Моя любовь навсегда (СИ)
Все. До единого.
— Туфли тоже ничего, — Паша посмотрел на известную модель телесного цвета с острым носком и красной подошвой. Шпилька в семь сантиметров впечатляла. — Правда, похожа ты больше на богатую вдову, которая дождалась смерти неугодного супруга.
— Колодка сама подстраивается под стопу, — ехидно отозвалась Раиса. — Дам поносить, если надо.
— Я слишком стар для подобных приключений. К тому же Кира не простит измену ее красным «Валентино».
— Павлик, — хохотнула Раиса, — да ты никак запомнил предпочтения жены?
— Однажды с мужчиной случается беда: он встречает женщину, остепеняется и превращается в каблук, — философски сказал Паша.
По залу пронеслось сдвоенное эхо смеха. От мраморных стен оно незримо коснулось высокого потолка. Скользнуло между встроенными датчиками системы безопасности и растворилось среди бесконечно сменяющих друг друга фотографий. С проектора улыбался молодой Ярослав — один из сотни кадров былой молодости. Тогда они с Павлом еще не были богаты, не имели связей и числились в рядах «понаехавших» в столицу за сытой жизнью.
Из обедневших регионов в Москву, где кипела жизнь среди высоток и в девяноста девяти процентах протекала среди спутанных веток метро. Город, который никогда не спал, встретил новых жителей спокойно. Он дал им возможности, а уж каждый из них сам решил, как распорядиться шансом.
— Через несколько недель благотворительный вечер в доме Боярышникова, — Паша рассеянно разглядывал яркое фото.
Здесь ему сколько? Кажется, двадцать шесть. Тогда они с Кирой еще даже не познакомились, а вот с Ярославом уже вовсю кутили по клубам. Где только Раиса добыла подобный компромат? Паша держал лучшего друга за шею, накачиваясь дешевым шампанским прямо из бутылки.
— Мне пришло приглашение. Ехать не хочу, боюсь, задушу Донского голыми руками, — поморщилась Раиса.
— Ты не могла фотки поприличнее найти? — возмутился Паша и ткнул пальцем в компрометирующий снимок. — Дети увидят!
— Твоим детям давно исполнилось восемнадцать, — ядовито заметила Раиса.
— Внук увидит!
Раиса закатила глаза.
— Хотя, — задумался Паша, — учитывая его отца, там и так непонятно, что вырастет.
— Кенар, хватит ностальгировать. Ты обожаешь моего сына, — вздохнула Раиса. — Насчет вечера с местными гадюками.
— Забудь про них.
— В смысле?
Паша повернулся к удивленной Раисе, взгляд утратил былую легкость. Стал тяжелым, почти нечитаемым, и вдоль позвоночника пробежали мурашки. Ладони вспотели, но Раиса виду не подала. Незаметно отерла их о ткань юбки, облизнула пересохшие губы и взяла себя в руки.
— Объяснись.
— Скажем так, у меня появились кое-какие сведения касательно матримониальных планов замминистра культуры и бывшего личного помощника Копейкина. Гена Збруев, если помнишь.
Нахмурившись, Раиса вспомнила бывшего мэра, отбывавшего ныне срок в колонии, а также его лучшего друга. С приходом к власти Марата, о Геннадии как-то все позабыли. Он почти не появлялся на важных мероприятиях, потом вовсе ушел в тень после скандала с «Белым кроликом».
Раиса прикусила губу. Кажется, сын Павла, Антон, и сын Геннадия в свое время что-то не поделили. Из-за их спора случилась авария, после которой Антон уехал в Африку. Замаливать грехи перед обществом.
— Он разве не отошел от дел?
— Не совсем, — качнул головой Паша. — Затаился, гадит из-за угла. Подбрасывает журналистам сплетни, расшатывает положение неподкупных политиков и близких нам людей. Еще оскандалился помощник прокурора. Поймали сначала на встречах с проститутками, потом нашли незафиксированные заграничные счета. Стаса теперь тоже проверяют.
— Откуда он знает? — распахнула глаза Раиса.
Коснувшись пульта, питавшего защитный барьер для ограждения от посторонних, он хищно улыбнулся.
— В нашей среде информация ценнее золотого фонда России. Будучи незаметной пешкой в игре больших мальчиков, Гена очень хорошо знал правила игры на политической доске. Пока короли рубили друг другу головы, он по крупицам собирал сведения, искал способы давления, подкупал нужных людей. Сейчас пришло время выложить карты на стол.
