У свободы цвет неба (СИ)
- Намечается развлечение, - сказал он весело. - Князь обещал посвятить песню Хайшен.
- Что, свою собственную? - оживилась Арна, младшая из его сестер.
- Нет, - ответил он, - за звездами нашел и выучил. Подходите к витражному окну, все будет там.
Альена немедленно шагнула с места, и вся группа двинулась вслед за ней, не прерывая беседы. Они успели к самому началу события: Димитри уже стоял напротив Хайшен, и его веселый взгляд был полон ожиданием озорства. Где-то с противоположной стороны образовавшегося круга, в котором находились Хайшен и Димитри, Полина увидела Марину в синем бархатном платье и с театральной сумочкой. Последнему Полина сперва озадачилась, но быстро догадалась - сигареты. Их надо где-то хранить. И зажигалка. Хотя зачем ей зажигалка в полном зале магов, подумала Полина про себя и тут же поняла, что едва не пропустила начало события. Через секунду она чуть не схватилась рукой за лицо и не испортила всю работу Дейвина, занявшую, между прочим, почти час. Димитри посвятил Хайшен "Гертруду" Веры Полозковой. Дейвин с усмешкой, невероятно хитрой, хоть и еле заметной, что-то делал руками в воздухе, из-за чего строчки текста на сааланике бежали прямо по полу между Хайшен и Димитри.
- Кто такая Гертруда Стайн? - шепотом спросила Вайда да Айгит Полину.
- Хозяйка очень известного литературного салона, - объяснила та очень тихо, - она жила почти сто лет назад, но ее еще помнят.
У Хайшен пылали уши, она стояла очень прямо и делала вид, что все происходящее ее ничуть не трогает. На словах про университет и карьерный рост, переведенных как "стану знатен знанием" зал наполнился смешками: князь вышутил самого себя довольно едко, не задев честь Хайшен и даже не бросив на нее тень. Остальное было предсказуемо. Только Полина не сумела скрыть улыбки, когда Дейвин перевел "прожектор ПВО" как "безжалостный механический светоч".
Магистр Академии с задумчивой улыбкой кивнул несколько раз. Посвящение оказалось комплиментом, и даже не слишком на грани приличий. Хайшен, терпеливо выслушав посвященную ей песню, вручила князю сааланскую розу, которую держала в руках, - роскошную, с переходом цвета по лепесткам из зеленовато-белого в холодный розовый, - и немедленно отошла к досточтимому Эрве. Тот встретил ее сочувственной улыбкой, мол, чего ты от него хочешь, это же Димитри да Гридах.
Вайда да Айгит охнула:
- Лин, ты не успела переодеться!
- Уже пора? - спросила Полина с легким удивлением.
- Государь идет сюда, - сказала Вайда с беспокойством. - Сейчас спросит князя, что он привез еще.
- Ну так отойдем чуть-чуть, - предложила Полина. - Мне не так много времени и нужно.
Вайда двинулась из толпы вместе с Полиной, за ними пошла Вильдис, за ней - ее муж Арье. За кадкой с большим раскидистым деревом, похожим на гибискус, но с лилово-синими цветами, Полина быстро сняла жилет и юбку, оставшись в шелковом платье, и в несчитаный раз поблагодарила про себя итальянцев, умеющих делать практически немнущийся шелк-дюшес, почти не добавляя к нему искусственных волокон. Ее куртка осталась в гостевом крыле дворца. Когда они выходили утром, Дейвин сказал, что шали будет достаточно, и не ошибся. Эта же шаль, размерами больше похожая на одеяло, оказалась сейчас в руках у Вильдис, перекрывая остатки обзора любопытным. Стащить с ног шерстяные чулки и застегнуть босоножки было делом пары секунд. Она разогнулась и кивнула Вайде. Та шагнула в сторону, давай ей выйти из укрытия.
У витражного окна меж тем события разворачивались дальше. Император подошел к еще не успевшей разойтись толпе.
- Будешь показывать добычу, князь?
Вопрос не застал Димитри врасплох, он ответил почти без паузы:
- Добычи я не привез, государь. Только дары.
- Ну так хвастайся, - засмеялся император.
Князь улыбнулся:
- Нам потребуется место. Хотя бы пять шагов в длину и три в ширину.
