Охота на волков (СИ)
Хватаю полотенце, щетку с пастой и иду в душевые. Бездыханное тело оказывается приведенным в чувства взъерошенным Олегом. Целитель, хоть и босиком, но в отличие от моего первого раза, в пижаме.
Когда я захожу, то Витя уже с улыбкой заканчивает свой рассказ, рядом мнется бледный Володя, а за ним смущенно потирает макушку Богдан. В другой руке здоровяка массивный стул. Я только усмехаюсь его грозному оружию и иду чистить зубы, не очень жизнерадостно пожелав всем доброго утра.
— О, а с тобой то что случилось? — тут же подходит Олег, разглядывая мою поцарапанную рожу.
Заговор против императорского рода и Белаторских заодно, я одержимый создатель демонов и опять побывал в автомобильной аварии. Обычный день.
— Фсе ф пофядке, — отмахиваюсь, не вынимая щетку изо рта.
По глазам вижу, что он не поверил. Но, еще раз меня внимательно осмотрев с головы до ног, целитель оставляет меня в покое, подозрительно прищурившись. Похоже, позже меня ждет разговор. Точнее допрос с пристрастием. А я так и не решил, что сказать друзьям.
Уже в дверях сталкиваюсь с лохматым и сонным Каритским. В ушах рыжего беруши. Этот засранец явно выведал всю информацию о соседях, но тоже никому не сказал. Лишь усмехаюсь на его невнятное приветствие.
На завтрак я опаздываю, потому что выслушиваю лекцию от прачек. Три дня, три комплекта одежды. Они собираются всей бригадой, чтобы в торжественной обстановке поздравить меня с новым рекордом.
В итоге мне выдают мундир на два размера больше, а брюки на размер меньше. Уверен, что нарочно, хотя меня и заверяют в том, что пока других нет. Только улыбаются при этом слишком уж неискренне.
Не успеваю я и за учебниками, едва управляюсь получить хотя бы расписание в администрации и на выходе меня уже перехватывают друзья, спешащие на занятия.
— Так ты где был то вчера весь день? — тут же наседает Саша.
— Семейные дела, — я пытаюсь изобразить непринужденный тон.
К моему счастью, намек рыжий понимает и расспрашивать о подробностях не стремится.
— Что я пропустил? — к тому же перевожу тему разговора я.
— Да ничего особенного, не переживай, — отвечает Володя, дружески хлопая по плечу. — Кроме того, что нас всех распределили по разным тактическим группам. Мол, мы уже опытные и сработались, так что придется делиться этим опытом с другими.
Вот зараза, я то надеялся, что мы будем вместе на боевой подготовке. Но с другой стороны оно и понятно. Все таки мы здесь, чтобы учиться. В том числе и взаимодействовать с другими.
— А с кем…
— На факультете и узнаешь, — перебивает Богдан. — Нам выдали только наши распределения. Про тебя наотрез отказались говорить. Слушай, а чего ты натворил?
— В смысле?
Я даже останавливаюсь, мысленно перебирая варианты того, что я мог натворить еще.
— Преподаватель по тактике такую морду скривил на тебя, когда мы подошли узнать о распределении. Мол, этот ваш Белаторский, пусть сам побегает.
Ну вот и первая ласточка. Я лишь пожимаю плечами, изображая полное непонимание. Не знаю, что там за бумагу для освобождения мне выбил дед, да это уже неважно. Теперь с недоверием на меня смотрят все, но я делаю вид, что увлеченно разглядываю расписание и не замечаю.
Самым первым занятием стоит история эпохи битв богов. Разминка для головы, но как по мне нудятина. Просторная полукруглая аудитория в виде амфитеатра с рядами парт, ступенями уходящими вверх — стандартное помещение для теоретических лекций.
Сколько тут сидячих мест, с ходу и не прикинуть, но вот студентов не меньше сотни. И только зайдя внутрь, я начинаю понимать масштаб бедствия.
На нас сразу же смотрят все. И по рядам проносится гул обсуждений, в основном насмешливым тоном, кто-то фыркает, кто-то отводит глаза с деланно равнодушным видом. Под взглядами сотни пар глаз я особенно сильно ощущаю, как узкие брюки впиваются в пах, а широкие рукава болтаются, сползая на кисти рук.
