Играй жестко (ЛП)

Я: Мне жаль. На этот раз я не убегала. Я клянусь. Мы можем поговорить?
Я несколько минут смотрю на свой телефон, но он не отвечает. Чего ты ждешь, Блэр? Сейчас середина ночи.
Я кладу телефон на журнальный столик, затем сворачиваюсь калачиком на диване… и плачу, чтобы уснуть.
ГЛАВА 28
БЛЭР
Я все еще полусонная, когда вхожу в студию на танцевальную тренировку. Мелоди, в своей бесконечной мудрости, заказала нам студию на девять утра на следующий день после нашей вечеринки. Я рада, что не только у меня опухшие глаза. Мои причины не такие, как у других, но мне не нужно объяснять, почему я выгляжу как черт.
По крайней мере, у меня не болит голова, чего нельзя сказать о большинстве присутствующих. Я стою рядом с Пиппой, которая массирует висок.
— Тяжелая ночь? — спрашиваю я.
— Да, самая ужасная. Мало того, что я выпила слишком много вина, так еще какой-то придурок вломился в мою комнату и занялся сексом на моем столе.
Чеееерт.
— Откуда ты знаешь?
— Моя дверь была широко открыта, а я знаю, что заперла ее. К тому же, я видела улики, — она исказила свое лицо в гримасу. — Я нашла презерватив в мусорном ведре.
— Хорошо, но откуда ты знаешь, что они занимались этим на твоем столе?
— Это единственное место, которое было в хаосе. Они сбили мой держатель для ручек, и стол стоял не совсем на том же месте.
Мне следовало бы подобрать держатель для ручки, но я была не в том состоянии, когда выходила из ее комнаты.
— По крайней мере, они не воспользовались твоей кроватью.
— Слава богу. Если я узнаю, кто был в моей комнате, они — трупы.
Будем надеяться, что ты никогда не узнаешь. Я не помню, были ли в коридоре свидетели.
Я ставлю сумку на пол и вылезаю из пальто.
— Давай сосредоточимся на том, чтобы поставить этот танцевальный номер, прежде чем ты начнешь убивать.
— Кто-нибудь слышал что-нибудь о Фэйт? — спрашивает Мелоди из другого конца комнаты.
Никто не произносит ни слова, поэтому Мелоди, естественно, буравит меня взглядом.
— Она твоя младшая сестра, Блэр. Приведи ее сюда как можно скорее.
— Я ей не нянька, — отвечаю я.
— Я знаю, почему она опоздала, — говорит Торранс. — Она переспала с тем, с кем хотела прошлой ночью.
Все мое тело замирает.
— Что?
— О да, — подхватывает Пиппа. — Я видела, как она целовалась с одним из близнецов.
Мой желудок опускается вниз. Алекс не стал бы спать с Фэйт сразу после того, как трахнул меня, не так ли?
Фэйт входит в студию, и все взгляды обращаются к ней.
— Привет всем, извините за опоздание, — на ее лице лукавая улыбка, которая говорит о том, что она вовсе не извиняется.
Прежде чем я успеваю остановить себя, я спрашиваю:
— Ты переспала с Алексом?
Ее лицо становится свекольно-красным.
— Да. Пожалуйста, не злись на меня.
Я быстро моргаю, сердце бешено стучит в груди. Я должна быть опустошена, и, возможно, это придет, но сейчас я оцепенела, как будто у меня внетелесный опыт.
— Вот это да! Ты заполучила одного из близнецов? — отвечает Торранс. — Как он?
Фэйт открывает рот, чтобы ответить, но я прерываю ее.
— У нас нет времени на сплетни. Обсуждайте сексуальную жизнь Фэйт в свое личное время.
Торранс надулась.
— С тобой неинтересно. То, что ты ненавидишь Алекса, не означает, что мы все должны это делать.
Все мое тело переходит в режим борьбы.
— Еще хоть слово скажешь об этом ходячем билборде венерических заболеваний, и тебе запретят посетить гала-вечер.
Она выпучивает глаза.
— Ты не можешь этого сделать.
— Хочешь поспорить?
Она смотрит на Мелоди с мольбой о помощи, потом на Пиппу, но в них она не найдет союзника. Я — Блэр Вествуд, и они знают, что нельзя стоять у меня на пути, когда я в ярости.
— Блэр права. Обсуждать чью-либо сексуальную жизнь — это дурной тон, и это не соответствует ценностям Дельты, — говорит Мелоди. — Если я услышу, что кто-то в открытую обсуждает сексуальные отношения, ему будет запрещено посещать гала-вечер. Это ясно?