— Донскому нужно закрепить корни, а Збруеву? Гарантии? — догадалась Раиса. — Поэтому он хочет женить своего Федора на дочке замминистра? Полагаю, там тоже какие-то грязные секреты?
Паша передернул плечами, затем выпрямился. Поправив галстук, он провел пальцами по волосам и чуть испортил внешний лоск.
— Вроде того. Брак детей позволит слить капиталы, закрепиться у кормушки госбюджета. С Донским они прочно повязаны. Что выгодно одному, на руку и другому. Но не факт, что я прав, — отозвался Паша и прошел вперед, схватив с пуфика пальто. — Твое присутствие очень важно на мероприятии. Пока они будут играть в брачных павлинов, у тебя появится возможность переговорить с Донским.
Приподняв брови, Раиса дождалась продолжения.
— Ты меня ненавидишь, — улыбнулся Паша. — Ну, условно. А сейчас любой мой враг становится автоматически другом для Маратика.
Громкое фырканье вызвало у него смешок.
— Нашел Мату Хари, — пробурчала Раиса. — Я старовата для шпионажа.
— Ой, не прибедняйся. Яричек вечно пел оды твоей красоте, притом не зря.
— Журналисты за дверьми интересуются, сколько лет мне изменял муж, — сухо ответила она. — Жалеют бедняжку. Всячески очерняют образ человека, за которым я была замужем почти тридцать лет.
— Прекрати, — перебил ее Паша, — он жил только семьей. Прошлое оставь в прошлом. До свадьбы все не идеальны. Некоторые и потом не исправляются.
— Знаю. Ярослав не заслужил весь поток дерьма, что льется на него.
Раиса грустно улыбнулась, быстро стерла блеснувшую в уголке глаза слезинку и шмыгнула носом. Обмахиваясь ладонями, она сделала круг, затем вновь посмотрела на замершего Пашу.
— Думаешь, Марат поверит в мою внезапную перемену?
Паша цыкнул и набросил пальто на плечи.
— Кто громче всех заявлял журналистам в прошлом году, что я скотина и изменщик?
Сделав вид, будто ничего не понимает, Раиса поджала губы и присела на пуфик. Скрестив ноги в лодыжках, она чинно сложила руки на коленях.
— Ты попросил скандал.
— Приличный!
— Так я тебя прилично назвала блудливым козлом, чем ты недоволен? Женская солидарность, я отстаивала честь подруги.
— Годы общения с гиеной не прошли для тебя даром, — уныло протянул Паша, натягивая перчатки. — Милая девчушка превратилась в мегеру. И жену мою за собой потащила в болото…
— Из твоей жены тоже чахлая ромашка. Иди теперь, опыляй свой ядовитый плющ. Насчет Донского не беспокойся, попробую поговорить с ним, — Раиса отбросила за спину надоедливые пряди. Волосы засверкали здоровым блеском от яркого света насыщенным каштановым оттенком без признаков седины. — В конце концов, вспомню навыки флирта.
Они вновь расхохотались, вспоминая неумелые попытки Раисы привлечь внимание Ярослава в молодости.
— Ты, главное, домой его не приведи, — хрюкнул от смеха Паша. — Марк придушит нового «папочку» раньше, чем тот заговорит о правах.
— Фу, Кенар, ну и мысли у тебя.
Качая головой, Паша направился к выходу. У незаметной дверцы тенью дожидалась начальника верная помощница Александра. Она нервно поглядывала на смарт-часы, притопывала ногой и оглядывалась по сторонам. Время поджимало, им еще предстояло преодолеть половину города.
— К врачу сходи! — услышал Паша и махнул рукой не оборачиваясь. — И купи Кире цветы наконец!
Притормозив, он выразительно выгнул бровь. Александра засопела и недовольно пробурчала:
— Я уже все купила, также попросила вашу невестку оставить вип-кабинку в ресторане. Букет из тридцати трех роз ждет в салоне.
— Поняла? — Паша повернулся к Раисе. — Все есть.
— Угу. Сашенька, если тебя достанет этот старый динозавр — увольняйся. Мне как раз срочно требуется умная и находчивая девочка в качестве помощницы.
Александра невозмутимо кивнула и отошла в сторону, пропуская раздраженного Паши. Только тоску замученного трудобуднями офисного планктона в голубых глазах он все равно уловил.