Давай, расплачивайся (СИ)

* * *
Занятия закончились, а я так и не получила ответ на свое сообщение. И машины Лонго на парковке не было.
Но, выходя из здания, во дворе увидела младшего брата Матео — Давида. К нему как раз липла какая-то девчонка. Не знаю почему, но я обошла их и вообще как можно скорее покинула территорию университета.
Вернувшись домой, поняла, что Лонго тут не было. Он даже не заезжал. Но все равно я сходила в магазин. Приготовила ужин, а, затем, сидя на кухне в компании своего плюшевого динозавра, ждала, когда Матео вернется.
  
Наступило десять вечера и я уже более чем отчетливо поняла, что ужинать буду в одиночестве. Вот только, не хотелось. Я отправила еду в холодильник. Взяла динозавра и пошла спать.
Я не понимала, что мне снилось, но явно что-то далеко не самое приятное, так как я проснулась в холодном поту и, поднявшись с кровати, пальцами зарылась в волосы. Сначала расхаживала по комнате, затем укуталась в одеяло и пошла на кухню.
Уже идя по холлу и, освещая себе путь фонариком с телефона, я остановилась. Задержала дыхание.
На диване спал Матео.
Несколько раз моргнув, я сделала шаг в его сторону, пытаясь понять не кажется ли мне.
Но, нет, Лонго действительно спал на диване.
Все так же задерживая дыхание, я очень тихо подошла к дивану, неотрывно смотря на парня. Матео был в пижамных штанах и в футболке. Новые. Судя по всему, он и эти вещи откуда-то привез.
Но сейчас я смотрела именно на его лицо. Я могла бы отрицать это сколько угодно, но все-таки Лонго безбожно привлекателен. Безупречные черты лица, мощное телосложение, высокий рост и цвет волос настолько необычный, что в университете такого больше ни у кого нет.
И от всего этого было больно.
Наш мир устроен так, что мужчины к женщинам относятся более мягко. Все-таки, слабый пол и все такое. Но во мне явно девушку никто не видел. На меня смотрели, как на что-то бесполое. Примерно так же и относились. Даже тот парень, который сегодня сказал мне уйти от питьевого фонтанчика, делал это так, будто я серое нечто и портила им атмосферу.
Наверное, так и отмирает все женское, корчась в конвульсиях.
И за все время только Лонго смотрел на меня не так, как все остальные.
Конечно, я могла бы вспомнить Лоренцо, но мы больше сошлись, как два изгоя. Кармин недавно меня поцеловал, но от него исходило что-то липкое и неприятное.
А Лонго… С ним действительно тяжело. Моментами вообще хуже, чем с кем-либо, но только от его взгляда я чувствовала в себе что-то женское.
И, конечно, наверное, Лонго делал это не намерено. Может, под своим взглядом вообще что-то другое подразумевал.
Да и чем я могла понравиться такому, как он? Ничем.
Шумно выдохнув, я до боли сжала телефон в ладони, затем выключила фонарик. На несколько секунд сильно зажмурившись, села на край дивана, спиной прижимаясь к боку Матео. Иначе бы сесть не смогла бы. Насколько бы широким не был диван, но Лонго практически полностью его занимал.
Дыхание Лонго изменилось и даже в полном мраке я ощутила его взгляд.
— Проснулся? — спросила, немного сильнее кутаясь в одеяло. В холле было настолько же холодно, как и на улице.
— Зачем ты меня разбудила? — голос Матео был хриплым. Пропитанным холодом.
Я намеренно не оборачивалась к нему. В блеклом свете луны смотрела на ковер.
— Потому, что хочу у тебя кое-что спросить. Ты решил меня бросить?
— Нет.
Я пальцами сжала одеяло. Некоторое время молчала и все так же смотрела на рисунки на ковре.
— Тогда, почему ты так себя ведешь? — разрушая тишину, я сделала глубокий вдох. В холле пахло сыростью и немного краской с недавно покрашенной веранды. Но более отчетливо ощущался запах одеколона Матео.
— Прежде, ответь на мой вопрос, — Лонго закинул руку под голову. — У тебя совсем чувство самосохранения отсутствует?
— А ты опять собираешься топить меня в раковине?
— Прямо сейчас — нет.
— А вообще?
— Не знаю.
