Другой Синдбад

Джинн расхохотался, как всегда, самодовольно.
— Что ж, хоть я и воплощение абсолютного зла, но и мне не чуждо сострадание. Поэтому я дам еще минуту обоим Синдбадам, — мы оба откликнулись, как обычно, — чтобы проститься с товарищами, прежде чем обречь вас на вечные муки.
Я сообразил, что есть нечто даже более огорчительное, чем то, что два головореза старательно пытаются спрятаться; а именно — что прошла уже целая минута с того момента, как они втроем находились в тесноте паланкина, а оттуда не донеслось ни единого вскрика или иного звука.
Мне ничего не оставалось, кроме как взглянуть в лицо неприятной правде. Может, прекрасная Фатима просто предпочитает компанию вульгарных бандитов обществу бедного, но честного носильщика?
— Я не хочу новый костюм! — объявил циклоп, приближаясь к Джафару, Малабале и Синдбаду. — Я хочу набить брюхо сырым человеческим мясом!
— Ты можешь хотеть все, что тебе угодно, — снова обратился к циклопу джинн, — но эти люди принадлежат мне.
Тут монстр повернулся и уставился на пылающую голову.
— Позволю себе не согласиться, — ответил циклоп с некоторой угрозой. — Все, кто попадает на этот остров, принадлежат моему желудку.
— Оззи! — вскричал Малабала в тщетной попытке привлечь внимание джинна. — Приготовься к последнему поединку в своей сверхъестественной жизни!
— Ага! — воскликнул голос откуда-то из группы моих товарищей, от задней стены клетки. Судя по направлению, в котором повернулись все остальные, раздался он из паланкина.
— Ладно, Синдбады, — начал Оззи. Мы оба откликнулись, к непреходящему удовольствию джинна. — Нам пора отправляться!
— Возьму на себя смелость не согласиться! — воскликнул Кинжал, выскакивая из паланкина с золотой бутылкой в руке. — Единственное, что в этом верного, — что джинну пришло время исчезнуть! — Он выразительно взмахнул бутылкой. — Так или иначе!
Оззи прищурился на бутылку, казалось сверкающую даже в этой темноте.
— Чем это ты размахиваешь? Вы, люди, такие ничтожно мелкие! — Он умолк, изумленно подняв светящиеся брови. Но когда джинн заговорил снова, его презрительный тон сменился на почтительный, даже, возможно, испуганный: — Это ведь не то, что я думаю?
— Твой наниматель вынудил нас к этому, — был ответ Кинжала. — Ты не можешь забрать Синдбадов, поскольку они предназначены для того, на кого работаем мы!
— Меня предупреждали насчет вот этого самого, — с явной покорностью ответил джинн. — Ты помнишь, как я избегал вас прежде? — Огромная голова вздохнула с такой силой, будто налетел порыв ветра перед надвигающейся бурей. — Но теперь, когда победа была так близка, я утратил осторожность. — Он раздраженно повысил голос: — О, убийства, мор, всякие бедствия — предоставьте мне эти простые радости. Насильственное похищение может оказаться таким сложным делом!
— Гони его в бутылку! — взревел в ответ Шрам.
— Вы ведь не сделаете этого на самом деле? — кротко спросил джинн.
— Ну, возможно, в этом не будет нужды, — задумчиво сказал Кинжал, продолжая держать бутылку над головой, чтобы все видели, — если ты используешь свою магию, чтобы перенести нас прямиком туда, куда мы велим.
— Перенести вас? — Оззи побледнел, сделавшись светло-зеленым. — Но что мой хозяин…
— Ты же джинн, — вкрадчиво ответил Кинжал. — Чего тебе бояться?
— Оззи! — заорал Малабала. Снова не получив ответа, он принялся усердно бормотать мистические слова и замысловато жестикулировать.
— Но мой хозяин… — пробормотал Оззи.
— Хватит с меня! — объявил циклоп. — Я намерен съесть вас всех!
Кинжал провел свободной рукой по горлышку бутылки:
— Ты не оставляешь мне иного выбора, кроме как выдернуть пробку.
— Не надо пробку! — взмолился Оззи. — Все, что угодно, только не пробку!
— Интересно, какова голова джинна на вкус? — размышлял циклоп. — Звучит довольно аппетитно.
Маг продолжал выкрикивать заклинания и размахивать руками, его движения и слова убыстрялись и становились все неистовее.
— Исполни наше желание, — потребовал Кинжал, — или — точно пробка.
