Призрачный бал (СИ)

Аластеру было плевать на ехидное существо, перед собой он видел лишь Агату, которая (неужели это правда?) стала его женой.
Сделав шаг вперед, он обнял ее и с удовольствием поцеловал.
Сразу после этого вихрь магии закружил вокруг них, связывая две души навечно.
  
Глава 37
 
Когда они разорвали поцелуй, то еще какое-то время смотрели только друг на друга. Агата не могла поверить, что ей пришлось умереть и перенестись в другой мир, чтобы найти свою любовь. Это звучало фантастически.
Как там сказал феникс? Твоя судьба в этом мире? Что ж, она понимала, о чем именно он говорил.
Спустя некоторое время они оба пришли в себя.
В тот же момент они оглянулись, но, к их удивлению, зал вместе с алтарем, бессмертным существом и множеством гостей исчез. Они стояли в полумраке среди многочисленных полок, забитых различными предметами. Магия все еще присутствовала, но ощущение чужого взгляда пропало.
— Что это было? — откашлявшись, спросил Аластер.
Агата опустила взгляд и посмотрела на свою руку. Она боялась, что все это был сон. Но нет! В свете плавающей свечи блеснуло кольцо.
— Мы… женаты? — спросил Ньюман, тоже разглядывая кольцо.
— Кажется, да.
Подняв взгляд, она посмотрела на своего теперь мужа. Ее щеки от этой мысли слегка потеплели.
Аластер тоже взглянул на нее.
— Так значит, теперь я могу целовать тебя, когда захочу? — задал он еще один вопрос, а затем медленно положил руки ей на талию.
Вместо ответа Агата смущенно кивнула. А в следующий момент едва не вскрикнула, так как ее подхватили на руки.
— Что ты?..
— Спальня, — сказал Ньюман, глядя на Агату так, будто хотел немедленно ее поглотить.
Она сразу поняла, к чему все идет. Даже не думая сопротивляться или отказываться, Агата указала рукой направление.
Спустя несколько минут она уже лежала на кровати, в то время как Аластер со всей самоотверженностью сражался с одним из самых страшных чудовищ, которых он только мог вообразить.
— Я сама, — со смешком произнесла Агата, убрала руки Аластера со своей одежды и самостоятельно развязала все тесемки, позволяя затем стянуть с себя платье.
Когда с этим было покончено, Аластер на некоторое время замер, любуясь своей женой. Черные волосы рассыпались по подушке, губы выглядели припухшими и красными, щеки алели, а глаза влажно блестели.
Дракон внутри него яростно рыкнул, побуждая взять столь желанное немедленно.
Ньюман не стал сопротивляться призыву. Зарычав, он кинулся вперед и впился в и так истерзанные губы поцелуем.
Агата застонала и выгнулась, чувствуя, как сильная рука подхватывает ее поперек талии.
Затем пришел жар. Это было так восхитительно, что хотелось кричать. И ни один из них не стал себя сдерживать.
Мир вокруг вспыхивал и сгорал, плавясь в полыхающем огне. Жар феникса и горячее пламя дракона объединялись, создавая невероятно могущественную магию, которой пульсировало все вокруг.
Когда пришла разрядка, ни один из них не знал, что внутри тела Агаты вспыхнула маленькая искра. Она некоторое время чуть теплилась, неуверенно мерцая, но потом магия, которая выплеснулась в мир в избытке, с любовью окружила ее, защищая и убаюкивая. Искра благодарно прильнула к ней и устроилась удобнее.
— Ты в порядке? — спросил Аластер, видя, с каким странным видом Агата смотрела на свой живот. Она выглядела потрясенной.
Моргнув, Агата перевела на него взгляд и открыла рот. Некоторое время она так и лежала, а потом слегка нервно рассмеялась.
— Я не уверена, — сказала она, а затем добавила: — Кажется, я беременна.
  
Эпилог
 
— Боже мой, Алиард, осторожней!
БУМ!
Агата бросилась вперед, доставая своего непоседливого сына из кучи вещей, которые посыпались на него из-за неудачного приземления.
— Ты в порядке, милый? — спросила она, разглядывая лоб маленького черного дракончика.
Тот вместо ответа фыркнул, отчего во все стороны полетели искры. Одна из древних книг, лежащая неподалеку, возмущенно взметнула страницы, а потом отрастила ноги и вальяжно убралась подальше от источника опасного пламени.
  