Мне очень хочется забраться на самый верх и дальний угол. Чтобы за спиной не было никого, а я мог видеть всех присутствующих. Но галерка уже занята более шустрыми студентами. Да и судя по гордой осанке рыжего, такие места для него неприемлемы.
Саша и возглавляет нашу компанию, решительно шагая по ступеням и успевая отвешивать комплименты девушкам. Каритский выбирает самые центральные места, а я стараюсь вообще не смотреть по сторонам. Буду до последнего делать вид, что меня никто не интересует.
И только я усаживаюсь, ерзая и пытаясь поправить одежду так, чтобы она мне никуда не впивалась, как дверь распахивается, впуская новую группу людей. Вся аудитория вдруг замолкает, я поднимаю глаза и вижу Разумовскую.
Принцесса обводит всех взглядом и останавливается на мне. Я хмурюсь, она же хитро улыбается и направляется прямиком к нам. По аудитории пробегает шепот, а из меня вырывается тихий стон. Вот и не привлек внимание…
Глава 13
Так, Игорек, оставить панику, это всего лишь девчонка. Да, ее батя способен превратить твою жизнь в череду увлекательнейших событий и незабываемых приключений. Но, в конце концов, меня попросили за ней присмотреть. А это будет проще сделать, торчи она у меня под носом.
Выдохнув с этой мыслью, делаю вид, что очень занят своим нарядом, закатывая рукава, чтобы не мешались. Все таки не сдерживаюсь и реагирую на смешок слева, слишком он близко звучит.
Как и думал. Высокомерный наследник, идеально причесанный, гладко выбритый и еще и надушенный чем-то. Холодный взгляд, нарочито медленно рассматривающий мой пиджак. Пытается переиграть в гляделки, поливая презрением.
Кое-то позабыл о манерах. Нельзя так долго и нагло смотреть, даже не представившись. Я вежливо улыбаюсь и наклоняюсь в его сторону, понижая голос, но недостаточно для того, чтобы нас никто не услышал.
— Слушай, я конечно польщен твоим вниманием, но я не по этой части, уж прости.
— Что? — парень удивленно поднимает брови.
— Натурал, говорю. Девушки мне нравятся, ничего личного.
Сзади кто-то хрюкает, давясь смехом.
— Да как ты… — он задыхается от возмущения, краснея.
Но в этот момент до нас доходит Разумовская со свитой. С ней Илена и Анна Эратская, огонь и лед. И надутый парень, которого я видел еще при первой встрече, в парке. Именно он и представлял ее нам со всем возможным пафосом.
Такой же зализанный и манерный, услышав мою последнюю фразу, он вдруг расплывается в очень приятной и пугающей улыбке, предназначенной моему собеседнику. Тот закашливается и резко отворачивается.
Никто не подскакивает с поклонами и «высочествами» и я понимаю, что даже принцессы касаются принятые негласные правила.
Девушка по очереди здоровается с нами, неожиданно обращаясь ко мне коротко, по имени. Сто пар ушей, сейчас направленных на нас, естественно это слышат и по аудитории проносится вздох. Да она издевается!
Разумовская, довольно улыбнувшись произведенному эффекту, усаживается передо мной. Я переваливаясь через парту, невоспитанно утыкаясь в ее ухо и шепчу уже еле слышно:
— Высочество, с чего это я удостоился такого внимания?
Ольга вздрагивает от неожиданности, фыркает и шепчет в ответ, чуть повернувшись:
— Белаторский, ты совсем дурак?
— Допустим, — соглашаюсь я. — Но это вряд ли достойная причина.
— Тебе так неприятно мое внимание?
Это подстава, я в курсе. Правильный ответ тут может только один.
— А тебе так приятно всеобщее обсуждение? — не сдаюсь я.
— Игорь, — она деланно вздыхает. — Ты вот сейчас привлек гораздо больше внимания, пока со мной шепчешься.
Вижу как дергается уголок ее губ, сдерживая смех. И только сейчас соображаю, как это выглядит со стороны. Быстро отстраняюсь, садясь на место. И успеваю словить пару охреневших взглядов.
Похоже, девчонка решила поиздеваться над юными аристократами, а меня выбрала прикрытием. Возможно, чтобы сразу отвадить других. А возможно, чтобы посмотреть кто как себя в руках держит. Она, конечно неугомонная, но точно не дура.