Предчувствие опасности (СИ)

— Меня? — удивленно, не веря услышанному, воскликнул Кассель. — Но за что?
— Измена, воровство, предательство королевства, — с любезной улыбкой пояснил Хорторн.
— Ваше Величество! — воскликнула Марена, делая шаг вперед.
Сзади зашипел секретарь, шагнул вперед, но совершенно нечаянно натолкнулся на палец Брана, который как раз поднимал руку. Палец попал прямо в сплетение жизни и секретарь, хватая ртом воздух, так и не сказал ничего, не остановил Марену.
Бран продолжал наблюдать, внутренне хмурясь — вся эта и без того попахивающая история начала откровенно вонять.
— Ваше Величество, — повторила Марена, — я уверяю вас, мастер Кассель ничего не совершал! Все это какое-то недоразумение!
— А, Марена Кладис, как вы выросли, — чуть улыбнулся уголками губ Джерард.
То ли насмешка над четырьмя футами роста Марены, то ли она и правда подросла. Марена же, чуть дернув косу, сказала, присев в каком-то подобии почтительного поклона:
— Ваше Величество, мастер Альф Кассель всегда честно и верно служил нашей семье, принес клятву верности моей бабушке, Плате Укротительнице! Он не мог совершить всего того, в чем его обвиняют!
Стража все равно продолжала приближаться, только теперь делала это медленно, очень медленно. Конечно, приказ короля — это приказ короля, но герои — это герои. Даже мертвые. Прилетит завтра на грифоне, укрощенном Платой, какой-нибудь Фарух Дитя Мести и разбираться не будет, первым делом тех побьет, кто внучку Платы обижал.
— Ах, милая Марена, — все тем же любезным тоном продолжал Джерард, — этот человек обманул всех, включая вашу бабушку. Но Тайную Канцелярию он провести не смог!
Легкий жест, вперед выступил Хорторн, а Джерард развернулся к красоткам, с которыми любезничал до этого.
— Доказательства его вины бесспорны, — сообщил Хорторн. — Конечно, он долго таился, разыгрывая верного слугу, видимо понимал, что ему не одолеть сильнейшую героиню Стордора, но после смерти Укротительницы Альф Кассель начал действовать. Под видом устройства похорон, он подменил завещание, а также собирался присвоить себе все деньги героини и…
— Ложь! — не выдержав, закричал Альф. — Наглая ложь!
— Заткните ему рот! — повысил голос Хорторн.
Стражники резко ускорились, подбили Альфа под ноги, повалили на пол, затыкая рот и надевая кандалы. Марена, не выдержав, кинулась на защиту Касселя, но разница в уровнях между ней и стражниками была слишком велика.
— Хватит, — бросил Бран, делая шаг вперед.
Блокировал вскинутой рукой удар, предназначавшийся Марене (и который наверняка искалечил бы ее), придавил стражников Волей, сбивая их пыл.
— Я думал, вам хватит ума не вмешиваться, — произнес Хорторн.
Голос его был исполнен глубокого удовлетворения и злорадства. Не исключено, что и всю ситуацию подстроил он, подумал Бран. Не обвинения Касселю — похоже, ради них и приглашали во дворец, а ситуацию с магическим кляпом, глушащим звуки и кандалами, лишающими маны.
— Хотелось бы увидеть эти бесспорные доказательства вины, — ответил Бран, — а также узнать, как именно шло расследование и как мастер Кассель собирался вывозить из королевства всю эту гору денег. Потом можно будет добраться и до вопроса суда, выносившего приговор.
Окружающие придворные смотрели на Брана, как на безумца, начали отступать, словно боясь заразиться. Пара стражей, наоборот, шагнула ближе, собираясь скрутить и Брана, за компанию с Альфом. Хорторн сделал жест и стражники остановились.
Почему бы и нет, подумал Бран, раз уж и гвардия подчиняется Тайной Канцелярии?
— Ваше Величество, — обратился Хорторн к королю, — прошу вас, еще минутку вашего внимания.
— Что такое? — недовольно обернулся Джерард.
Судя по тому, что слышал Бран, обе красавицы как раз согласились дать королю, причем одновременно, и они с шуточками и заигрываниями обсуждали, куда бы им удалиться, дабы король смог отдохнуть от своих трудов праведных.
Помимо гневного взгляда короля, Бран ощущал на себе и полные надежды взоры Марены и Альфа.
— Этот Торговец располагает грамотой, делающей его неподсудным для всех, кроме короля, — снова зашептал на ухо Джерарду Хорторн, — и она опять подписана вашим отцом.
 
