Чертова пляска (СИ)

А я кастанул Противоядие.
— Это зачем? — не понял Аврос.
— Сепсис. Слышал, нет?
— Нет, не слыхал. Добрый охотник?
— То не охотник. Скорее уж тварь. Ну ты как? Встать можешь?
Я поднялся на ноги, протянул руку Авросу. Тот встал. В эту секунду за ненадобностью распался наш десяток, и каждый вновь обрёл полную индивидуальность.
— Да, напрасно я вылез, — посетовал Аврос. — Чуть не подох зазря. Дурак старый, ушёл на покой — так и сидел бы дома, лучину щепал!
— Ну ты чего! — Я ткнул его кулаком в плечо. — Ты ж десяток замкнуть помог! Куда б мы без тебя?
— Вот только-то с меня и толку, что для толпы постоять. Эх… — совсем расстроенный глава Ордена махнул рукой.
— Это уже немало, — заявил я и отвернулся.
Не смог сдержать улыбки. Все охотники стояли полукругом и смотрели, пока я вытаскивал Авроса с того света. Никто даже не прикоснулся к костям. Впрочем, я в них не сомневался.
Однако теперь настало время закрыться на учёт.
  
Глава 27
 
Учёт же показал следующее. В чёрте содержался полный набор: пятьдесят костей. Родии, как и в случае с лешим, распределились неравномерно. Сообразно общему пониманию того, кто на сколько наработал, видимо. Во всяком случае, как и в прошлый раз, никаких возражений ни у кого не нашлось.
Я получил двадцать родий. Остальные тридцать распределились между десятью охотниками неравномерно. Кому-то досталось больше, кому-то меньше.
— Кости делим поровну, — сказал я.
— Это с чего? — неожиданно возмутился Аврос. — Как родии — так и кости! Всегда так было!
— С того, что десятком я командовал, это — моя охота. Мне и решать. Вопросы? Нет вопросов. Делим кости поровну.
Все охотники с отвисшими челюстями выслушали, как я поставил на место главу Ордена. А глава Ордена хоть и нахмурился, но всё же смолчал и принял равную делёжку как данность. В корыстных побуждениях я его заподозрить не мог. Самому Авросу досталось только две родии, а при равной делёжке костей он получил сразу четыре.
Нацело кости, конечно, не поделились. Остались шесть неоприходованных.
— Эти-то себе забери, — буркнул Аврос.
Я хотел было возразить, но подключилась Земляна:
— Забирай-забирай! Ты больше всех с чёртом дрался, ты его убил. По справедливости будет.
— Но проставишься, — уточнил Егор.
— Ну, это-то не заржавеет, — улыбнулся я. — Ладно. Спасибо, ребята.
Так за эту вылазку я заработал десять костей.
Задумался над тем, что ходить десятком не очень-то выгодно для большинства. Ну, вот получили все по четыре кости. Разве ж это много? Нет, ну, по меркам крестьянина, конечно, богатство. Однако для ведущего кочевой образ жизни охотника — так-сяк. И те же четыре кости можно гораздо проще заработать, если сходить в одного на крыс или лягушек. Ну, на волкодлаков. Риска меньше, а профита можно получить даже и больше.
Но охотники ценили не только кости и родии. Они ценили интересный опыт. Охотник, который ходил на чёрта, обретает солидный статус в глазах товарищей. Иными словами, хороший понт дороже денег.
— Всё, Прохор, — хлопнул я по плечу одноглазого охотника. — Можно снимать телохранителей. Плюс четыре юнита в Ордене.
— Ох, и долго же мне их снимать придётся! — хохотнул Прохор. — Нет уж, давай-ка ты сам по своим Смоленскам и Петербургам.
— Да не вопрос, сделаю. Посплю после трудов праведных — и займусь.
— Вот чего странное, — вмешался вдруг в разговор Захар. — Чего он именно до этих-то пристал?
— До каких «до этих»? — повернулся я к нему.
— Ну… Обломов и Ползунов.
— Сделки не надо было заключать.
— То понятно. Но подошёл-то он почему именно к ним?
Я помолчал, ожидая более развёрнутого запроса. Маловато данных для анализа, проблему нащупать не могу.
— Ну… — Захар покраснел, это было отчётливо видно в свете Светляка, который завис над ним. — Это… Один — Илья Ильич. Другой — Иван Иванович. Как специально выбирал, чтоб на одну букву.
— А, вот ты про что! — усмехнулся я. — Да хрен его знает, уже не спросишь. — Я похлопал ладонью по мешку с костями. — Может, подсознательно чувствовал угрозу ИИ и боролся с ней. А может, случайно так совпало. Ну что, погнали отмечать? Фёдору сегодня придётся подольше подержать кабак открытым.
 