Дракончик еще раз фыркнул и вернул себе человеческий вид.
— У меня почти получилось, мама! — сказал он, усиленно выбираясь из материнских объятий. — Отпусти. Со мной все хорошо. Я почти научился правильно приземляться.
— Нет уж, на сегодня достаточно, — серьезно произнесла Агата, поднимаясь. Поднять сына на руки она никак не могла, поскольку ее живот уже заметно выпирал.
Да, она снова была беременна. Вторым ребенком.
— Но… — Алиард насупился, а затем посмотрел на живот матери. — Ладно, — согласился мальчик.
Он вспомнил, как сегодня утром отец, прежде чем уйти на работу, попросил его позаботиться о маме и будущей сестренке, которая была еще так мала, что вынуждена пока спать внутри маминого живота.
Алиард был уже взрослым — ему почти исполнилось пять лет! — поэтому, конечно, он вполне мог позаботиться о женщинах семьи. И раз для этого надо потерпеть с экспериментами по обороту, то он, как взрослый человек, естественно, мог это сделать.
— Спасибо, мой хороший, — поблагодарила его Агата и погладила по пухлой щеке.
Ни она, ни Аластер не ожидали, что получится зачать с первой попытки. На самом деле, они даже не думали об этом, все произошло внезапно. Но несмотря на это, никто из них не был огорчен.
Наоборот! Аластер был в таком восторге, что кричал и о своем статусе, и о положении Агаты на каждом шагу. Это выглядело слегка забавно. Первое время.
Сама Агата тоже была счастлива. Она не могла поверить, что у нее будет дитя. Как и король, Агата была уверена, что фениксы не могут рожать, но, как оказалось, это было совсем не так. Они могли. И рожали. Просто дети рождались той расы, к которой принадлежал их отец.
Да, и Алиард, и все будущие дети Агаты будут именно драконами.
Герцог, отец Аластера, был не сказать, что в восторге (он по-прежнему не любил магию, а драконы были ее частью), но свое слово сдержал. В день, когда родился Алиард, Хендесон вернул своему сыну все права наследования.
Несмотря на свалившееся на голову богатство, жить Аластер с Агатой остались в лавке. Та, словно подстраиваясь под их желания, раздалась вширь и ввысь. Теперь здесь было несколько этажей, а комнат… Агата, честно говоря, точно не знала. Казалось, их бесконечное множество, хотя они пользовались только теми, что находились ближе к главному залу и входу в хранилище.
— Дорогая, где вы? — услышала она голос вернувшегося с работы Аластера. Да, он по-прежнему работал в тайном отделе, занимаясь расследованием магических преступлений. Агата, как и в самом начале, посильно ему помогала.
Она до сих пор помнила первые истории. Особенно ей запомнилось дело о «танцующем человеке». Глупость Вьеро Крайдена стоила ему дорого.
Королю пришлось рассказать графу о том, что произошло. Его величество предложил герцогу заплатить виру за случайную смерть дочери графа и ее жениха.
Герцог заплатил, а потом забрал сына и уехал за границу. Но кара все равно настигла Вьеро — через полгода он, упав с лошади, погиб.
Крайден в гневе вернулся на родину, но мстить оказалось некому. Граф умер от болезни за несколько дней до приезда герцога.
История на этом закончилась.
— Пап, мы здесь! — крикнул Алиард, а затем сорвался с места и умчался.
Не успел он завернуть за угол, как оттуда показался Аластер. И отреагировал мгновенно, подхватив сына на руки.
— Мой богатырь! — похвалил мальчика Ньюман и с любовью посмотрел на Агату. — Все хорошо, милая?
— Все прекрасно, — заверила она, подошла ближе и легко поцеловала его в губы. Аластер попытался углубить поцелуй, но Агата шлепнула его по руке, напоминая, что Алиард все еще смотрит. — Как прошел день? — спросила она, направляясь в гостиную.
Там на столе их уже ждал горячий чай и сладости.