Олигарх 5 (СИ)

— В наш лагерь на Пенжине всего уже завезли в достатке. Я завтра утром предполагаю туда выехать. Надеюсь добраться до обильных снегопадов. Флегонт Мокиевич будет потихоньку двигаться вперед почтовые станции, а мы по возможности идти навстречу. Но нашей главной задачей считаю подготовку к броску будущей весной через Пенжину. Через год мы должны быть в Магадане, — планы на мой взгляд были нереальные, но после успехов этого года наверное возможно всё.
Алексей Андреевич похоже почувствовал мои сомнения и продолжил.
— До Магадана надо проложить трассу протяженностью верст восемьсот пятьдесят — девятьсот. До Гижигинска есть хорошо нахоженная тропа, которая как и до Верхнекамчатска местами даже и наезженная, а это немного поболее трехсот верст. Это та часть тракта которая использовалась больше всего, когда еще существовал Анадырский острог, а сейчас по ней часто ходят чукчи и обитатели сел, оставшихся после него. Мы эти триста верст я думаю быстро пройдем. Идти там во многих местах придется по болотистой местности, но на мой взгляд это лучше чем через горы.
  
Глава 7
 
Мой полный тезка, инженер Алексей Андреевич Соловьев, похоже почувствовал мои сомнения по поводу его планов дойти за следующий год до Магадана и продолжил свои объяснения.
— До Магадана надо проложить трассу протяженностью верст восемьсот пятьдесят — девятьсот. До Гижигинска есть хорошо нахоженная тропа, которая как и до Верхнекамчатска местами даже и наезженная, а это немного поболее трехсот верст, —главным источником информации в данном вопросе у нас была «Подробная карта Российской Империи Пядышева» 1822-ого года и листами его же Атласа 1821−1827-ого года. Это были самые свежие карты Российской империи. На них было указано расстояние от Пенжинского острога, на самом деле от его остатков на берегу реки, до Гижигинска — триста двадцать верст.
— Это та часть тракта которая использовалась больше всего когда на Чукотке еще существовал Анадырский острог, а сейчас по ней часто ходят чукчи и обитатели сел, оставшихся после него. Мы эти триста верст я думаю быстро пройдем. Идти там во многих местах придется по болотистой местности, но на мой взгляд это лучше чем через горы, — болота в тех краях не сахар, мне немного удалось с ними «познакомиться» в своей первой жизни, но горы Восточной Сибири это железно одно из мест в тройке ужасов, которые я когда-либо видел.
— Возражать вам тут не буду. А что представляют из себя все обозначенные остороги и почтовые станции и прочее? — я показал на надписи Туманская, Ямской, Ольская и прочие сежду Гижигинском и Охотском.
— Про Туманную ничего сказать не могу. Судя по второму называнию, это скорее всего какая-то стоянка коряков, также как и Армань с Ольской, где нет русских. И реально для нас интерес представляют только Ямск, Тауйск и Иня, где есть русское население, — Алексей Андреевич свой рассказ естественно сопровождал показом этих пунктов на карте..
На карте они все именовались немного не так. Ямск продолжал громко называться острогом или крепостью, чем он был еще несколько десятков лет назад, а вот показал Тауйский острог таковым никогда и не являлся.
— В Ямске и Тауйске жителей с детьми где-то сто двадцать — сто тридцать человек, в Тайске есть церковь, где служит священник, один бедолага на всю округу, шесть казаков Якутского полка и сколько-то казенных людей. В Ямске есть часовня. Местные несколько лет шлют прошения — просят построить им свой храм, — Алексей Андреевич сделал паузу и посмотрел на свои записи. У него как и уменя была большая записная книжка.
— Для нас сейчас интерес представляет только Ямск. Всё остальное будем рассматривать когда дойдем до Магадана. От него до Арманя почти сорок верст, а до Тайска больше восьмидесяти.
— Согласен, в данном случан проблемы надо решать постепенно, по мере поступления. Здесь у вас основные работники местные аборигены и камчадалы. А там как? — этот вопрос самый главный. Привлечь жителей Камчатки для строительства дороги вдоль охотского побережья нереально, люди просто не пойдут туда.
  
