Чертова пляска (СИ)

— Ничего, ещё наглядишься. Какие твои годы… Молодец, — я хлопнул пацана по плечу. — А про телегу — что там с ней?
— В сарае есть, — повторил Яшка. — В том, где мы хоронились, а после вы. Хозяин её мешками закидал, вы и не заметили. Это он специально, чтоб не видать. Чтобы не спёрли, покуда сам в отъезде.
Мы с Прохором переглянулись.
— С телеги не убудет, — объявил Прохор. — Мы благое дело делаем. Мастера Сергия выручаем. Перетащим пожитки, и сразу телегу на место вернём.
Я показал большой палец:
— Как боженька смолвил! Лошадь-то приведёшь?
— Гераську пришлю. Я отдышался маленько, сейчас Знаком в оплот перемещусь.
Через час, когда на улицах Поречья уже забрезжил рассвет, телега со скарбом мастера Сергия и самим мастером, сидящим сверху, доволоклась до оплота.
Гераська, телохранитель мастера и Яшка, который продолжал крутиться возле нас, принялись таскать мешки и сундуки в оплот.
Я задумчиво смотрел на Яшку. Он был босиком, в дырах ветхой одежды мелькали колени и локти.
— Откуда они берутся-то, беспризорники?
— Известно откуда, — отозвался Прохор. — Родители померли, а других родственников — может, нет, а может, жизнь с ними такая, что лучше на улице замёрзнуть. В стаи сбиваются, чтобы проще прокормиться. Я и сам когда-то таким был. — Он тронул повязку на глазу. — Это у меня ещё с тех времён осталось. Гнида купеческая — кнутом стегнул, глаз и вытек. После, правда, повезло — охотники силу мою заприметили, к себе забрали.
— С купцом расквитался? — деловито спросил Егор.
— А то ж.
— Дело…
— И чем эта братия кормится?
Прохор развёл руками:
— Воруют, попрошайничают. Кому-то, бывает, везёт — в лавки берут на побегушки, в трактиры. Но чаще, конечно, ворьё вырастает. Другого-то не умеют ничего.
Ну да. Логично.
Я подумал, что очень не хочу, чтобы из Яшки вырос вор. И остальные в его шайке — тоже ведь не сами такую судьбу выбрали.
— Эй! — окликнул Яшку. — Поди-ка сюда!
Яшка с готовностью подбежал.
— Чего, дяденька граф?
— Если я тебе и твоей команде разрешу в оплоте жить, переберётесь сюда?
— Сюда⁈ — это Яшка и Прохор воскликнули одновременно.
— Спокойно, — я повернулся к Прохору. — В конюшне места полно, половина стойл пустые. Плотника я пришлю, лавки там запилит — как временную меру. А одновременно с этим пусть новый дом строить начинает. Половину мастеру Сергию под мастерскую отдадим, половину — детворе, чтоб по улицам не шлялись. Это сейчас они в сарае пригрелись, а хозяин вернётся — вышвырнет.
— Пока лето, оно и на улице ничего, — осторожно сказал Яшка. — Если, конечно, без дождя…
Моё предложение его, похоже, насторожило. Не баловала пацана судьба. Не привык, что с неба плюшки падают.
— Без дождя — понятно. А осень настанет — что вы будете делать?
— Да осень когда ещё настанет…
— И правда. Ну, ладно. Не хочешь мне помогать — так и скажи.
— Я — не хочу⁈ — возмутился Яшка. — Да разве ж я говорил такое? Ежели хотите знать, так мы вас промеж себя каждый день вспоминаем. Что, мол, вот бы у дяденьки графа ещё какое дело для нас подвернулось! С тех монет, что вы нам тогда насыпали, неделю сыты были.
— А. Ну, если не отказываешься, тогда другой разговор. Вы же город хорошо знаете?
— Да ещё бы! Лучше нас никто не знает. Нет такого закоулка, куда бы не совались.
— Если попросят конверты по адресам разнести, не потеряете? Ничего не перепутаете?
— Ни в жисть не потеряем!
— Ну, отлично. Я так и думал. Сегодня к вечеру жди меня здесь, пойдём знакомиться с двумя милыми барышнями. Им до зарезу не хватает услуг курьерской службы. Страшно мучаются. А о цене сговоримся, я лично посредником выступлю.
* * *
Разрулив хозяйственные вопросы в оплоте, я вернулся к себе в башню и продрых до полудня. Вопрос распределения родий отложил на потом, знал по опыту, что этим делом лучше заниматься в порыве вдохновения, когда само попросится. Пока не просилось, и выспался я от души.
