Солги обо мне (СИ)
— … тело? - заканчиваю за нее.
— Блюдо, - поправляет сестра. Размешивает сахар очень аккуратно, чтобы не бряцать ложечкой о края чашки. - Я не хочу, чтобы ты отдала свое сердце человеку, который не в состоянии это оценить.
— Только потому, что он красавчик, он априори мудак?
Сестра - учительница младших классов по образованию, морщит нос.
— Слушай, я знаю, что делаю. И если я достаточно взрослая, чтобы работать и снимать жилье, то и для всего остального - тоже.
У нас случается короткая дуэль взглядами.
На этот раз победа за мной и сестра вскидывает руки в сдающемся жесте.
— Ладно, хочешь разбить лоб - вперед. Только хоть не на первом свидании, не в клубе и не забывай предохраняться!
— Фу! - фыркаю я, чувствуя себя мышью, которой дунули в нос. - Так вот, значит, какого ты обо мне мнения!
— Исключительно хорошего, именно поэтому боюсь, что твоя наивность пересилит голос разума!
Мы устраиваем шуточный бой на старых алюминиевых чайных ложках (я такие видела еще у прабабушки!), и только сигнал входящего звонка моего телефона помогает сестре буквально вырвать победу из моих рук.
Я хватаю телефон.
Смотрю на экран и моргаю, чтобы убедиться, что у меня не случился приступ сна наяву.
Там написано - «Меркурий».
Точно, именно так. И на часах еще даже нет четырех.
— Алло, - говорю очень тихо, прикладывая трубку к уху.
— Привет, планетка с веснушками. Не отвлек ни от чего важного?
Боженька, ты бессердечен, если создал мужчину, чей голос абсолютно идеален даже в динамике телефона.
Я жмурюсь, как губка впитываю этот бархатный тембр без единого намека на волнение. Правильно, оч ем ему беспокоится? Как бы не бесила меня Алёна, она все равно права - на таких мужиков женщины сами вешаются, сами предлагают и сами дают. Сомневаюсь, что он так уж часто слышал «нет» в свой адрес.
— Только от чая с печеньем, - говорю первое, что приходит на ум, и тут же мысленно шлепаю себя по лбу. Отлично, большую чушь просто и придумать было нельзя!
— Ты не похожа на девочку, которая злоупотребляет печеньем во второй половине дня, - посмеивается Меркурий.
— Эммм… - У меня ступор.
— Худышка, - поясняет свой вывод.
Если я и дальше продолжу так безбожно тупить над каждой его репликой, то наше общение точно будет очень коротким.
— У меня серьезные физические нагрузки. - И снова закрываю глаза, радуясь лишь тому, что прямо сейчас он не может видеть мое покрытое пятнами лицо. - То есть, я хотела сказать, что занимаюсь танцами.
— Танцы… - Его голос снова опускается на полтона, звучит как-то так… будто это простое слово вдруг стало жутко неприличным. - Тверк? Гоу-гоу?
— Балет, - отвечаю максимально быстро. Только так смогу удержаться от того, чтобы не выдать все, что думаю о названых им жанрах. Лично я не считаю ни тот, ни другой, танцами, но во мне говорит снобизм профессиональной балерины, так что…
— Ничего себе. - Он как будто прищелкивает языком.
— Я пока не выступаю на серьезной сцене, - быстро очерчиваю круг своих, пока что, очень скромных достижений. - Но когда-нибудь обязательно буду.
— Не сомневаюсь - ты похожа на сильную и смелую девочку.
Уже дважды он назвал меня так - девочка.
Меня это не задевает, уже привыкла, что худоба, болезненная бледность и веснушки играют против меня, и мало кто вот так сходу дает мне больше восемнадцати. Но все же, почему-то конкретно в этом случае, меня это царапает.
— Я девяносто седьмого года рождения. - Было бы проще сразу назвать свой возраст, но мне же, блин, вечно нужно все усложнять. Это моя дурная привычка.
— А я - восемьдесят седьмого, - говорит он.
— Десять лет, - озвучиваю нашу разницу в возрасте.
— Смущает, ммм? - тянет Меркурий, и от вибрации этого звука мурашки на моей коже устраивают настоящую вакханалию.
— Нет, совсем не смущает, - храбрюсь изо всех сил.