— Кроме моего отряда еще две сотни староверов, которые собираются поселиться в тех краях и около тысячи аборигенов, пришедших к нам с Чукотки и с тех краев. На месте удастся привлечь максимум тысячу. Всех кого можно уже привлек Мокий Флегонтович. У него почти две тысячи взрослых мужиков. Почти пятьсот русских, из них сотня казаков, триста пятьдесят староверов и полторы тысячи местных, — господин инженер достал еще одну карту расстелил её поверх первой.
— Вот это план Магадана и его окрестностей. Его доставили мне буквально вчера. На нем хорошо видно что Мокий Флегонтович уже сделал и его ближайшие планы. Они кстати все свои семьи уже забрали к себе, — Алексей Андреевич жестом предложил мне ознакомиться с планом, подробной легендой к нему и большой справке о положении дел в Магадане.
Я нарисовал в своё время примерный план будущего Магадана и отдал его Ивану Кузьмичу и новый город начали строить именно в соответствии с ним.
В моей первой жизни полуостров, на котором расположен город носит имя русскогоучёного-гидрографСтарицкого, а бухта на его восточном берегу имя капитана второго ранга Гертнера.
Но они еще даже не родились и если без названия бухты можно великолепно обойтись, то полуостров надо как-то назвать.
Соня предложила мне назвать полуостров Магаданским и я сразу же с ней согласился.
На северной стороне бухты Нагаева Мокий Флегонтович начал строить морской порт. От него заложили большую набережную, которая идет по всему восточному берегу бухты дло самого плавного перехода в южный.
В центре набережной городская площадь, открытая на бухту. На ней два строящихся храма, один из которых старообрядческий, построенный двухэтажный губернаторский дом и строящийся очень большой учебный коорпус. В нем точно будет городская библиотека и народное училище.
Как будет называться это среднее учебное заведение я еще не решил, название народное это скажем так рабочее. Но скорее всего оно и останется. В нем будут учиться все дети Магадана старше восьми лет независимо от пола, вероисповедания, социального статуса или чего-то другого.
Это моё обязательное условие и требование. Не хочешь чтобы твоё чадо образовывалось, пожалуйста с вещами на выход. Русские первой же оказией в Охотск, а там как карты лягут, в Якутск просуху или морем в Россию. Инородцы в свой чум или ярангу.
Учиться в училище будут целых десять лет: первые семь лет полное и законченное среднее образование, а потом три года специальное.
Про первые семь лет мне все понятно, я даже программу уже составил, а вот дальше пока по сути голая идея.
На площади в будущем обязательно будет еще что-нибудь, точно например возведем театр.
Сзади зданий будет большой и по сторонам площади большой городской парк. Он будет подковой охватывать площадь и выходить на набережную.
Между портом и площадью три пока небольших улицы.
Рядом с портом строятся большая гостиница и морское управление, с примыкающей улицей они образуют морской городок. Две других — всё остальное население. Казаки решили отдельной станицей не селится и полпросили отвести им улицу, сразу же за морской. Казачья улица заканчивается строящейся большой конюшней, плацем и арсеналом с караулькой и комендатурой. Арсенал в планах будет одним из самых добротных зданий города, мини-крепостью. В нем предполагается в будущем разместить золотохранилище.
За парком строится здание городской больницы.
В двух верстах от набережной протекает небольшая река Молотар. Я её знаю как Магаданка. Но живущие в её устье эвенки называют её Молотар. И мы тоже будем называть её именно так.
В неё на нерест заходит лосось и косяки идут так плотно, что рыбу можно брать руками.
Река достаточно короткая и небольшая. После того как в неё впадает главный приток Каменушка, её ширина становится метров десять-пятнадцать, в отдельных местах достигая и двадцати.