Гуль (СИ)

— Извините за бардак, — сказал я, прошел по коридору и закрыл дверь в лабораторию.
Полицейские вошли следом и осмотрелись.
— Проходите туда, — я показал в свою комнату.
Я встал возле двери и ждал, пока они войдут. Так я чувствовал себя безопаснее. Как будто я мог запустить их внутрь, а затем перекрыть дверь и контролировать проход. Мой план тут же рассыпался. Майор Сотникова последовала моему приглашению, а Зимин встал рядом и кивком приказал заходить вторым. Спорить было бессмысленно.
— Я могу сесть? — спросила Сотникова.
— Да, конечно.
— Спасибо.
Она отодвинула от стола стул, подтащила его к дивану и поставила напротив. Затем посмотрела на меня, улыбнулась и пригласила садиться на мой же диван. И вроде был я был в своей квартире, где должен чувствовать себя в безопасности, но всё слишком быстро перевернулось с ног на голову. Выход, который хотел контролировать я, контролировал Зимин, а Сотникова возвышалась надо мной на голову, сидя на стуле, в то время как мне приходилось утопать в диванчике. Я проглотил слюну и втянул носом воздух. Они же слышат! Или нет? Я успокоился, напомнив себе, что у них не такие носы как у меня. Квартиру я проветрил, а дверь закрыл. Запах из лаборатории рано или поздно вновь наполнит квартиру, но не сейчас.
Сотникова достала чистый лист бумаги, положила на папку и взяла ручку. Приготовившись, она посмотрела на меня и улыбнулась:
— Несколько вопросов, ладно?
— Хорошо.
— Но прежде…, — она посмотрела на Зимина, а потом опять на меня. — Ты знаешь, Тимофей, все сотрудники нашего участка остались под большим впечатлением после случившегося в торговом центре.
— Я и сам.
— Правда? — она слишком наигранно склонила голову. — Ты и сам не ожидал, что у тебя хватит смелости?!
Зимин наконец вошел в комнату, подошел к шкафу и принялся рассматривать корешки книг. Я криво улыбнулся Сотниковой и пожал плечами.
— Я несколько раз пересмотрела записи с камер наблюдения и должна сказать, что ты действовал очень… очень хладнокровно! Отсюда у меня сразу и появился вопрос: что ты делал на той свалке с бандитами?
Лицо Сотниковой вдруг сделалось серьёзным. Она подалась вперёд. Я проглотил слюну:
— Простите?
— Забавно вышло, — дружелюбный оттенок в её голосе исчез. — Если бандиты, пытающиеся отжать часть мусорного бизнеса у Коваля, вывозят тебя на свалку, то логично предположить, что ты работаешь на Коваля, и таким образом они хотят на него надавить — через тебя.
— Я не понимаю о чем вы.
— Но Коваль же не совсем идиот, чтобы работать с подростками?! — она положила ногу на ногу, поправила на них папку, а сверху положила руки. — Я бы ещё поверила, если бы ситуация была в корне противоположная. А потом случается то ли авария, то ли стычка. Бомжи рассказали об упавшей с серпантина машине. Никто никуда не заявляет, и нам всем от этого только спокойнее. Мы все прекрасно понимаем, что бизнес, которым заправляет Коваль, пошатнуть можно только из высоких кабинетов. Все эти мелкие жулики, пытающиеся кого-то пугать или терроризировать, заканчивают одинаково. Почему я это рассказываю?
— И почему? — я пытался совладать с эмоциями и выжидал момент, чтобы незаметно вытереть капельку пота на лбу.
— Я рассказываю о том, как я рассуждала. На этих придурков со свалки мне срать с высокой колокольни. На записях мы увидели только как машина въехала на свалку, но не выехала. Пассажиры ушли раздельно. Ну и фиг бы с ним! Мелкая разборка, все живы, нет заявлений, нет проблем. Подросток? Да и чёрт с ним с этим подростком! Мало ли, как жизнь его крутанула. Ну оказался в ненужное время в ненужном месте. Бывает. Тут-то я свою цепочку причинно-следственных связей и оборвала. Стало неинтересно. А потом подросток со свалки появляется в моём полицейском участке. И это уже интересно. Интересно ведь?
На затылке у меня зашевелились волосы. Я вдруг вспомнил, что майор Сотникова обещала зайти всего на пять минут. Пять уже прошло. Значит она соврала? Могу ли я теперь их выпроводить? Чёрт, что за бред лезет мне в голову… Соберись!
