Мимик должен умереть! (СИ)

Вот гадство, как они, даже промахнувшись, так сильно меня порезали? Попали бы точно в грудь или в живот, сразу бы сдох. Я осмотрел врагов: у них были штурмовые винтовки системы булл-пап, у которых магазины с патронами в прикладе. Мощное и точное оружие почти без отдачи. Почему убивали ножами, а не пулями? 
Я взял нож, надавил на кнопку под указательным пальцем, лезвие загорелось алым огнем. Я провел им по лежащему рядом бронику и разрезал его как масло.
– Плазменный нож, – прошептал я и снова вырубился. 
Когда в очередной раз очнулся, боец с разбитой грудной пластиной подполз к моей аптечке и пытался оказать себе помощь, но сейчас опять без сознания. Он находился на расстоянии метра, я вырвал из его руки инъектор и еще раз ввел себе обезболивающее средство в ногу, так как боль снова стала невыносимой. Даже это небольшое действие вызвало смертельную усталость. 
– Вколи мне… – тихо прохрипел мой сосед, протягивая руку, – я считаюсь пленным. По конвенции… окажи помощь…
А что, мне не жалко, я вколол обезболивающее средство и ему, он отключился. И я отключился… 
– Ветер! Ветер! – звал меня розовый слон. 
– Я не Ветер! Я – лошадка. Я – Конь-огонь! – отвечал я в бреду.
– Ветер! Ветер! 
Я очнулся от наркотического сна, в который провалился под действием сильнейших препаратов.
– Ветер! – слабым голосом звал меня вражеский боец. – Перевяжи меня. 
– Я не могу двигаться, – мой голос был чужой, сиплый, мне стало трудно дышать. 
– Плохо, – прошептал он, – ты – ястреб… тебя должны спасти. 
Я сначала не понял, о чем он, а потом догадался, что парень спутал меня с бойцом из отряда «Ястребы Республики», которых еще называли ярами. Это лучший спецназ моего государства. 
– Я не ястреб, – прохрипел я.
– Ты русский? – вдруг спросил он.
– Русский…
– И я русский. Как же так получилось… – он вздохнул, поморщившись от боли.
– Я из штрафбата, – захрипел я, – никто за нами не придет. Я – баронет Ветров, Низшие штрафные войска.
– Граф Верещагин, – с трудом проговорил он, – отряд специального назначения «Рассвет»…
Боец закашлял и харкнул кровью. 
– Мы не выживем без медицинской помощи, – силы уже покидали его, шепот был едва слышен, – письмо в верхнем кармане… матери… отправишь? 
Я кивнул, но потом понял, он меня не видит – глаза закрыты: 
– Да, отправлю. Если сам выживу… Но это вряд ли.
Потом граф тихонечко умер, и я остался один. Что люди делают перед смертью? Наверное, разные вещи. А я достал книгу про мимиков. Листать странички было тяжело, но я старался. Долго разглядывал рисунки боев и с грустью иронизировал, что помру образованным человеком, с книжкой в руках. 
Так продолжалось некоторое время: я читал, жизнь из меня вытекала, накатывали слабость и апатия. Потом я увидел картинку боя, где на заднем плане лечился раненый мимик. Он пил синюю жидкость из колбы, точь-в-точь как лежит у меня в хранилище. В руке у него – светящийся красным огнем плазменный клинок. 
Я достал из хранилища синюю колбу, срезал ножом верхушку и выпил напиток. Солененький. На мой взгляд, жидковат для наноботов. Я их представлял как кефир, а тут газировка… Странная соленая газировка. Хотя я нанитов раньше не употреблял, может, это и нормальный вкус. А может, напиток испортился за сто с лишним лет.
Сначала по горлу расплылась теплота, а потом скрутило болью так, что я забыл, как дышать. Перед тем, как потерять сознание, инстинктивно перенесся в виртуальный цех, тут неприятные ощущения были слабее. Но и здесь все тело жгло, мир почернел…
Очнулся через хрен знает сколько времени. Трупы и кровь начали подванивать. Еще немного и тут топор можно будет вешать.
– Сладкая Караганда! – только и произнес я, когда понял, что у меня ничего не болит. Я содрал с груди биопластырь и уставился на шрам, оставшийся от разреза. Только шрам от смертельной раны? На ноге дыра затянулась, ткани восстановились. Мигал интерфейс, привлекая мое внимание, и я заглянул в него. 