— Еще один? — искренне удивился Джерард.
Затем он посмотрел на Брана, не узнал, конечно же, потому что Покров Тайны менял не только Статус, но и внешность. Телосложение в целом осталось то же, да имя Бранд оставил похожее, Бран, дабы не слишком путаться и не привыкать заново, но король и остальные, конечно, видели перед собой незнакомца.
— Твой король повелевает — яви нам свиток! — повысил голос Джерард.
Тут же вступила в действие особенность Несокрушимого Разума, нейтрализуя воздействие умения «Приказ Короля». Впрочем, Бран и без нее бы справился, король, пускай и располагал рядом уникальных умений, но все же был слишком молод и еще не достиг 200-го уровня.
Он достал свиток и явил его.
Джерард повел рукой, словно проводил черту в воздухе.
Артефакт «Королевская грамота» деактивирован!
Лет пятьдесят назад в Бране взыграла бы злоба, он начал бы крушить и ломать. Здесь и сейчас он взирал задумчиво на Джерарда, мысленно изготовившись к драке.
— Мой отец, — громко сказал Джерард Третий, — был хорошим королем, но чересчур мягкотелым и мирным! Теперь все это изменится! Настает новая эра, эра, в которой Стордор займет принадлежащее ему по праву место, станет не просто сильнейшим королевством, а Империей!
Бурные возгласы одобрения, хлопки, поклоны, шумный вихрь поклонения королю заметался по кабинету. Но Джерард, как выяснилось, еще не закончил свою речь.
— Те, кто подрывает благосостояние королевства — его злейшие враги, сорняки, коих следует выпалывать без жалости!
Официальный тон и речи у Джерарда тоже выходили фальшиво, хотя он и пытался, изо всех сил пытался подражать своему отцу.
— Довольно наши соседи богатели и жирели, пользуясь доброй волей и миролюбием Стордора! Теперь они будут кормить нас, а не мы их! Пришло время им склониться перед величием нашего королевства!
Опять вихрь одобрения, а Брану окончательно стала ясна подоплека слухов о том, что нелюди во всем виноваты. Подготовка к походу на соседей, отвлечение от внутренних проблем, по старинным, проверенным рецептам. Бран ждал, что король, явно красуясь перед лизоблюдами, подхалимами и красотками в кабинете, еще чего-нибудь скажет про агрессивные подземелья, но Джерард решил еще и похвастаться своим милосердием.
— Но так как я уважаю память своего отца, то этих троих — за неповиновение — заточить в темницу, вместо немедленной смертной казни. Граф.
Возгласы, как велик и благороден король, просто оглушали. Стража, повинуясь знакам Хорторна, вступила в действие, надела на Брана и Марену кандалы, высасывающие ману. Марене тоже воткнули магический кляп, так как она ругалась, лягалась и выкрикивала оскорбления в адрес короля. Джерард то ли не слышал, то ли решил, что не стоит портить жест благородства немедленной его отменой, но Марену просто заткнули.
Так как Бран молчал и не сопротивлялся, то ему просто нацепили кандалы, грубо пихнули пяткой копья в спину.
— Топай давай, да поживее, — прозвучало сзади.
Хорторн не стал подходить и злорадствовать насчет грамоты неподсудности, но можно было не сомневаться, что на этом данная история не закончится. Зачем-то же он затеял всю эту, состряпанную на коленке, комбинацию с завещанием, обвинением Касселя и отъемом денег? Король Джерард тоже произвел на Брана не самое лучшее впечатление, но раз уж он сменил казнь на заточение, Бран не стал затевать драку.
 
Да и бежать из темницы легче, чем из тронного зала.
Их, в кандалах, под злорадными взглядами людей из приемной, под громкие возгласы, что так и надо этим выскочкам, повели дальше. Выкрики о справедливости, благородстве короля, восхищение его быстрым и верным правосудием еще доносились какое-то время в спину. Альф молчал, подавленный, уже сдавшийся, похоже, а Марена сверкала глазами, пыталась что-то сказать, пару разу даже попробовала лягнуть стражей. Бесполезно, конечно, лишь получила еще ударов в спину.