон, пояс… Рука сама собой, будто намагниченная, потянулась к пояску.
Бабуля всегда хвалила меня за пытливый ум, а вот склонность к авантюрам не одобряла, говорила, что люди нашей с ней профессии должны ко всему подходить с осторожностью и подумать десять раз, прежде чем что-то сделать. Но я любила риск. Как еще узнаешь, на что способен, если не отважишься попробовать!
Так что я и глазом не успела моргнуть, как завязала поясок на талии. Одно я знала точно: артефакты из волос владельца не вредят. Они созданы для помощи. Но вот какой? Ужасно любопытно!
— Добрый день! — раздался за спиной хриплый мужской голос.
Я подскочила на месте от неожиданности, пошатнулась, толкая витрину, отчего крышка снова захлопнулась — ничего, теперь я знаю, как ее открыть — и увидела Варта Ойтнера собственной персоной. Правда, присмотревшись, поняла, что этот Варт выглядит несколько моложе и одет почему-то в лабораторный халат.
Я не придумала ничего лучше, чем задать глупейший вопрос:
— Вы кто?
— Помощник «одна голова хорошо, а две — лучше», к вашим услугам! — представился двойник Варта. — Чем займемся?
Я вцепилась обеими руками в поясок, но он, зараза, будто спаялся намертво — не развязать! Что же, во всем надо находить плюсы. Например, теперь я знала, что артефакт для Реджинхарда Лосса будет совершенно бесполезен. Вряд ли он обрадуется, заполучив в помощники зануду-алхимика. Хотя…
— Сейфы вскрывать умеешь? Приемами рукопашного боя владеешь? — деловито поинтересовалась я.
Варт-два наморщил лоб.
— В моей компетенции проведение химических анализов, экспериментов и испытаний с использованием соответствующего оборудования, — принялся перечислять он: говорю же — зануда. — Ведение документации, анализ и интерпретация полученных результатов…
— Все, замолчи! Пу-пу-пу…
Что же мне с тобой делать? Я потеребила поясок. Лучше бы просто избавиться от артефакта, но вот как?
Глава 12. Я решил не сдаваться
Варт
Зеркало связи, кстати, на станции все-таки нашлось. Что удивительно.
Правда, заряд в нем иссяк полностью, и кристаллов для восполнения ресурса нигде не было. А вот это уже неудивительно.
Оставив бесплодные попытки достучаться до Кэс и сообщить ей, что сегодня домой у меня вернуться не получится, я сел за столик, заказал себе горячего пряного лимонада, чтобы прочистить голову, и принялся размышлять.
Правда, в эту самую голову упорно лезла абсолютно неуместная мысль о том, что раньше почему-то я считал, что никому не должен отчитываться о своих путешествиях и иже с ними, а теперь — поглядите-ка! Как же все-таки эта милая девушка с чудесными глазами глубоко забралась ко мне в сердце. И так быстро… Вот уж не зря говорят: любовь приходит внезапно, иногда достаточно одного взгляда или слова. А я-то раньше не верил, думал, что все это сказки…