Пролежал я без сознания целых два дня, за это время изменились мои характеристики: 
  
Персонаж – Ветер
Класс – Оператор беспилотных систем
Уровень – 1
Характеристики:
Сила – 3
Ловкость – 3
Меткость – 1
Энергия – 3
Навыки и модули:
Параллельные процессы – 1
Управление промышленным оборудованием – 1
Модуль "Производственный цех БПЛА"
Модуль "Центр управление БПЛА" (заблокирован по решению республиканского суда №341 от 25 мая 7530 года). 
Ого, какой побочный эффект проявился после лечения по технологиям мимиков. Сила и Ловкость выросли на две, а энергия – на одну единицу. Но был и неприятный момент: я весь измазан в вонючей розовой слизи, а вокруг меня засохли в бурые коросты лужи вытекшей крови. 
Можно сказать, второй раз родился. Первым делом я поспешил в душ. Система жизнеобеспечения тут работала исправно, и вода лилась теплая. Потом собрал лут со штурмовиков: два бронекостюма со шлемами (один костюм и один шлем повреждены), две булл-пап штурмовые винтовки «Натиск», два плазменных ножа, два рюкзака с боекомплектом, едой и полезными мелочами, две мощные рации, два пистолета бесшумной стрельбы, два прибора ночного видения, штурмовой радар «Комплекс А», две аптечки. Еще было письмо графа Верещагина матери. 
Я поел перед дальней дорогой. Заглянул в виртуальный цех проверить, как там броня станнума, и порадовался, увидев, что она зарядилась на 26%. То есть за два дня, что я пролежал без сознания, заполнилась почти четверть заряда, это очень неплохо. 
Мне пришла в голову очередная дурацкая, как позже понял, идея. Я нашел алюминиевый тазик в хламе, которого масса в любом цеху. Закинул туда пряжку от брони и залил сверху красной жидкостью из второй колбы. Очень надеялся, что наниты восстановят броню, а не сделают меня счастливым обладателем нанотазика. Ведь догадаться было несложно: если синий контейнер с органическими нанитами лечит тело, то красный– ремонтирует вещи. Это, скорее всего, стандартный военный ремкомплект. Поэтому Нэла его знала, это совсем не редкость, в трофеях с мимиков таких должно быть много. Вон даже в книге проиллюстрировали применение синей колбы. 
Поход к базе занял у меня четыре часа. Мог бы и быстрее, но собирал трофеи с бойцов в зале с медузами: два разбитых бронекостюма, два поврежденных автомата булл-пап, две повреждённые рации, два рабочих пистолета бесшумной стрельбы, навороченный бинокль и агрегат, который носил Меч на плече – Анализатор боевой обстановки «Абос», очень сильно разрушенный. Я затруднился даже высказать предположение, возможно ли его восстановить. Про остальное снаряжение говорить бессмысленно – чуткие приборы, по которым они меня пасли, оказались сломаны. Взрыв, пожар, электрические медузы не оставили им шансов. 
О том, что медузы обладают электроэнергией, я узнал случайно: когда две особи столкнулись в воздухе, грянул гром и в пол под ними ударила молния. Не зря говорят, что нельзя прикасаться к неизвестным животным, особенно, если они невидимые. Особенно, если они живут в темном страшном подземелье. В зале сильно пахло озоном, и теперь мне стала понятна природа этого запаха – следствие мощных электрических разрядов. 
Почти радостный и довольный, выживший в тяжелом бою, усилившийся от гадкой газировки мимиков, да еще и с кучей полезных трофеев, я добрался до базы. «Почти» в этой фразе присутствует потому, что я до сих пор не знал, как вести себя с Нэлой, и это меня несколько напрягало. Ожидание будущего разговора портило все настроение. Как ложка дегтя в бочке меда. 
Встреча на базе меня потрясла до глубины души. Прием был не просто холодный. Он был ледяной. Заклятых врагов лучше встречают! 
– Стас, привет! – поздоровался я с командиром. 
– Обращаться надо «господин лейтенант», – он смотрел на меня равнодушным взглядом. – Еще раз обратишься не по форме, отправишься на «губу». 
– Как твой брат? – спросил я его. – Нормально добрался?