Повернув голову в его сторону, я думала, что все равно не смогу увидеть Матео, но, наверное, начала привыкать к темноте и, в тот момент, когда мы встретились взглядами, казалось, что душу обожгло.
— Ты это говоришь серьезно?
— А чего ты ожидала? — Лонго сонно закрыл глаза. — Моих извинений и обещаний, что такого больше не повторится?
По коже скользнул раздирающий холодок и чувство самосохранения завопило о том, что мне нужно немедленно уйти.
Но… в тот же момент что-то незримое удержало. То, что царапало душу. И мне все еще казалось, что я слепа. Чего-то не вижу. Возможно, никогда и не увижу, но все же я осталась сидеть на месте.
— Прежде чем мы продолжим этот разговор, я хочу кое-что сказать. Объяснить, почему не пришла на свидание с тобой.
— Можешь этого не делать. Я и так все знаю.
— Откуда? — я пальцами поправила очки, после чего прикусила кончик языка, решив озвучить предположение, от которого мне самой было не по себе. — Твои люди с самого начала наблюдали за мной?
Лонго ничего не ответил, а я почему-то не решилась переспросить. Может, потому, что мне это предположение казалось слишком нереальным и вообще выходящим за рамки нормальности.
— Я понятия не имею, что ты там знаешь, но с самого начала я очень хотела прийти на это свидание. Даже приготовилась. Вещей новых купила, — я опустила голову так, что губы оказались спрятанными за одеялом. Слишком неловко, даже стыдно было говорить что-то такое. — Но… я вышла из дома слишком рано. Нервничала. Думала, что прогуляюсь немного и успокоюсь.
— Так нервничала, что решила забить на меня? — у Лонго имелось одно дьявольское умение. Произносить слова так, словно к горлу был приставлен нож.
— Я на тебя не забила, — сказала, качнув головой. Под одеялом положив ноги на коленки. — С Кармином на том фестивале я встретилась случайно. Мы в детстве были знакомы.
— Знаю.
— Что ты знаешь? — спросила, скосив взгляд на Лонго. Не поняв его.
— Слышал, что семья этого уебка была в окружении твоего отца и то, что дочь Карлоса Верди на некоторых мероприятиях по саду бегала за ним.
— Он у меня игрушки отбирал. Я просто хотела их забрать, — сказала, отворачиваясь в сторону. Неужели те случаи были настолько позорны, что даже слухи не просто поползли, но и вообще дошли до Матео так, что он о них до сих пор про них помнил?
Стало не по себе. Я что ли уже тогда позорила отца? Но ведь мы просто были детьми и вообще тогда все бегали по саду. Чего мы только тогда не творили, пока взрослые обсуждали скучную политику. И вообще какая разница кто и за кем тогда бегал?
— Мне плевать на Кармина. Если честно, он мне и в детстве не особо нравился, — поправив одеяло, я сильнее в него укуталась. — Я не понимаю, почему он меня в итоге поцеловал, но это тоже никакого значения не имеет. Если бы твои люди тогда не появились, я бы сама уже в следующее мгновение его оттолкнула.
Лонго ничего не сказал, но в тишине повисла та тяжесть, которая ощущалась хуже, чем удавка на шее.
— Не веришь мне?
— Нет.
— Тогда, зачем тебе такая девушка, которая за твоей спиной будет целоваться с другим?
Матео опять оставил меня без ответа, но та тяжесть, которая повисла в комнате, уже ощущалась физически. Она разрезала тело.
— Я виновата перед тобой лишь в том, что не пришла на свидание. Кармин мне не интересен как парень, но мне было интересно то, что он говорил. И, возможно ты меня не поймешь, хоть и в кое-чем мы с тобой похожи. И ты и я, своим семьям не нужны.
Сняв тапочек с ноги, я его поправила. Пыталась утихомирить мысли, ведь как раз затрагивать эту тему мне хотелось меньше всего.
  
— Из семьи у меня остались лишь мачеха и две сводные сестры. Поскольку я живу тут, думаю, ты уже должен догадываться, что отношения у нас очень натянутые. Кармин мне рассказал кое-что про них. То, чего я не знала, но это касается меня. И, вроде как какая мне разница, что происходит в их жизни, но, с другой стороны, эти суки унижение для моего покойного отца и я надеюсь, что когда-нибудь смогу им отплатить.