 
Зимин закончил рассматривать книжный шкаф и подошел к полке с дисками для приставки. Я втянул носом. Запах стал сильнее.
— Тимофе-е-ее-й! — она помахала рукой у меня перед глазами.
— Да?
— Ты меня слушаешь?
— Да… то есть, — я прочистил горло. — Помните, я говорил вам, что у меня сейчас нету времени и…
— Как это связано? — перебила она.
— Что?
— Слушай, Тимофей, — она положила руку себе на грудь. — Я на самом деле не верю, что такой парень как ты способен сделать что-то очень плохое. Да и вообще, мы занимаемся делами намного более важными, чем мелкие разборки, кражи и даже наркотики, которые я почти уверена мы найдём в соседней комнате, — она показал рукой в коридор.
— Не-е-ет.
— Пускай, будет нет, — она улыбнулась. — Мы ведь и не за этим пришли.
— Пока что, — добавил Зимин, шарясь в моих дисках.
— Пока что, — она кивнула. — Я видела, как ты разговаривал с той девочкой, как ты вёл себя. Это всё очень мило. И я знаю, что у тебя отличная успеваемость в школе. Если ты вляпался в какое-то дерьмо, то я надеюсь, у тебя были на то причины. Повторюсь: мне всё это не интересно, и я не собираюсь копаться в твоём грязном белье. Я всю голову сломала, чтобы разобраться, как связаны эти два события: разборки на свалке и покушение в кафе, но и близко не додумалась. За тринадцать лет службы со мной такое впервые! Вообще ни одного варианта! Будем считать, что мы здесь из чистого любопытства, а ты, как парень, полюбившийся всему нашему участку, по доброте душевной это любопытство удовлетворишь. Идёт?
Хватит трястись! Сядь ровно! Дыши глубоко! Хорошо. Что мы имеем? Я должен дать ей то, что она хочет. И тогда она уйдёт. Хорошо. Нет, не хорошо… Я не знаю, чего она хочет. Как, мать вашу, связаны эти два события? Да никак! Нет, по факту, они связаны как раз-таки через меня. Мир гулей и бандитский мир, в которых в последнее время я прочно обосновался. Только такое я ей сказать не мог, да она и не хочет этого слышать. Она крутой коп, который решает крутые дела. У неё на всё есть объяснение. Нужно лишь глубже копнуть и сильнее надавить. Она хочет слышать, как в мире людей связана стычка на свалке и покушение в торговом центре. И ещё она не отказалась бы услышать в моём рассказе имя Коваль. И такой рассказ я мог бы придумать… если бы, бл*ть, у меня было на размышления чуть больше, чем сраные три секунды.
— Тимофе-е-е-ей? Ты где опять?
Если я начну гнать отсебятину, придумывая на ходу, она мгновенно почует ложь. И тогда станет вообще непонятно… Запах усилился. Совсем скоро и они его учуют. Хренов запах сейчас мешал мне больше, чем два копа. Время от времени я хватался за цепочку правильных мыслей и находил ключи к обороне, но запах меня постоянно сбивал. Вонь расчленённого и выпотрошенного гуля ползла по квартире, а я болтал с копами в соседней комнате. Чудненько.
— Кхе-кхе, — я поправился на диване. — Ну-у-у, ладно.
Сотникова склонила голову.
— Я примерно понял вашу позицию, а потому согласен говорить на вашем языке.
— И?
— Боюсь, я не утолю вашего любопытства. Эти два события не связаны. Во всяком случае они не связаны так, как бы вы этого хотели. Встреча на свалке произошла из-за… из-за бизнеса человека, имя которого вы назвали. А покушение в кафе — это последствия моего личного конфликта. Вот и всё.
— Хм-м-м, — Сотникова откинулась на спину и задумалась.
Зимин пару раз резко вдохнул. Скривился. Затем взял один из дисков и поднёс к носу. Понюхал. Поставил коробку на место, сунул руки в карманы и вышел в коридор.
— Простите, но!..
Я поднялся, но Сотникова остановила меня вытянутой рукой и широко улыбнулась:
— Ничего и не скажешь, — она пожала плечами. — Ловко ты увернулся от ответа. И я тебе верю. Я всегда знаю, когда мне врут. Другое дело, что ты ничего толком не рассказал, и от этого мне стало ещё любопытнее! Может, я всё-таки ошибалась, и ты не просто обычный подросток? Если вокруг тебя происходят такие вещи, то…