Превратности судьбы
Она закрыла парадную дверь, и в передней воцарился странный полумрак. Через минуту Оуэн понял, в чем дело. В большинстве домов на стене, над приставным столиком, было принято вешать зеркало, которое как бы расширяло пространство передней и создавало иллюзию большего ее освещения. Здесь же зеркала отсутствовали.
Он проследовал за миссис Крофтон по узкому коридору в уютный кабинет, стены которого были уставлены полками с книгами. Окно в дальнем конце кабинета выходило на маленький, но красивый садик. Причем в этой комнате зеркало имелось – совсем новое, как отметил гость.
Вирджиния сидела за небольшим бюро. Держа в руке перо, она подняла на визитера глаза. Какой-то миг он просто смотрел на нее, очарованный игрой утреннего солнца в ее огненно-рыжих волосах.
– Мистер Суитуотер с визитом, мадам, – сообщила экономка.
– Благодарю, миссис Крофтон, – ответила Вирджиния. Она отложила перо. – Садитесь, мистер Суитуотер.
Миссис Крофтон задержалась в дверях:
– Не подать ли чаю, мадам?
Вирджиния, казалось, растерялась. Оуэн же улыбнулся про себя, вспомнив о том, что утром ему самому пришлось решать этот сложный вопрос во время визита тетушки. Ведь предложение выпить чаю подразумевало, что гость может задержаться дольше, чем необходимо.
Наконец Вирджиния ответила:
– Да, пожалуйста, подайте. Спасибо, миссис Крофтон.
Оуэн мысленно улыбнулся. Хотя Вирджиния держалась настороженно, она, однако, приняла тот факт, что не сможет больше избегать встреч с ним. Конечно, чай не означал, что она согласна на безоговорочное сотрудничество, но все же это было очевидное признание того, что отныне они связаны – пусть даже временно – событиями прошедшей ночи.
Миссис Крофтон прикрыла за собой дверь, а Оуэн, сев в кресло, проговорил:
– Должен признаться, мне любопытно… Как же вы объяснили своей экономке причину вашего позднего возвращения?
– Просто сказала, что задержалась в доме клиента дольше, чем рассчитывала. – Вирджиния указала на свежий выпуск «Флайинг интеллидженсер», лежащий на крышке бюро: – В утренних газетах нет ни слова о смерти Холлистера, так что у миссис Крофтон нет причин задавать вопросы.
– Зря вы так уверены в этом. Я по собственному опыту знаю: домоправительницы и экономки всегда знают больше, чем кажется. Слухи еще не распространились лишь потому, что час был полночный. И пока никто, кроме нас с вами и убийцы, не знает, что Холлистер мертв. Насколько нам известно, труп все еще в той комнате – его пока не обнаружили. Когда же сообщение появится в газетах, смерть, без сомнения, объяснят естественными причинами.
– Да, разумеется. Семья об этом позаботится. Им не нужен скандал, связанный с убийством и расследованием, – особенно если убийцей, как мы подозреваем, была его жена.
– Вы правы, – кивнул Оуэн.
Немного помолчав, Вирджиния добавила:
– Но если это семейство не хочет быть замешано в полицейском расследовании, то кому же понадобилось обставить дело так, чтобы меня нашли на месте убийства с ножом в руке?
– Я почти убежден, что это не входило в первоначальный план. Мне представляется куда более вероятным, что тщательно выстроенный план преступления почему-то дал сбой.
– Вы считаете просто совпадением тот факт, что леди Холлистер заказала вчера сеанс чтения?
– Когда речь идет об убийстве, «просто совпадений» не бывает. Но в данной ситуации есть и другие возможности.
– Например?
– Вероятно, роль жертвы предназначалась вам.
Вирджиния замерла.
– Мне?..
– Если бы вас нашли на месте преступления, то арестовали бы. И весьма вероятно, что повесили бы за убийство.
– Как мило…
– У вас есть враги или конкуренты, мисс Дин?
Она тяжело вздохнула:
– Явных врагов, тех, о которых я бы знала, – нет. Но ведь среди практикующих конкурентов всегда хватает… Поэтому – да, у меня есть соперники. Но я не могу представить, что кто из них мог бы зайти настолько далеко, чтобы втянуть меня в это дело просто для того, чтобы убрать с дороги.
– Это лишь одно из вероятных объяснений произошедшего. Я уверен, что есть и другие.
