Заклинатель снега

Черт возьми, как они тут учатся?
Кто-то останавливался, чтобы на меня поглазеть. Любопытные взгляды скользили по моей одежде и кепке, надетой задом наперед, им будто казалось странным то, что я ношу, или то, как я это ношу.
Я избегала встречаться с кем-нибудь глазами и упрямо двигалась сквозь толпу прямиком в секретариат, где получила ключик от шкафчика. Я с трудом нашла его в толкотне и, когда открыла дверцу и спрятала за ней лицо, в очередной раз пожалела, что нахожусь не в лесу. Тяжело вздохнув, я сняла кепку.
В ту же секунду меня накрыла тень, за спиной дрогнул воздух.
– Смотри не попадайся мне под ноги.
Я обернулась вовремя, чтобы увидеть Мейсона, который проходил мимо. Кровь вскипела у меня даже в кончиках пальцев.
Ну конечно, ведь после того, как он бросил меня посреди улицы, по-прежнему существовала опасность, что я буду маячить перед его величеством Хамом Первым.
– Иди ты к черту! – прошипела я злобно, хлопнув дверцей шкафчика.
Мейсон остановился, но я не видела выражения его лица, потому что уже пошла в противоположную сторону.
Никогда не подумала бы, что моя первая фраза, обращенная к сыну Джона, будет звучать как предложение отправиться в ад.
В классе я села подальше от доски, возле окна.
Учительница представила меня, попросив встать и высматривая что-то в своем журнале.
– Доусон-Сити не близкий край, да? – заметила она, объявив всем, что я приехала из Канады. – Ну что ж, добро пожаловать к нам, мисс Нолтон… – Она споткнулась на следующем слове, и я почувствовала, как у меня от напряжения немеет шея. – Нолтон А…
– Айви, – опередила я, – можно просто Айви.
Учительница поправила очки и улыбнулась.
– Хорошо, Айви! – Сложив руки, она попросила меня сесть. – Мы рады, что теперь ты учишься у нас. Если тебя интересуют курсы или кружки, подойди ко мне, с радостью поделюсь информацией.
Когда начался урок, все мало-помалу перестали на меня пялиться. Только парень, сосед по парте, никак не мог оторваться от значка в виде медвежьей лапы на моем рюкзаке.
До конца уроков я не видела Мейсона. А когда заметила его в конце коридора, окруженного толпой девчонок и парней, то отчетливо поняла, что у меня с этим человеком не может быть ничего общего. И эта мысль мне понравилась.
– Эй! – послышался мужской голос. – Красивый у тебя значок.
Я выглянула из-за дверцы шкафчика и увидела знакомое лицо.
– Ты Айви, верно? – Парень мне улыбнулся. – Я Трэвис. Мы познакомились в доме Мейсона, помнишь?
Вряд ли я могла забыть, как опозорилась…
Я кивнула и, не зная, что еще сделать, отвернулась. Наверное, он понял, что я не болтушка, поэтому сделал следующую попытку:
– Тебя трудно не заметить в нашей толпе.
Молодец, еще раз подчеркнул, что у меня не калифорнийский вид.
– Я увидел тебя со спины и сразу понял, что это ты.
– Понятно. Даже не знаю, хорошо это или плохо, – пробормотала я.
– Мейсон такой идиот, – продолжил Трэвис, и в этом мнении мы с ним сходились. – Он мне не сказал, что ты к ним переехала. Я не знал, что у него есть кузина, да еще из…
– Подожди, – перебила его я. – Что?
– Знаю, звучит странно, ведь мы с ним друзья, это каждый подтвердит. Ну ничего, зато мы теперь знакомы.
– Погоди секундочку, – процедила я сквозь зубы. – Чья я кузина?
Трэвис растерянно посмотрел на меня, потом покосился на Мейсона в конце коридора.
– Ой…
Казалось, он сообразил, в чем дело.
– Я понял… Слушай, ты не должна смущаться. Просто Мейсон суперпопулярный чувак, и…
Я со всей силы хлопнула дверцей шкафчика. От неожиданности Трэвис часто заморгал, а я даже не успела извиниться перед ним, потому что уже быстрым шагом шла к парню, который нагло вторгся на мою личную территорию.
 
Глава 3
 
Компромисс
 
«Думаю, Мейсон тебе бы очень понравился, – как-то сказал Джон, с улыбкой глядя на мои испачканные руки и коленки. – Он тоже любит играть в грязи. Маленькая катастрофа, прямо как ты. Вы точно подружились бы».
  
