Вредина для мажора (СИ)
– Из сказки Пушкина, – ответила Катя. – Он сын царя. Пока тот был в походе, его сына и жену посадили в бочку и скинули в море. Однако Гвидон совершает благородные поступки, наверное, поэтому мальчику дали такое имя.
– Вот именно! – поддакнула внезапно мать. Я сперва обрадовался: наконец-то чудо: сошлись на ровной ноте. Но маман спустила мой порыв на нет. Поднялась из-за стола, фыркнула, а затем, не говоря ни слова, покинула кухню.
– И так каждый день, – сообщила ба, устало выдыхая. Я думал, мама вернется. Однако время шло, мы разговаривали, ели, а мать не возвращалась. В итоге папа тоже ушел, извинился перед Катей, пообещал в другой раз уделить больше внимания.
Остаток вечера мы провели втроем. Бабуля окончательно развеселилась, вошла в раж, начала давать Рине наставления и вот это типичное: «когда дети?». Я, конечно, старался отшучиваться. Ну, потому что какие дети, когда мы еще ни разу не целовались. Зато Катерина моя смутилась, едва не под стол скатилась.
* * *После посиделок не сразу двинули домой. Погода стояла отличная, хотелось немного свежего воздуха. Катя поддержала идею, и мы поехали на набережную. Вот где наступила особенная блаж. Людей почти не было, зато луна какая, шум ветра и вода, в которой отражаются блики города.
Мы шли медленно, держась за руки, болтая о всяком разном. Забавно. Никогда не думал, что просто гулять с девчонкой так круто. И клубы никакие не нужны.
– Все чаще думаю о море, – произнесла Катя, поглядывая на озеро. Мне хотелось сказать, «А я о тебе думаю». Однако сдержался. И так болтаю достаточно.
– Давай поедем, я серьезно.
– На море? Далеко же, и дорого, – искренне удивилась Рина. В ее невинном восприятии мира было что-то поистине особенное.
– Вообще недорого, мы же туда и обратно. На машине. Ты только выходных два возьми. А я насчет остального позабочусь.
– Нет, Ром, я так не могу. Это… – мы остановились. Вернее, я остановил нас. Встал перед Катей, взял за вторую руку. Чуть наклонился, старательно разглядывая ее янтарные глаза.
– Поехали со мной? Ну что мне сделать, чтобы ты сказала «да»?
– Ты включил харизму? – она смущенно улыбнулась.
– Эта функция включается автоматически, когда я смотрю на тебя. Вообще это моя заветная мечта – поехать на море осенью.
– Мечта? Твоя мечта Эверест покорить, я помню, – выдала Катя. Теперь был мой черед удивляться. Запомнила ж, забавно. Обычно девчонки не заостряли внимание на подобных мелочах.
– Ладно, ты меня спалила. Это не та мечта, есть другая. Вот прям сейчас родилась. Давай ее исполним.
– Какая же? – спросила Рина, а я скользнул к ее губам и залип на них. Да, пожалуй, это была заветная мечта – попробовать их на вкус.
– Соглашайся, иначе не получится.
– Ну не знаю… – слегка игриво протянула она, отводя взгляд в сторону. Мы держались за руки, а осенний ветер задувал под одежду, напоминая о предстоящих холодах. Но мне было не холодно. Казалось, кто-то надел теплый шарф, окутал солнцем. Казалось, моим шарфом была девушка с янтарными глазами. И от этого осознания еще больше захотелось прильнуть к Кате. Обнять и не отпускать.
– Тогда я буду немного наглым.
– В смысле?
– Иди ко мне, – прошептал, не в силах больше смотреть на нее. Подошел вплотную, словно под гипнозом. Подался вперед, ожидая отказа. Черт, я не волновался так при первом опыте. Однако Рина не оттолкнула, закрыла глаза, заставляя пульс в груди ускоряться на полную мощь.
Я нежно коснулся ее губ, сладких, холодных, но таких мягких. Ох, у меня аж дыхание перехватило. Наш первый поцелуй был необычным: медленным, нежным и безумно чувственным. Я водил языком по ее языку, испытывая дикое возбуждение. Раньше был уверен: девушку можно хотеть только телом. Но сейчас я хотел головой, сердцем. Я хотел Катю всю без остатка.
Глава 39
Я всю ночь не спала. И нет, дело не в бессоннице. Из головы не выходили наши поцелуи с Ромой. Губы горели, сердце буянило.
