Играй жестко (ЛП)

Черт. Что, если я заразил её тем, что было у него? Я не заболел, но вполне возможно, что я был носителем вируса.
— Вот. Прими это, — я даю ей две таблетки и стакан воды.
Она морщится, когда глотает.
— Я не могу сделать даже глотка. Это ад.
— Да ладно. Это просто простуда. Ты ведешь себя как ребенок.
Она смотрит на меня, и с одеялом, покрывающим ее голову, она похожа на маленького демона из средневековья.
— Я не могу позволить себе заболеть, — ворчит она.
— Ты беспокоишься о колледже?
— Да, плюс вся эта ерунда с семейными мероприятиями, в которых, по мнению мамы, я должна участвовать. Я с ужасом жду списка дел. А тут еще свадьба Райли и Джесси, — ее глаза расширились. — И наше предложение для ООН, — вскрикивает она.
Я трогаю ее за руку.
— Успокойся. Если ты будешь переживать из-за всех этих вещей, ты не поправишься быстрее.
— Тебе легко говорить. Ты здоров, — она отстраняется от меня. — Тебе действительно не стоит ко мне прикасаться.
— Расслабься. Если бы я собирался заболеть, я бы уже заболел.
— Ты этого не знаешь.
— Я мог тебя заразить.
Она нахмурила брови.
— Как? Ты болел и не сказал мне?
— Нет. Перед тем как встретиться с тобой в кино, я навестил отца. Он был болен, но сегодня ему уже лучше.
— О. Я не знала, что он живет в Фэрбенксе.
Мое лицо потеплело, и я надеюсь, что я не покраснел.
— Да.
— Что не так?
Я качаю головой.
— Ничего.
— А твоя мать?
— Она живет в Мидленде, штат Мичиган. Там родились мы с Логаном. Там же до сих пор живут мои бабушка и дедушка.
— Как давно они развелись?
— Пару лет, но, видит Бог, они должны были расстаться гораздо раньше.
— Мне жаль. По крайней мере, они это сделали. Мои родители никогда не разойдутся, даже если они больше не любят друг друга. Я не уверен, что они вообще любили друг друга, если честно.
— А их брак тоже был по расчету?
Она смотрит в сторону.
— Да.
— И ты уверена, что хочешь для себя именно такой жизни?
— Я не хочу такой жизни, Алекс. Вот почему я стараюсь быть лучшей в колледже. Я хочу карьеру, независимость. Я не хочу ни от кого ни в чем зависеть.
— Тогда почему ты соглашаешься на этот фарс?
Она закрывает глаза и ложится.
— Я не хочу говорить об этом.
Я наблюдаю за ней несколько секунд, борясь с чувствами в своей груди. Мне хочется, чтобы она открылась мне. Что там такого ужасного, что она не может сказать?
— Ты можешь рассказать мне все, Блэр. Ты можешь мне доверять.
— Это не вопрос доверия к тебе. Просто отпусти это, Алекс.
Я вздохнул.
— Хорошо, малышка. Тогда отдыхай. Я выгуляю Печеньку.
— А где твой щенок? — спрашивает она с закрытыми глазами. — Ты должен был взять ее с собой.
— Она у Логана. Может быть, в следующий раз. Засыпай.
— Хорошо.
Некоторое время я не двигаюсь с места, потому что занят тем, что наблюдаю за ней. Блэр настолько ушла в себя, что не замечает, что я все еще здесь. Боль в груди разгорается. Черт возьми. Я действительно люблю ее, и мне страшно, что я могу потерять ее, даже не имея ее.
ГЛАВА 42
БЛЭР
Сначала я не понимаю, где нахожусь. Мой мозг словно наполнен сахарной ватой, мне жарко и потно. Я откидываю в сторону одеяло, прикрывающее мое тело, и пытаюсь сосредоточиться. Я нахожусь в своей гостиной. Наверное, я заснула на диване. Судя по звукам, доносящимся из кухни, я не одна. Я медленно сажусь, потому что все болит, включая голову. Алекс на моей кухне, готовит еду. Это зрелище я никогда не забуду. Может быть, у меня галлюцинации?
— Что ты делаешь? — спрашиваю я, но говорю как лягушка.
— Ты проснулась.
— Сколько я уже сплю? — я бросаю взгляд на окно. На улице уже темно.
— Несколько часов. Я готовлю куриный суп. Надеюсь, ты сможешь поесть.
— Ты готовишь для меня?
