Сгусток Отроков (СИ)

— Ты всегда так поздно заглядываешь к своим «подопечным»?
Майя спрашивает тихо, ее голос полон вызова. Внутри неё бурлят вопросы, сомнения и ревность, и все эти чувства волнами накрывают меня. Я будто сам проживаю этой борьбу.
Откуда такое странное отношение? Я бы мог понять негодование спросонья, но тут — какая-то буря.
Амрит бросает на неё долгий взгляд, губы растягиваются в ухмылке.
— Не всегда.
Захмелевшая еще пуще, чем при первой встрече, девушка наклоняется ближе, подползая на четвереньках к нашей зашторенной лежанке, рука мягко ложится мне на плечо.
Ее прикосновение. Как электрический разряд, проходящий сквозь моё тело, но оно не ограничивается моей кожей — чувствую, как будто этой рука касается не только меня, но и Кристины. Ощущение, словно наши сознания переплетаются, и каждый чувствует прикосновение так, как будто оно предназначено ему.
— Но сегодня что-то тянет сюда. Что-то незавершённое. Может, луна в такой фазе, может алкоголь в крови. А может, это насчёт тех троих, которых ты, Нэл, уложил в грязь, почти похоронил? Хотелось бы закончить разговор.
Слова Амрит вонзаются в сознание со сверлящим напором.
Кристина все еще спит. Или делает вид… Напрягается рядом, ее эмоции обжигают. Внутри нарастает волнение, чувство вины и страха. Я не только слышу слова Амрит, но и ощущаю их вес, как будто они давят на нас обоих.
— Ты узнала, что с ними случилось?
Мой голос выходит тише, чем планировал, но в нём слышится беспокойство. Которого я не испытываю. Ощущаю, как каждое слово обретает форму отзвуков в чужом сознании, будто связанных невидимыми нитями.
Амрит отводит хмельной взгляд куда-то в сторону, затем снова смотрит на меня.
— Да, узнала. И облегчило бы задачу, если б ты сказал, где все это произошло и указал точное место, искать пришлось долго.
— Так и не спрашивала.
— Ой, ну ты же мужик или кто, мог и напомнить.
Взгляд девушки смягчается, хотя тон остаётся серьёзным. Лёгкий оттенок заботы, смешанный с холодным расчётом, моросит по кончику языка.
— Те трое всё ещё без сознания. Их состояние стабильно, но… не скажу, что им повезло. Выглядят, как будто по ним пробежала стая разъярённых быков. Женю, их Фасилитатора, так и не нашли. Вот это, Нэл, и заставляет меня волноваться. Кто-то должен был следить за порядком, но его просто нет. Будто испарился. И мне это совсем не нравится. Ладно за вами тремя мы не доглядели — не можем разорваться на всех, когда от групп отделяетесь… Тут мне, собственно, и повезло, сказала, что следила за «большинством». Иначе бы тоже втык получила похлеще.
Амрит икнула. От нее исходит сладкое амбре вина.
Слова Амрит висят в воздухе, их тяжесть ощущается так, словно кто-то поместил на мои плечи груз весой в сто тон. Сердце начинает биться быстрее. Не только моё — Кристина рядом тоже испытывает эту тревогу. Она крепче прижимается ко мне, пальцы сжимаются на моей груди, и я погружаюсь в ее страх, как будто это мой собственный. Фасилитатор просто исчез? Без следов, без объяснений? Это уже не просто драка, это что-то большее. И это «что-то» могут попытаться взвалить на меня с парнями.
Майя потесняет Амрит, также на четвереньках, завернувшись в одеяло, подползает к нам ближе. Теперь две девушки бок о бок, обе бросают на меня острый взгляд. Интерес и усталость от Амрит. Страх, смешанный с ожиданием у Майи. Она пытается разобраться в происходящем, но мысли спутаны. Неуверенность заполняет меня.
— Значит, что-то пошло не так.
Голос Майи слегка дрожит. Эта дрожь — как эхо, проникающее в моё тело.
— Мы влипли в неприятности, Нэл?
Амрит улыбается, но в этой улыбке нет радости. Я чувствую уверенность и некую отчуждённость, будто девушка стоит на краю пропасти, наблюдая за нами, летящими вниз.
— Я бы сказала, что всё гораздо сложнее, чем просто неприятности. Кто-то играл в свою игру, и, похоже, ваши действия сбили им все карты. Теперь мне нужно понять, кто и зачем. А может, я просто лишнего махнула сегодня и перебздела… Кто его знает. Но для начала вам, ребята, стоит держать уши востро. Что-то мне подсказывает, что это ещё не конец истории.