– Обнадеживающая мысль… Должно быть, сэр, вы немало времени обдумывали события прошедшей ночи. Что еще вы могли бы предположить?
– Увы, мои ночные размышления не увенчались особым успехом. В этом деле слишком многое неизвестно.
– Сэр, а вы вообще ложились спать?
Оуэн утвердительно кивнул:
– Да, но спал очень мало.
– Как и я… – вздохнула Вирджиния. – Я провела почти всю ночь, пытаясь найти хоть какой-то смысл в произошедшем. И я совсем сбита с толку.
– Здесь явно кроется тайна. Но в одном я уверен: хотя мы с успехом избежали чьей-то искусно устроенной ловушки, вы по-прежнему в опасности.
– Но почему?
– Потому что у вас исключительный талант, мисс Дин. Ключом ко всему является ваша психическая сила. Скажите, что вы помните о вчерашней ночи?
– Я снова и снова перебираю каждый момент. – Вирджиния подошла к окну и, отодвинув зеленую бархатную занавеску, выглянула в сад. – Мистер Уэлч, джентльмен, который ведет консультационные записи в Институте, записал меня на сеанс чтения для леди Холлистер. И я прибыла в особняк Холлистеров точно в назначенное время, в восемь вечера.
– Леди Холлистер высылала за вами карету?
Губы Вирджинии скривились в ироничной улыбке:
– Нет. Конечно, нет. Люди вроде Холлистеров удостаивают этой чести только тех, кого считают равными себе. По мнению моих клиентов, на социальной лестнице я стою на ступень или две ниже гувернантки или наемной компаньонки. Ведь в отличие от этих женщин мне приходится ходить по вызовам, зарабатывая себе на жизнь.
– Однако у вас собственный дом, вы держите экономку и одеваетесь по моде. И я бы рискнул предположить, что зарабатываете вы гораздо больше, чем дамы названных вами профессий.
Вирджиния коротко рассмеялась:
– Ваши слова – да Богу в уши, мистер Суитуотер. Дом я арендую. А миссис Крофтон любезно согласилась получать жалованье, которое, как она уверяет, значительно ниже того, что ей платили на предыдущем месте службы. Моя же портниха даже не притворяется француженкой в отличие от своих более стильных товарок. Однако – да, мои дела идут неплохо. Более того, дела мои процветают с тех пор, как я стала сотрудничать с Институтом Лейбрука. Мистер Лейбрук умеет находить первоклассных клиентов.
– Таких, как леди Холлистер? – спросил Оуэн, не повышая голоса.
Вирджиния поморщилась:
– Оглядываясь назад, можно сказать, что она оказалась не лучшей из клиенток.
– Вспоминайте дальше.
Вирджиния вернулась к созерцанию пейзажа за окном своего кабинета.
– Сейчас… Дайте подумать. Ну, я помню, как меня провели в библиотеку. Комната казалась мрачной и холодной, хотя в камине пылал огонь, а лампы горели. Думаю, такова аура самого дома. Она прямо-таки подавляла. Леди Холлистер ожидала меня вместе со своей компаньонкой. Подали чай. Я спросила хозяйку, зачем ей понадобилось читать в зеркале.
– Она объяснила?
– Почти сразу же стало ясно, что леди Холлистер… несколько не в себе. В разговоре перескакивала с одного на другое, легко приходя в крайнее волнение. Компаньонке несколько раз приходилось ее успокаивать. Однако леди Холлистер с предельной ясностью объяснила, зачем она меня позвала.
– Что за зеркало вам дали?
– Это было зеркало из спальни ее умершей дочери. – По телу Вирджинии пробежала легкая дрожь. – Ужасно читать такие вещи. Ведь дети…
– Да, понимаю.
Она быстро взглянула на него:
– В самом деле понимаете?
– Я видел чудовищ, которые охотились на детей. Но зачем вы читаете такие вещи, если они вам столь отвратительны?
– Я чувствую, что должна. – Вирджиния снова уставилась в окно. – Иногда мне удается внушить безутешным родителям ощущение, что все закончилось – как будто чтение в зеркале закрывает некую дверь в прошлое. И люди обретают свободу, могут дальше идти навстречу будущему. А в редких случаях я даже находила ключ, который затем приводил полицию к убийце, если, конечно, таковой имелся.