Удивленная знать потеснилась, князь отошел на край освободившегося овального пространства. Император стоял вместе со всеми в толпе, обрамлявшей край этого овала и ждал. Димитри огляделся. Полина уже стояла точно напротив него, в своих серебряных босоножках на шпильке и в шелковом платье глубокого зеленого цвета. Он послал ей взгляд, и она ответила ему. Дворяне замерли, не понимая происходящего. Димитри соткал мелодию и сделал первый шаг к центру зала. С другого конца зала ему навстречу шагнула женщина, и публика, наконец, заметила ее.
Вейен да Шайни наблюдал все события из своей любимой точки обзора, от северного окна, ближайшего к комнате референта, ключ от которой так и не понадобился. Эта хитрая мистрис ухитрилась незаметно переодеться прямо в зале, при всех. То, что на ней осталось, можно было бы назвать люйне, не будь оно из чистого шелка. Обувь она тоже заменила, и даже успела снять чулки. Вейен невольно подумал о том, какие еще забавные уловки ей известны и каково было бы с ней наедине. Мимолетно улыбнувшись, он вернулся от своих мыслей к происходящему в зале. Там обсуждали происходящее.
- Она из Нового мира? Какая маленькая...
- Они там все небольшого роста.
- Похоже, это та самая, на суде потребовавшая у Академии справедливости для мертвых?
- Да, она. Но посмотри на ее обувь, ты видишь это?
- Ты хочешь сказать, что в этом можно двигаться?
- Но она же идет... бррр, я бы в этом и стоять не смогла.
Землянка и сааланец встретились на середине зала, и вопреки всем известным сааланской знати правилам танца кавалер поднял левую руку и выставил ладонь так, чтобы его рука могла встретиться с рукой дамы, а правую опустил. Дама завершила шаг, приложив правую руку к левой ладони кавалера и заложив другую руку за спину. Он шагнул вправо и повел ее по паркету. Это были простые прямые шаги, но знать охнула: дама шла по паркету спиной вперед в обуви, в которой и стоять-то было бы страшно. Опираясь только на ладонь кавалера, если соприкосновение ладоней можно назвать опорой. Зал тихо шелестел.
- О, пророк... Он что, рехнулся?
- Боги и духи, что это? Он думает, что делает?
- Наверняка подумал заранее, как всегда. У нее выдержка гвардейца...
- Да, и спина гребца. Интересно, они там все такие?
Пока зрители моргали и ахали, Димитри провел партнершу по кругу, чередуя большие четкие шаги с сериями маленьких и быстрых, а потом еще один круг, сериями маленьких коротких шагов, перемежавшихся остановками. Затем он пригласил ее сделать несколько перекрестных шагов и снова дорожку коротких, а потом несколько длинных - и все это время его правая рука была заложена за спину, как и ее левая.
Фанд, крепко держась за руку своего милого друга, не отрывала от мужа взгляд. Семья да Айгит в полном составе внимательно смотрела под ноги - или на ноги - танцующей пары. А Димитри провел даму затейливой цепочкой шагов с поворотами, и зал снова ахнул, видя опасно летающий подол ее платья. Не успела знать опомниться, как кавалер движением плеча направил даму за свой локоть - и она перешагнула его ногу сложным красивым шагом, показав зрителям острый каблук и ямку под коленом. Магистр откашлялся. Димитри, казалось, услышал это - и с улыбкой повторил фигуру танца, уже в другую сторону. Потом пара сделала несколько других сложных фигур, глядя на которые зрители только моргали, потому что уже не могли понять, кто из танцоров куда сейчас поставит ногу. Но и это было не все, потому что Димитри вдруг каким-то неуловимым движением развернул свою даму вправо и сразу влево. Кто-то из досточтимых зажмурился, кто-то покраснел: женщина взмахнула ногой сначала вперед, между собой и партнером, затем назад, перегнувшись почти полукольцом, при этом оба раза открыв колено. За этим последовала цепочка шагов с поворотами, остановка и снова простые шаги, длинные и короткие. И наконец с финальной нотой князь так преградил дорогу даме, что она должна была бы упасть - если бы не его вторая рука, внезапно оказавшаяся именно там, где женщине было бы удобно на нее опереться.