— Ребят, а может, не к Фёдору? — подал голос Яков.
— А куда?
— Ну… Это… Я вот в Санкт-Петербурге не был ни разу. Интересно до жути. Если, говорите, Знак есть…
— Возражения? — оглядел я лица соратников.
Возражений не поступило.
Ползунов, разумеется, ещё не спал. Он был из тех, кто работает далеко за полночь. И когда одиннадцать охотников вышли из пустой комнаты, у него аж челюсть отвисла. Телохранители тоже было напряглись, но, узнав знакомые лица, расслабились. На Авроса, правда, продолжали смотреть с подобострастием.
— Прошу прощения за дерзкое вторжение, — поклонился я хозяину. — Мы только что убили чёрта, хотим это дело отметить. А ребята Петербурга никогда не видели. Так что мы сейчас уйдём, а вернёмся… А может, и не вернёмся. Обратно-то мы из любого места можем — да, ребята?
Ребята хором подтвердили, что да.
— Убили чёрта? — Ползунов выхватил из произнесённых мной слов самую суть. — Того самого?
— Ещё какого! Самее не бывает. Всё, опасность миновала категорически. Так что вы, ребята, можете с нами идти, — сказал я телохранителям.
— Прекрасные, прекрасные новости! — просиял Ползунов. — Поистине, Владимир Всеволодович, вы — благословение на мою голову!
— Да бросьте. Это моя работа, только и…
— И у меня уже есть, чем вас отблагодарить.
Ползунов подвёл меня к углу гостиной, где, накрытое плотной тканью, стояло нечто продолговатое.
— Гроб, что ли? — усмехнулся я.
— Нет, кое-что гораздо более полезное в хозяйстве.
Ползунов одним движением сорвал ткань, и я присвистнул.
— Это что ж за корыто такое чудное? — изумился вслух Фока.
— Ванна это, дурак! — пояснил прокачанный в терминах Захар.
Это и правда была ванна. Чугунная, эмалированная. Снаружи позолоченная, стоящая на позолоченных же львиных лапах.
— Хренасе, экспонат, — оценил я. — А зачем такая роскошь? Там в основном Маруся бельё стирать будет. И как так быстро вышло? Я думал, месяц будут изготавливать.
— Вышла оказия, — охотно пояснил Ползнуов. — Ванну эту аристократ один заказал, из местных. Но сначала проигрался в пух и прах, а потом вовсе погиб на дуэли. Родня, конечно же, ванну не востребовала, и вот исполнитель остался с этой ванной и кучей убытков. Отдавал по себестоимости, и не чаял хотя бы затраты отбить. Я взял на себя смелость приобрести в надежде, что вам понравится. Так что, если примете, то пусть у вас дома будет две ванны. Эта — лично ваша, в которой вы сможете делать всё, что угодно, хоть с Марусей, хоть без Маруси, хоть с бельём, хоть без белья. А вторая, попроще, изготавливается в настоящий момент.
— Так, погодите… — Я помотал головой. — Я ж трезвый пока. Мне одна ванна нужна была! Одна, Иван Иванович. А вы мне две впариваете. Сколько она хоть стоить-то будет?
— Вы меня не поняли. Эта самая ванна не будет стоить вам ни одной копейки. За ту, другую, придётся, разумеется, заплатить. Ну а вот эта — мой вам подарок. И не вздумайте отказываться! Свою жизнь я ценю высоко, а вы её спасли. Так что… Ну, считайте это подарком в честь начала нашего с вами партнёрства. Вы ведь сможете перенести её к себе при помощи вашего колдовства?
Я задумался. Так-то, конечно, места дома полно. И две ванны — лучше, чем одна. Гораздо лучше, прошу заметить. А что если вот этого монстра поставить прямо у себя в башне? Ага, вот прямо в этом самом единственном помещении. А чё? По-современному будет, по-модному. Тут же кровать, тут же ванна, тут же стол. Пространство позволяет, отчего б не исполнять всякое. Трубы Ефим подведёт.
— Смогу, — решительно сказал я. — Трубы перенести смог, а ванну — сам бог велел. Спасибо, Иван Иванович! Отличный подарок.