Откушал завтрак, плавно переходящий в обед. Выслушал доклад Тихоныча о том, что в Багдаде всё спокойно. Попросил, пока завтракаю, раздобыть плотника. К тому моменту, как тетка Наталья подала кофе, плотник появился.
 
Я обрисовал задачу. Плотник назвал цену.
Н-да…
Я почесал в затылке. Повернулся к Тихонычу.
— И пай в мастерской Ползунова, и новый дом в оплоте — потянем? Что там у нас по бюджету?
— Ежели никаких других трат не предвидится…
— Пока вроде нет. Хотя, конечно, чёрт меня знает. О том, что буду строить в оплоте новый дом, я вчера ещё не подозревал.
— Так, может, и не надо бы? Дом-то?
— Надо, Тихоныч. Надо. Есть такие вещи, про которые просто знаешь, что нельзя по-другому поступить. А траты — ну, что «траты»? Доход мы ведь тоже получим, когда по осени урожай соберём. И мастерская — дело прибыльное. Ползунов говорил, что от заказов у него отбоя нет, только здоровья не хватало — вывозить это всё. А сейчас я ему здоровье поправил, дела быстро в гору пойдут. А! И вот ещё что. У нас же там где-то озеро с ценными карпами бегает?
— Есть озеро, — подтвердил Тихоныч. — И карпы — ух, хороши!
— Отлично. Давай-ка, метнись туда, организуй отлов. А я сегодня в Поречье буду, разузнаю, как там у них в кабаках с рыбными днями. Будем налаживать поставки, чего добру пропадать. Организуем всё, рекламу запузырим — не пропадём.
— Да какие же поставки⁈ — Тихоныч всплеснул руками. — Это ж рыба! Её сюда-то, в Давыдово, поди довези — так, чтобы не испортилась. Я вот в прошлый раз рисковать не стал. А вы говорите — Поречье…
— Тихоныч. Я, по-твоему, кто?
Тихоныч озадачился.
— Его сиятельство граф Давыдов?
— Это бесспорно. А ещё я — человек, немного шарящий во всяких магических приблудах. Так что не забивай свою прекрасную голову всякой ерундой. Тебе поставили задачу, вот её и выполняй. А с остальным я сам разберусь… Всё, — я поднялся из-за стола. — Отбываю в Поречье, к ужину вернусь. Захарка, как проснётся, пусть в амулетах покопается. Мне нужен кондиционер.
— Кон… ди… — окончательно растерялся Тихоныч.
— Амулет, который может помещение охлаждать. Скажи, что мы такой использовали в карете, когда в Смоленск ехали. Перед тем, как русалки напали. Захар поймёт.
— Сделаем, ваше сиятельство.
— Ну, вот. Другой разговор!
Я поставил на стол опустевшую кофейную чашку и повернулся к плотнику. Он всё это время помалкивал и в обалдении слушал наш разговор.
— Идём. Фронт работ тебе покажу.
Вместе с плотником мы переместились в оплот. Не успел плотник проморгаться и очухаться, как нас облепили пацаны из Яшкиной стаи.
— Все тут, дяденька граф! — доложился Яшка.
— Отлично. Мастера Сергия позовите. Будем место для дома выбирать.
Мастер Сергий к вопросу подошёл с полной ответственностью. Долго кружил по территории оплота, смотрел то на солнце, то себе под ноги, и наконец объявил:
— Здесь.
После чего, подобрав щепку, принялся чертить на земле здоровенный прямоугольник.
— Это типа будущий фундамент? — уточнил я.
— Он. А то ведь, ежели не проследить, построят так, что солнце по лету с самого утра в глаза бить будет. Али наоборот — так, что вовсе в окна не заглянет. Тут соображать надо.
— Согласен, — поддержал я. — Не проследить, так нахреначат человейников на тридцать этажей, друг другу — окна в окна. Про парковку, пандусы — даже не вспомнят. Хорошо, если хоть под тротуар место оставят… Правильно, мастер Сергий! Раз ты так мощно в этом деле шаришь, назначаешься главным по стройке. Я тут, полагаю, больше не нужен. — Повернулся к Яшке. — Помнишь, я просил вчера проследить за тем типом, который на углу отсвечивал? Дом мастера Сергия пас?
— Как не помнить. — Яшке указал на рыжего вихрастого пацана. — Вот, Рыжий его провожал.
— Ага. И докуда?
— До кладбища. Тут недалеко, — Рыжий махнул рукой.