Сначала первый – нежный, легкий, словно перышко. А потом уже возле дома в машине мы снова целовались. Теперь уже иначе: жарко, разъяренно, будто в последний раз. Фил умудрился расстегнуть мне плащ, и едва не перетащить к себе на колени. Однако я тут же дала стоп-сигнал. Хотя кое-кто разошелся, и не особо понимал, почему ему нельзя дальше.
– Хочешь, поехали ко мне? – выдал он, отрываясь от моих губ. Я смутилась, потому что это было не банальное предложение: глянуть кино или смотреть на звезды с балкона. Нет, после таких поцелуев много чего хотелось, постыдного и неправильного.
– Мне домой пора, потом как-нибудь, – увильнула, выскочив из машины. Шла к дверям подъезда, а у самой спина горела. Рома не сводил глаз, я ощущала это всем телом. Каждой клеточкой.
Когда зашла в квартиру, шмыгнула к окну. Так, любопытства ради. А он там. Стоит до сих пор. Даже из окна я видела – Филатов смотрит куда-то наверх, видимо пытаясь разглядеть, где загорится свет.
Однако выдавать себя не стала. В другой раз, буду немного таинственной. А потом Рома закидывал меня сообщениями. Мы переписывались почти до рассвета. Я лежала, зевала, но никак не могла оторваться от телефона.
К: Солнце всходит.
Р: Наш первый рассвет. Черт, я думал по-другому будет. Но вообще прикольно. Давай в следующий раз встретим его на море? Серьезно, поехали.
И я сдуру написала «да». Ну а как не написать? Мне захотелось проводить больше времени с Филом, держать его за руку, смотреть на него, и целовать. Как же без этого?! От последнего пункта в живота сладко свело и заныло. Я закрыла глаза, улыбнулась и прижала мобильный к груди. Кажется, начинаю походить на влюбленную дурочку.
* * *Поездка на море стала не только для меня, но и для Филатова волнительной и ожидаемой. Он готовился серьезно: купил пледы, термос, перевозной маленький холодильник (зачем –не знаю). Нашел гостиницу, но согласовывали ее мы вместе. Выбирали вид из окна, расположение к морю, ну и в целом, чтобы комнаты были нормальные. Последнее интересовало больше Рому.
Забронировали в итоге маленький деревянный треугольный домик. Этот гостиничный комплекс находился на диком пляже, а рядом ничего – даже бального магазинчика. Однако туристы едут, фоток ВК много, отзывов тоже. Довольно ламповое местечко. Стоимость, правда, я так и не узнала. Рома отнекивался, закатывал глаза, потом вообще выдал – дешево. Пришлось сдаться. Одно радовало – там две кровати. Одна на нижнем этаже, вторая на верхнем. Уже неплохо.
Остаток недели пролетел быстро. Исключением стал четверг, который мне особенно запомнился. Мысленно я прозвала его днем ревности.
После пар Фил отвез меня на работу, сам же поехал в зал с Ником. Заслал кучу видосов с подписями «посмотри какой я у тебя крутяшка». Потом снял майку и прислал свою фотку, как он выразился «горделивую» часть – пресс. Я смутилась до чертиков, чуть не упала под стол от столь откровенного образа. И хорошо, что мы на расстоянии. Хотя отдаю должное – Ромка физически хорошо сложен. И если в первый раз мне казалось, что не имею право поглядывать на него полуобнаженным, то теперь вроде как имею. Поэтому даже приблизила, покрутила, посмеялась. В общем, позабавилась.
Ближе к девяти, Филатов прикатил ко мне на работу. Развалился на диване, попивая кофе, который я сварила ему. Мне же он снова привез ужин: запеченные ролы и фит-салат. В каком-то ПП-шном ресторанчике прикупил.
– Привыкну, что будешь делать? – подтрунивала, уплетая вкусняшки.
– Будешь отрабатывать, – усмехнулся, наклонился и чмокнул меня в щечку.
– Это по твоей части, – смущенно ответила, поправляя прядь волос.
– Смотря, с какой стороны рассматривать этот вопрос, – продолжал свои пошлые шуточки Филатов. Пил кофе, раскачивая головой в такт музыке, играющей в зале. Кажется, у него отличное настроение.
– Со всех, Ромочка.
– У! Ромочка? Ничего себе. А мне нравится. Давай еще! Звучит-то как. Катрин, давай. Сделай это, – ерзал на месте дамский угодник. В глазах его бегали огоньки, и мне вдруг показалось, что Фил настолько милый, словно маленький ребенок. Я протянула руку и потрепала его по волосам.