На самом деле - еще как смущает! И уже хочется отмотать время назад и «приписать» себе еще пару лет, хотя бы до двадцати пяти. Говорят, мужчины за тридцать предпочитают не иметь дел с «малолетками», потому что с ними много проблем и возни. Но единственная моя проблема как раз в том, что у меня никогда не былонастольковзрослого мужчины. Я пару раз встречалась с парнями, но один был на два года старше, а второй - моим партнером по балету, одногодкой и вообще, как потом оказалось, так и не определившимся на тему сексуальной ориентации. В общем, если суммировать весь мой романтический опыт, то лучше всего его можно описать словом «не густо». Хотя я предпочитаю говорить «катастрофа». Но я никогда особо не заморачивалась на эту тему.
До сегодняшнего дня.
— Тогда приезжай, - предлагает Меркурий. - Я вызову тебе такси, говори адрес.
Естественно, я сначала говорю, и только потом соображаю что к чему.
— Не уверена, что это… очень правильно, - бормочу почти что шепотом.
— Это очень, очень не правильно, но я обещаю вернуть тебя к одиннадцати и дать твоему строгому папе врезать мне по роже, если вдруг он посчитает ее недостаточно благонадежной.
— Я живу сама.
— Не рановато ли? - Он даже не скрывает легкую иронию.
Меня это задевает. Немножко, но именно ту часть моей уязвленной гордости, которая и так всю жизнь страдает от попыток старших ее контролировать, за нее решать и держать под присмотром, якобы исключительно из благих побуждений.
— Ты уже вызвал такси? - нарочно игнорирую его насмешку.
— Вызвал, - теперь уже откровенно хохочет он. - Белый «мерин», будет у тебя через шесть минут. Надеюсь, ты достаточно взрослая, чтобы собраться за шесть минут, Венера?
— Мне хватит пяти, Меркурий! - пафосно отвечаю я.
И понимаю, что еще никогда в жизни не была так близка к провалу.
Да кто вообще в здравом уме и крепкой памяти за пять минут соберется на свидание с Мужчиной мечты?! Надеюсь, в Книге рекордов Гиннеса есть раздел для таких рекордов.
Глава третья: Венера
Глава третья: Венера
«Эта машина за мной?» - мысленно спрашиваю сама себя, когда выхожу из подъезда и натыкаюсь взглядом на белый «мерин». Идеально чистый, как будто только что из мойки, хотя на улице грязь - прямо как по заказу.
Водитель выходит, вежливо распахивает дверцу.
Я все еще топчусь на крыльце, кутаясь в полы длинного пальто, которое не то, чтобы сильно защищает от ветра. В пуховике было бы теплее, да и он точно не промокнет ни под каким дождем, и грязь с него счищается в считанные минуты, но пуховик этот куплен в стоке, и только мне верой и правдой служит уже года три, а сколько служил до того - тайна за семью печатями. То есть, отличная вещь на каждый день, в которой можно смело штурмовать любую непогоду, но на свидание - точно нет.
— Венера? - уточняет водитель, видимо сбитый с толку моей нерешительностью.
Я киваю, спускаюсь и быстро прячусь в салоне шикарного автомобиля.
— Может, сменить музыку? - тут же интересуется водитель. - Не холодно?
— Все хорошо, не беспокойтесь! - быстро отвечаю я и зачем-то машу руками.
Нет, я не дикая и в курсе о существовании разных сервисов такс - от «бюджетно» до «бизнес-класс», просто в повседневной жизни на такси езжу только если по-другому совсем никак, и уж точно по самому дешевому тарифу.
Автомобиль еще не успевает отъехать от дома, а мой телефон уже пиликает целой очередью входящих сообщений - Алёна волнуется и требует (уже в который раз), чтобы я писала ей каждых полчаса иначе она поднимет на уши всю полицию города.
Я присылаю ей просто смайлик - договорились, что такой будет условный сигнал, что все в порядке и с моим тщедушным болезненным телом никто никаких безобразий не творит.
Пока машина уверенно вливает в поток транспорта на главной улице столицы, я потихоньку достаю из сумки ручное зеркальце и проверю макияж. Ну вернее то, что должно было быть макияжем, но состоит из прозрачного блеска для губ и двух мазков светло-розовых румян. Справедливости ради - я не очень дружу с косметикой, хотя делала пару дерзких попыток овладеть этим сложным искусством. С моей бледной кожей, бесцветными ресницами и такими же бровями (которых почти не видно на лице), косметику стоило бы использовать на всю катушку. Но я, если говорить совсем откровенно, тот еще рукожоп. Как любит говорить мама: «Если боженька дал талантливые ноги, значит, талантливые руки перепали кому-то другому».