Превратности судьбы

– Отличная новость! – обрадовалась Вирджиния.
Ник поморщился:
– Боюсь, ничего хорошего. Мы с Оуэном посетили эту мастерскую. Там никого не оказалось. Миссис Брайдуэлл, которая и делает все это, бесследно исчезла. В доме не нашлось ни одной из ее игрушек и никаких документов.
– О-о!.. – Вирджиния была разочарована. – И что же теперь делать?
– Поручим миссис Брайдуэлл заботам агентства «Джонс и Джонс», – ответил Оуэн. – Я хочу, чтобы Ник помог нам еще кое в чем. Он согласился побывать в Институте сегодня вечером. Я попросил его наметить вероятных подозреваемых, которые наверняка будут на приеме.
Шарлотта пристально поглядела на Ника:
– Вы знаете толк в подобных вещах, мистер Суитуотер?
– Признаться, в этом смысле кое-что умею.
– А как вы собираетесь проникнуть в Институт без билета? – спросила Шарлотта. – Следует иметь приглашение или сопровождать приглашенное лицо.
– Я уже подумал об этом, – сказал Оуэн. – Ник будет сопровождать вас, мисс Тейт.
– Что?! – изумилась Шарлотта. – Сопровождать меня?!
– Да, мисс Тейт. У Ника талант замечать мельчайшие детали. Я хочу сравнить его наблюдения со своими собственными.
– Прошу меня извинить, однако… – Шарлотта умолкла и нахмурилась.
– В Институте все знают, кто я такой, – сказал Оуэн. – По крайней мере думают, что знают. Но никто не узнает Ника.
– Потому что я редко выхожу из дома, – пояснил Ник.
– Вы представите Ника в качестве нового практикующего, который жаждет присоединиться к вашему сообществу, – продолжал Оуэн.
Шарлотта презрительно фыркнула.
– Не думаю, что кто-нибудь нам поверит! – Она повернулась к Нику. – И каким же талантом вы собираетесь там похвалиться?
Ник покраснел:
– Я притворюсь одним из тех шарлатанов, которые вызывают духов. Подобный талант имитировать легче всего.
– Потому что духов не бывает, – подхватила Шарлотта. – Всякий, кто заявляет, что видит привидения, уже по определению мошенник или не в своем уме. Однако, сэр… Ведь в Лондоне сотни медиумов, если не тысячи. Ваш талант не покажется необычным.
– Как раз это нам и требуется, – заявил Оуэн. – Надеюсь, что никто не обратит особого внимания на человека, который заявляет, что вызывает духов. Те, кто будет на приеме, не станут рассматривать Ника в качестве опасного конкурента. И он сможет наблюдать за окружающими, не привлекая к себе особого внимания.
– Да-да, конечно, – поспешно сказала Вирджиния. – Полагаю, это отличный план! Я также счастлива сообщить, что моя подруга Шарлотта согласилась навести справки в агентствах, через которые нанимают на работу компаньонок. Мы подозреваем, что компаньонка леди Холлистер теперь ищет новое место. Может быть, Шарлотта сможет разыскать эту особу.
– Превосходно, – кивнул Оуэн. Казалось, слова Вирджинии его приятно удивили. – Большое вам спасибо, мисс Тейт. Вы бы очень нам помогли.
– Посмотрим, что я сумею сделать, – пробормотала Шарлотта, явно смутившись.
– А теперь вам придется нас извинить. – Оуэн направился к выходу. – Нам с Ником предстоит обсудить массу подробностей до сегодняшнего мероприятия.
Ник поклонился Вирджинии:
– Рад был познакомиться, мисс Дин. – Он взглянул на Шарлотту: – Было очень интересно, мисс Тейт.
Мужчины скрылись за дверью и растворились в тумане, прежде чем Вирджиния с Шарлоттой успели сказать хоть слово на прощание.
– Ну и ну… – пробормотала Шарлотта, опомнившись. – Кажется, эти джентльмены большие мастера исчезать с невероятной скоростью.
– Да, действительно, – согласилась Вирджиния. – Можно подумать, они растворяются в пространстве.
 
Глава 25
В тот же вечер, без четверти девять, Вирджиния стояла рядом с Памелой Иган в относительно тихом закутке приемного зала Института. Они вместе разглядывали толпу гостей. Пятнадцатью минутами ранее прибыли Шарлотта и Ник. И казалось, никто не удостоил эту пару особого внимания.
Но когда Вирджиния вошла в зал под руку с Оуэном, реакция собравшихся была совершенно иной. На миг воцарилось гробовое молчание, сменившееся затем преувеличенно громкими разговорами. Следовательно, все их заметили.
 
