Любовь и ненависть между нами (СИ)

Медленно развернулась к Тимуру, с опаской подняла на него взгляд и в ту секунду, когда наши глаза встретились, впервые в жизни меня посетила мысль: «Я хочу прямо здесь и сейчас умереть». Глаза Калинина выражали огромный спектр эмоций, но самыми яркими были смущение, растерянность и чувство вины.
В памяти пронеслись события последнего месяца, и с учётом открывшихся обстоятельств — многое прояснилось, например, почему мне позвонили и предложили пройти собеседование в фирме Калинина, почему впоследствии приняли на работу, почему Тимура с первой встречи так сильно интересовала моя личная жизнь, почему он именно меня взял с собой в командировку и, в конце концов, почему я нахожусь в его квартире босая, с растрёпанными волосами, опухшими губами от поцелуев и в халате на голое тело…
Так понимаю, Арсений не только наших друзей ввёл в заблуждение, но и собственную мать. Она, по всей видимости, тоже решила, что мы крутим роман. А так как я голь перекатная да к тому же ещё разведёнка, в качестве невестки я эту даму никак не устраивала, вот она и попросила Калинина об одолжении…
Об одолжении…
Ни хрена себе одолжение, они же мне на живую выдрали из груди сердце.
Как не стыдно такое творить? Я ведь живая и мне больно точно так же, как и им бывает порой.
Только встала на ноги и опять хрясь по башке…
Всё, хватит!
Не место и не время себя жалеть, после забьюсь в угол и наревусь, а сейчас самое правильное как можно скорее убраться отсюда, по возможности сохранив при этом человеческий облик и не уронив достоинства.
— Да уж, — почти беззвучно выдохнула я и уже куда громче добавила. — Я определённо здесь лишняя, вы общайтесь, не буду мешать.
По пути в спальню поймала на себе насмешливый взгляд мамы Арсения и мне так захотелось плюнуть в её ехидное лицо, что даже возле женщины притормозила.
Нет, при всём желании не смогу плюнуть человеку в лицо, что бы он мне ни сделал. Да и ради справедливости надо заметить, если кто из присутствующих и заслуживает плевок, то это не мама Арсения, её целью было защитить сына, какое-никакое, но оправдание, а вот Калинин старался ради заказа, то есть ради денег, а ведь он в них совсем не нуждается. Получит он этот заказ или нет, на его уровне жизни это вообще никак не отразится.
— Ну и чего ты уставилась? — недовольно протянула брюнетка, чем собственно и вывела меня из оцепенения.
— Пошла вон! — прорычал Тимур, подлетел к нам, схватил женщину за затылок и поволок к входной двери, чем с одной стороны, избавил меня от нужды что-то отвечать, а с другой — своей грубостью ещё раз подтвердил, как жестоко я в нём ошибалась.
Пока в коридоре судя по женскому визгу, рычанию Тимура и топоту разворачивалась эпичная сцена, прошмыгнула в спальню и судорожно наспех начала натягивать на себя первую попавшуюся одежду.
Слава небесам, к тому моменту, как Калинин выдворил «гостью» и вошёл в спальню, я успела полностью одеться, осталось только ремень сумки через плечо перекинуть и можно бежать.
— Лера, ты куда собралась? — поинтересовался Тимур, причём настолько растерянно, словно тремя минутами раньше на меня не вылили целую бочку помоев, и я ни с того ни с сего психанула, нацепила на себя джинсы с ветровкой и абсолютно на пустом месте решила уехать. 
— Домой, куда же ещё, — бросила я и машинально по старой привычке, как всегда перед выходом, раскрыла сумочку, чтобы проверить всё ли взяла с собой. Паспорт с ключами лежали на месте, а вот телефон отсутствовал. 
Была мысль пожертвовать телефоном, но я вновь оказалась в подвешенном состоянии, вообще непонятно, что теперь будет с работой, а за аренду квартиры хочешь не хочешь, а придётся платить, да и жить опять на что-то надо, так что осматриваю комнату в поисках телефона. 
Да, больно, да, противно, да, хочется поскорее уйти, но слишком уж свежи воспоминания тех времён, когда я в чём была в том и убежала от мужа, а потом в самом прямом смысле жила впроголодь, потому что осталась совсем без всего, начиная от зубной щётки с косметикой и заканчивая верхней одеждой с крышей над головой. 