Все кивают. Торранс больше не открывает свой большой рот, как и Фейт. Впрочем, это неважно. Гнев, бурлящий в моих венах, не желает покидать мое тело. К концу тренировки я довела этих девушек до того, что они все меня ненавидят, включая Мелоди и Пиппу. Мое тело тоже болит, но я приветствую эту боль. Без боли в груди я бы обошлась.
 
ГЛАВА 29
АЛЕКС
Я вижу приятный сон, когда меня будит громкий стук в дверь.
— Вставай, придурок, а то опоздаешь.
Ворча, я вытаскиваю голову из-под подушки. Прищурившись, я нащупываю телефон, чтобы посмотреть время. На тумбочке ничего нет. Черт. Точно. Я потерял телефон на вечеринке в субботу, а вчера у меня было слишком сильное похмелье, чтобы искать его.
Я машу ногами, чтобы распутаться от простыней, затем перекидываю их через край кровати и сажусь.
Логан открывает дверь.
— Ты там жив?
— Едва ли, — прохрипел я.
Блэр пробегает между ног и пытается запрыгнуть ко мне на колени.
— Доброе утро, девочка, — я глажу ее по голове.
— Я уже выгулял ее, но тебе нужно купить ей еды. Мы уходим.
— Мне нужно найти мой чертов телефон.
— Возможно, он все еще в доме Дельты. Почему бы тебе не позвонить своей подружке Блэр и не спросить, нашла ли они его? — он ухмыляется.
Я изо всех сил стараюсь смерить его взглядом.
— Она мне не подружка. И я не буду ей звонить.
— Господи, похоже, ты снова ее ненавидишь. Что случилось?
Я встаю и ищу футболку.
— Ничего не случилось. Перестань спрашивать о ней.
— Хорошо. Кстати, звонила Джоанна. Она хочет встретиться.
Я мгновенно насторожился.
— У нее есть новости?
— По телефону не сказала, но, судя по голосу, она взволнована, так что держим кулачки.
— Надо бы познакомить с ней Ноа, — говорю я неожиданно.
Брови Логана взлетают вверх.
— Черт. Это неплохая идея. Не могу поверить, что он еще не подписал контракт с агентом, но, черт возьми, этого парня уже должны были задрафтовать.
— Ни хрена подобного.
— Давай сначала узнаем, чего она хочет, а потом упомянем Ноа. Зная ее, он, вероятно, уже на ее радаре. В любом случае, надо бежать.
— Увидимся.
Из-за того, что сегодня утром мне нужно было купить собачий корм, у меня не было времени зайти в дом Дельты до того, как нужно было отправляться на занятия. Я не отношусь к тем людям, которые не могут функционировать без телефона, но я могу пропустить важные сообщения или звонки. Я схожу после занятий профессора МакНелиса, которых я очень жду. Блэр сказала, что не играет в игры, но пока что именно этим она и занималась, и теперь у нее появился противник.
Я не утруждаю себя ранним приходом, и, как обычно, Блэр уже заняла свое место в первом ряду. Я выбираю тот ряд, который мне больше нравится, в конце, но на этот раз я специально выбираю место без соседки. Как бы мне ни хотелось показать Блэр, что мне не нужно просить, чтобы трахнуться, у меня нет настроения с кем-то разговаривать. Похоже, похмелье еще не покинуло мое тело. Я не пил столько лет, поэтому не удивляюсь, что до сих пор чувствую себя дерьмово.
Я пытаюсь следить за ходом лекции, но то и дело пропускаю какие-то фрагменты информации. Я устал, и мой мозг продолжает дремать. Надо было выпить побольше кофе перед тем, как прийти сюда. Профессор МакНелис задает вопрос, и Блэр тут же поднимает руку, чтобы ответить. Это привлекает мое пристальное внимание. Ее ответ верен лишь частично, и это мой сигнал к тому, чтобы вернуть в свою жизнь хоть какое-то подобие нормальности… потому что тосковать по ней — это не нормально.
Я поднимаю руку, привлекая внимание профессора Макнелиса.
— Да, Алекс?
— Я не согласен с Блэр.
Она оглядывается через плечо, и смертельный взгляд ее глаз становится почти осязаемым. Я кривлю губы в ухмылке, затем объясняю, почему ее ответ неполный. Чем больше я говорю, тем краснее она становится. Естественно, она спорит, но профессор МакНелис прерывает дискуссию до того, как она захватит весь класс.