  
— Угу…
Напряжение слегка отпускает. Эта странная связь между нами становится всё сильнее. Я ощущаю, как тревога Майи постепенно сменяется любопытством, как Кристина пытается справиться с внутренней борьбой во сне и вне его. Вижу, что Амрит заинтересована в нас, что девушка даёт нам шанс. Может, ей тоже интересно, на что мы способны, или же это часть этой собственной игры. Испытания…
— Что теперь будем делать? Ждать чего-то плохого?
Голос Майи тихий и смягчается, взгляд смещается на меня. Старается не разбудить Крис и Дага.
В этот же момент вопросы внутри сознания Майи словно пронизывают моё собственное иглой с ниткой, как будто сшивая прямо внутри то, что подруга детства спрашивает вслух.
Амрит поднимает руку, убирает волосы с лица Майи, задерживая пальцы у той на висках. Это прикосновение. Будто оно направлено ко мне, вызывает мелкие мурашки по коже, и слышу, как сердце Майи замирает, как мысли ее замедляются, погружаясь в какое-то полумагическое состояние транса.
— Ждать — это не про меня, Майчонок-зайчонок. Я хочу, чтобы вы, сладкие мои, поняли, что у вас есть сила.
Слова Амрит словно эхом отдаются в моей голове, заставляя кровь быстрее бежать по венам.
— Всё, что вас держит, — это ваши страхи. Но иногда нужно позволить себе расслабиться, отпустить эти страхи и стать свободными. Свободными от всего, что вас связывает.
Она придвигается ближе, ее рука начинает мягко скользить по моей спине. Чувствую не только прикосновение очаровательной девушки, но и то, как это ощущает Кристина. Этот шок, пробегающий по моему телу, словно является и моим шоком. Хотя намеки и язык тела Амрит — поражают меня не меньше жены. Разделить наши эмоции — сложно, но разница есть. У Крис — все сейчас подсознательно. У меня же — кожа покрывается мурашками, и на секунду хочется отстраниться, но что-то в голосе женщины в черном и в ее рыжих глазах удерживает меня на месте. Это странное ощущение — смесь протеста и неудержимого желания. Я перехватываю симпатию Амрит…
Кристина напряглась рядом. Пальцы крепче сжали мою руку, словно пытаясь понять, что происходит. Крис открыла глаза. На мгновение взгляды встретились. В ее глазах удивление и недоумение. А в ощущениях — растерянность, словно это моя собственная. Её эмоции обрушиваются на меня, волной накрывают. В глубине неё происходит борьба между желанием остановить это или позволить моменту развиваться, не понимая, сон ли это или уже наяву.
Майя тоже напряглась. Не понимает, что происходит и… Нечто большее. Взгляд мечется от Амрит ко мне и обратно, чувствую ее страх и любопытство. Она, словно под гипнозом, наблюдает за Амрит. Милашка-бедняжка Майя. Ее движения становятся замедленными, а дыхание — чуть прерывистым.
А я… Я потерян. Не отличаю — какая эмоция где и моя. Умом понимаю, что сейчас происходит нечто неправильное и чреватое.
Телом… Телом в сомнениях. Желания. Мои. Чужие. Всех вместе — во мне.
Даг, всё это время остававшийся в стороне, наконец поднимает голову.
— Ребята! Не спите?
Глаза слегка расширены, и чувствую его неуверенность, будто она моя. Даг как будто пытается осознать, где он, что происходит. Поток чужих эмоций мешает сосредоточиться.
Мы все — подобие транса, исходящего от Амрит… или… От меня?
Резонанс чувств и эмоций. И нечто большего.
Татуировка кольнула. Может, психосоматика. Может, кажется… Но ощущение, что весь поток чувств перетекает через нее связующей нитью, потоком сквозь девчонок, Дага, а вслед и через маленький кинетический посох-палочку, только что вывалившийся из внутреннего кармана Амрит, который вообще-то даже не должен работать без соприкосновения с хозяйкой…
Моя Татуировка. Она вводит в гипноз всех здесь присутствующих.
Майя медленно тянется к Дагу, ее пальцы касаются руки паренька. Их контакт подобен касанию раскаленной кочерги до моей собственной кожи. Его реакция — вздрагивание. Растерянность. Непонимание, что происходит. Его. Мое. Майи и Крис. У Амрит нет сомнений. Взгляд Майи к Дагу наполнен странной тягой, и я, как будто находясь внутри ее головы, ощущаю это смятение.