 
— Лера, я понимаю, как это всё выглядит, но давай поговорим, — Калинин продвинулся вглубь спальни, но ближе, чем на метр ко мне не подошёл. 
Предусмотрительно с его стороны, мало ли что взбредёт на ум обиженной женщине, вдруг брошусь на него и выцарапаю глаза. Я, конечно, никогда так не сделаю, темперамент не тот, но он же об этом не в курсе. 
— Знаю, приходила мама Арсения, он нас знакомил, но я не запомнила имя. Как её зовут? 
— Геля…, Ангелина. 
Кивнула. Да, точно, Ангелина, только сейчас вспомнила, когда Арс нас друг другу представил, ещё подумала, имя ей не подходит, слишком уж конфликтует с характером. Только в прошлый раз, как мне кажется, она была не брюнеткой, а рыжей, наверное, поэтому я её и не узнала. 
— Ангелина сказала неправду? — задала я вопрос и вопреки всей логике, и здравому смыслу отчаянно ждала, что Тимур ответит: «Да. Она всё выдумала», но увы и ах, чудеса, может, и случаются, да только не со мной. 
Калинин вместо того, чтобы меня успокоить, зажмурился и принялся усердно растирать пальцами обеих рук лоб и виски. 
Я не психолог и не умею читать по лицам, но моя интуиция подсказывает, так себя ведёт виновный человек, которому стыдно и который пытается придумать себе оправдание. 
— Здесь не получится однозначно ответить, — разведя руки в стороны, эмоционально отозвался Тимур. — С одной стороны Геля не врёт, а с другой — даже очень. Она действительно припёрлась ко мне и попросила отвлечь тебя от её сына, и да я согласился, но потом, когда лучше тебя узнал, когда…, — Тимур резко замолчал, всё-таки подошёл и взял меня за руку, — когда я голову из-за тебя потерял, сразу послал её на хрен. 
Выдрала руку и демонстративно отошла от Калинина. 
— Так понимаю, ты не совсем прогнившая гнида, поэтому и стараешься какими-то нелепыми оправданиями объяснить обыкновенное свинство. Только мне это не нужно, просто дай мне уйти, — дёрнулась в сторону выхода, но Калинин тут же сделал шаг в сторону и преградил путь. 
— Лера, я тебя ещё не так хорошо знаю, чтобы отпускать, когда между нами вот так как сейчас. Некоторым людям, чтобы успокоиться и переварить ситуацию, нужно побыть в одиночестве. Если ты из их числа, только скажи, я где-нибудь закроюсь и дам тебе столько времени сколько нужно. Ты меня вообще не заметишь. Только не уходи. Если уйдёшь, боюсь, ты тогда не вернёшься. 
— Не уходи! — с недоумением повторила я. — Ты в своём уме? Для меня каждая лишняя секунда, проведённая здесь — пытка. Где этот чёртов телефон?!
Бросилась к постели и перетряхиваю её, наверняка мобильный валяется где-то в складках одеяла.
— Дурдом, — выдохнул Калинин со злостью. — Лера, ты рубишь сплеча, по сути из-за ерунды. Какая разница о чём мы договаривались с Ангелиной, в итоге я её послал и только это имеет значение. Разве нет?
Телефон нашёлся под подушкой, кинув его в сумку, развернулась к Тимуру.
— А в итоге, что с тем заказом, ты его получил?
— Да, — без тени смущения отозвался он.
— Ловкач — протянула я и усмехнулась. — Не для всех, конечно, но лично для себя ты и дело сделал и вроде как чистеньким остался. Молодец. Так держать.
Если мои слова и задели Калинина, то виду он не показал.
— Лера, сейчас впереди всего у тебя шагают эмоции, но потом, когда пройдёт немного времени, и ты успокоишься, гарантирую, взглянешь на ситуацию другими глазами, и она перестанет казаться такой уж катастрофичной. Если ты хочешь непременно уехать, хорошо, не привязывать же тебя к батарее. Но позволь хотя бы отвезти тебя домой и давай сразу договоримся, где и во сколько завтра встретимся, чтобы я ещё раз мог всё объяснить.
— Какая-то тётка велела тебе со мной переспать, и после того как я об этом узнала, сяду к тебе в машину и соглашусь встретиться? По-твоему, у меня что совсем гордости нет?! — рявкнула я и, обогнув мужчину, ринулась в коридор.