Он проверяет содержимое кастрюли, затем подходит ко мне.
— Да, Вествуд. Готовлю.
— Почему?
— Потому что ты болеешь.
Тепло распространяется по моей груди, и это не имеет ничего общего с болезнью. Кажется, что там застряла колибри, или это трепещет мое сердце.
 
— Ты заботишься обо мне?
— Да, — он прижимает ладонь к моему лбу. — Температура спала.
Слезы наполняют мои глаза, но я не хочу, чтобы он их видел.
— Это очень… заботливо.
Он хихикает.
— Ты никогда не думала, что я могу быть таким, да?
— Это сюрприз. Спасибо.
— Твоя одежда промокла. Тебе, наверное, стоит принять душ перед едой.
Я сморщила нос. Господи. Я, должно быть, выгляжу как убитая на дороге. Ненавижу, что Алекс здесь, чтобы быть свидетелем этого.
— Да. Я так и сделаю.
Я встаю, но комната начинает вращаться, заставляя меня снова сесть.
— Ты в порядке?
— Нет. Голова кружится.
Он тянется к моей руке.
— Я помогу тебе. Обопрись на меня.
— Я не хочу на тебя опираться. Я противная.
Он смеется.
— Да ладно, Блэр. Думаешь, меня волнует, что ты немного липкая?
— Ну, меня волнует.
— Я видел тебя грязнее, чем сейчас.
По моим щекам пополз румянец.
— Это не считается. Ты был в том же положении.
— Тебе станет легче, если я попотею? Я могу сделать несколько прыжков и отжиманий.
— Ха-ха. Ты смешной. Можешь просто поддержать меня за руку?
— Конечно.
Он помогает мне встать с дивана, а затем провожает меня в ванную.
— Ты сможешь сама принять душ?
— Я справлюсь.
— Хорошо. Позови, если понадобится помощь, и, пожалуйста, оставь дверь открытой.
— Обязательно. А теперь иди, пока не спалил ужин, — я отгоняю его рукой.
Я тронута тем, что Алекс делает для меня. Никто никогда не заботился обо мне, когда я болела, не получая за это денег. В детстве у меня была няня, которая присматривала за мной, когда я простужалась, а в подростковом и взрослом возрасте я переживала любую болезнь в одиночку.
Это не то, что может сделать простой знакомый. Я должна защитить себя от Алекса. Если он захочет большего, я не смогу ему этого дать, хотя и хочу.
В душе я позволяю страданиям взять верх и пустить слезу. Я веду себя как слабая, но… к черту. Я больна. Кажется, я влюбилась в Алекса. Что я буду делать, если с ним случится то же самое? Я сказала ему. Он знает, что ждет меня в будущем. Я должна положить этому конец, особенно теперь, когда на горизонте Илья. Он тот, за кого хотят выдать меня замуж мои родители, я в этом уверена, а он не похож на человека, который будет терпеть конкуренцию.
Душ помогает прогнать туман в голове, но не облегчает тяжесть в груди. Я попрошу Алекса уйти после ужина. Чем больше времени мы проведем вместе, тем труднее будет его отпустить. Я напрягаю все силы, возвожу барьеры вокруг своего сердца… но вся защита оказывается напрасной. Когда он смотрит на меня и улыбается так, словно я самое дорогое, что есть на свете, я обезоружена. Я хочу его так сильно, что едва могу дышать.
— Ужин готов, — говорит он.
Я иду к нему, желая поцеловать его. Но я не хочу передавать ему свои микробы, поэтому обнимаю его.
— Спасибо.
Он обнимает меня в ответ. Я прижимаюсь щекой к его груди и слышу учащенное сердцебиение.
— Не за что, Вествуд.
— Не называй меня так.
— Хорошо. Не за что, малышка.
Я откидываюсь назад и поднимаю взгляд.
— Что мы делаем, Алекс?
Он делает глубокий вдох, и его взгляд становится более пристальным. Как будто он что-то ищет.
— Я хочу большего, Блэр.
Мое дыхание застревает в горле.
— Я тоже хочу большего. Но…
Он прижимает указательный палец к моим губам.
— Никаких "но". Не сегодня. Пусть у нас будет этот момент.
— Я бы поспорила с тобой, но я больна, — язвлю я.
Он ласкает мое лицо, мягко улыбаясь.
— Я знаю. Тебе нужно поесть, потому что я хочу, чтобы ты как можно скорее почувствовала себя лучше.
— Хорошо, босс.