 
— Но если Тот-Кого-Следует… — бессвязно залепетал джинн. — Нет! Даже я не смею произносить его имя!
— Но сначала, — сообщил циклоп, — думаю, я проглочу этого толстого надоедливого торговца!
Монстр потянулся к моему тезке, но, прежде чем он успел схватить пожилого человека, тот проявил поразительную для своего возраста и комплекции прыть, метнувшись в середину толпы.
— Бутылка! — напомнил Кинжал, вытаскивая пробку.
— Но месть Того… — все еще сопротивлялся Оззи.
— Шамаба Нуфаба! — провозглашал Малабала.
— Вы уверены, что не желаете получить совершенно новый костюм? — предлагал на бегу Синдбад.
— Стой спокойно и дай себя съесть по-человечески! — требовал циклоп.
И тут пробка поддалась. Поднялся жуткий ветер, он устремлялся к открытому горлышку бутылки, словно пространство внутри ее было гораздо больше, чем снаружи, и пустоту надо было заполнить воздухом.
Но та неведомая сила, которой подчинялась бутылка, похоже, жаждала не воздуха, потому что я заметил, что огромную голову джинна неумолимо притягивает к темной горловине.
— Нет! Нет! — вопил Оззи, влекомый по воздуху. — Помогите! Помогите!
— Перенеси нас туда, куда нам нужно попасть! — потребовал Кинжал.
Торговец Синдбад продолжал бегать, все время уворачиваясь так, чтобы Кинжал и Шрам были между ним и циклопом.
— Совсем недавно мы запустили целую линейку новых дизайнерских расцветок! — услужливо сообщал он на бегу.
— Кушать! — раздраженно отзывался циклоп. — Пора!
— Зубуба! — торжествующе вскричал маг, и на ладонях у него возник огромный шар синего света.
— Решай! — требовал Кинжал, придерживая пробку, готовую вот-вот выскочить из горлышка.
— Помогите! — завизжал Оззи. Его светящееся лицо как бы удлинилось и сделалось каким-то менее вещественным, чем прежде, как будто субстанцию, из которой оно состояло, в самом деле засасывало в бутылку у Кинжала в руке. — Помогите! Я таю!
— Последний шанс! — объявил Кинжал, удерживая бутылку и пробку в прежнем положении.
— Ладно! — согласился быстро тающий джинн. — Простите, хозяин, но я должен дать им переносящее заклинание!
Шрам снова захохотал и хлопнул своего напарника по спине:
— Наша взяла!
Но Кинжал с ужасом уставился на свою пустую теперь ладонь:
— Идиот! Из-за тебя я выронил пробку!
— Нупуба! — провозгласил Малабала, и синий светящийся шар сорвался с его ладоней и взмыл в воздух.
Кинжал упал на четвереньки, выискивая на земле ту штуку, которая могла бы остановить ужасающий ветер. Огромную голову Оззи тоже притянуло к земле, поскольку сверхъестественный ветер еще более усилился. Синий шар прыгнул вперед, едва не задев мечущегося торговца, и понесся к джинну.
И тут свет столкнулся с ветром.
Последовала ослепительная вспышка, заставившая меня упасть на колени и закрыть глаза обеими руками. Потом наступила тишина.
Через мгновение я опустил руки. Исчез не только ветер, но и синий свет тоже.
— Я едва-едва снова не угодил в бутылку, — прогромыхал за моей спиной могучий голос Оззи.
Оглядев поляну, я увидел, что деревянные прутья нашей клетки разметало по сторонам, поскольку подпиленные канаты не смогли противостоять сверхъестественным силам, пронесшимся над поляной. Остальные сидели и лежали на земле; Джафар, Кинжал и Шрам сгрудились возле паланкина, который повалился набок, но, казалось, никто не пострадал. Даже циклопа сбило с ног. А Малабала, похоже, и вовсе лишился чувств, неподвижность его распростертого тела нарушало лишь медленное и слабое дыхание.
— Но я все еще тут, — продолжал Оззи. — Прошу прощения, но я отменю свое переносящее заклинание. Мне надо забрать парочку Синдбадов.
— Этот джинн по-прежнему снаружи! — с отчаянием бросил Шрам.
— Не без твоей помощи! — обвинил Кинжал. Шрам бросил на него злой взгляд. — Погоди-ка! — Кинжал уставился на бутылку, стоящую на земле рядом с ним. Бутылка дергалась и подпрыгивала. — Хоть джинн и избежал нашей западни, бутылка, похоже, поймала кого-то другого!