– Нельзя отрицать, что Гилмор Лейбрук – напыщенный осел, – заявила Памела и сделала основательный глоток шампанского. – Как жаль, что именно он руководит Институтом!
– Есть и хорошая новость. Насколько мне известно, он собирается вскоре прокатиться по Европе, – сообщила Вирджиния.
– Остается лишь надеяться, что потом ему очень захочется навестить Америку. Когда Лейбрук в Лондоне, он помыкает нами всеми так, словно он из Общества Аркан.
– Полагаю, здесь, в Институте, он и есть правая рука Джонсов. Но с другой стороны… Что уж тут скрывать, Памела, мы обе зарабатываем куда больше теперь, когда все знают – мы работаем у Лейбрука.
– Поверь, Лейбрук отлично сознает, что мы перед ним в долгу.
– Такова цена за успех в делах, Памела.
– Пфф! И чертовски высокая цена, если тебе интересно мое мнение.
Памела была величественной пышнотелой дамой немного за сорок. Она успешно зарабатывала себе на жизнь, чревовещая от имени древнеегипетской принцессы. В честь этой особы, столь способствующей ее благосостоянию, Памела укладывала выкрашенные в черный цвет волосы в прическу, которую ее парикмахер называл «как у Клеопатры». Лоб дамы украшала диадема из поддельного золота, усеянная сверкающими кристаллами, усиливающая драматический эффект. Глаза же были густо подведены тушью, а цвет ее ниспадающего элегантными ярусами платья назывался «египетская зелень».
Выждав, когда Оуэн отойдет от Вирджинии, чтобы взять два бокала с шампанским, Памела бросилась к ней сквозь толпу гостей со скоростью акулы, прорезающей морские волны. Эта дама была подругой и наставницей Вирджинии, у которой она всегда могла найти поддержку, когда только начинала свою карьеру, и Вирджиния очень ее любила. Однако Памела слыла завзятой сплетницей и гордилась тем, что ни один слух, ни один скандал не проходил мимо ее ушей.
– Кстати о Лейбруке, – продолжала Памела. – Я слышала, что его связь с последней ассистенткой дала трещину.
– Ненадолго же ее хватило, – заметила Вирджиния.
– Его ассистентки долго не выдерживают. – Памела отхлебнула шампанского и опустила свой бокал. – Я подозреваю, что очаровательная Адриана начала предъявлять требования.
– Лейбрук меняет ассистенток как носовые платки. Адриане следовало это знать, прежде чем занять столь почетную должность.
– Да, правильно. Но ты ведь знаешь, как это бывает… Каждая новая ассистентка думает, что она станет последней. – Губы Памелы скривились в презрительной усмешке. – Не будь я в курсе дела, непременно решила бы, что у Лейбрука действительно особый паранормальный талант, а именно – умение соблазнять. Более того, его чары распространяются как на женщин, так и на мужчин. Только взгляни, как люди толпятся, чтобы пробиться поближе к Его Королевской Особе. А нашего почетного гостя все позабыли. Бедняга доктор Пинкертон застрял в углу в обществе Эдварда Драммера, который утомил его до слез. Но я вижу, что на помощь Пинкертону спешит мистер Уэлч.
– Нет нужды объяснять исключительную привлекательность Лейбрука только тем, что у него особый паранормальный талант, – сказала Вирджиния. – Он хорош собой и исключительно умен. Нужно отдавать должное тому, кто этого заслуживает! И он исключительно успешно ведет дела, привлекая толпы клиентов везде, куда бы ни приехал.
Гилмор Лейбрук – под руку с красавицей ассистенткой – находился в центре всеобщего внимания с того самого момента, как вошел в зал, изрядно опоздав к началу, как истинно светский человек. И он полностью затмил своего почетного гостя.
Лейбрук собрал вокруг себя «придворных» в центре зала. Высокий, с чеканными чертами лица, он отличался также атлетическим сложением и особой грацией, облаченными в элегантный вечерний костюм. Его черные волосы были подстрижены по последней моде. Никто не знал, откуда Лейбрук родом, однако его отличали манеры и речь образованного джентльмена.