«Как дьявол и святая вода», – подумала я, пока гигантскими шагами догоняла Мейсона. Несмотря на то что я летела за ним со скоростью коршуна, он удосужился заметить меня, только когда я подошла к нему вплотную.
– Мне хотелось бы знать, – процедила я сквозь зубы, – по какой причине ты всем рассказываешь, что я твоя двоюродная сестра.
На лице Мейсона не дрогнул ни один мускул, дверца его шкафчика закрылась почти бесшумно. Он запрокинул голову, верхняя губа презрительно изогнулась.
– Я тут ни при чем.
Его голос – укол булавкой в ухо, хотя у Мейсона был красивый тембр – теплый, мягкий и глубокий, как у взрослого мужчины. У меня по телу от него побежали мурашки, и это почему-то ужасно меня раздражало.
Он собрался снова открыть дверцу, как будто игнорируя меня, но я прижала створку рукой.
– А вот и нет. – Я смотрела на Мейсона снизу вверх с вызовом, и он сжал челюсти.
– Думаешь, я хочу иметь к тебе какое-то отношение? – Еще один укол в сопровождении стрел, которые летели из его глаз в мои.
Мейсон шагнул в сторону, на сей раз с силой толкнув дверцу, и пошел прочь.
Он оставил меня в опустевшем коридоре. И в этот момент я поняла, что мне порядком надоело который раз видеть, как он уходит, сказав напоследок что-нибудь едкое.
Когда я пришла домой, то обнаружила его машину в глубине аллеи.
Как только я вошла, Джон удивленно спросил, почему мы не вернулись вместе.
– Айви не захотела, – быстро ответил Мейсон где-то за моей спиной, впервые за все время произнеся мое имя, – сказала, что предпочитает ходить пешком.
Я бросила на него раскаленный взгляд, чтобы он не болтал глупостей. Вот бы двинуть ему хорошенько… Однако сейчас кое-что другое имело для меня гораздо большее значение. Повернувшись к Джону, я строго спросила:
– Почему ты всем говоришь, что я твоя племянница?
В гостиной повисла тишина. Джон выглядел удивленным, потом на его лице появилось виноватое выражение, и я поняла, что это именно он тогда сказал Трэвису, кем я ему прихожусь.
Удивительно, но Мейсон повернулся и ушел. Я была уверена, что он останется послушать.
– Я сам собирался тебе сказать.
Несомненно, меня интересовала причина. Джон знал, как я дорожу своей идентичностью и тем, кто я и откуда. Но, несмотря на это, он меня обманул.
– Понимаю, ты, наверное, со мной не согласишься. Точнее, я уверен, что не согласишься… Но я решил, что так будет безопаснее.
– Безопаснее для кого?
– Для тебя.
Джон посмотрел мне в глаза, и я догадалась, о чем он думает.
– Люди будут задавать меньше вопросов, зная, что ты моя племянница. Они не станут спрашивать, что ты здесь делаешь, и не будут распускать о тебе слухи. – Джон нервным движением потеребил кадык. – Прости, что не посоветовался с тобой. Стоило сразу же это с тобой обсудить, как только ты приехала.
– Ты не должен так меня представлять, – возразила я ему, – ты же прекрасно знаешь, меня не волнует, что обо мне думают или говорят.
– Знаю, Айви, но здесь не Канада. – Голос Джона зазвучал увереннее, словно обсуждение этой темы придало ему решимости. – Ты здесь не в своем бревенчатом доме. До центра города отсюда не десятки километров. Новость о твоем отце уже облетела континент, и почти сразу сюда приезжаешь ты – именно из Канады, именно из Доусона, и ко всему прочему фамилия у тебя Нолтон.
– Джон…
– Твой папа просил меня защищать тебя, – возбужденно перебил он, игнорируя мой оклик. – Он был моим лучшим другом и просил не оставлять тебя одну. И я ему пообещал, Айви. Если так ты будешь в большей безопасности, тогда…
– Джон! – чуть ли не крикнула я, сжимая кулаки. – У меня его нет!
Мои слова прогремели в тишине гостиной.
Руки чуть задрожали, хотя я изо всех сил старалась сохранять спокойствие. Я вспомнила больничную палату, мужчин в пиджаках и галстуках, которым я говорила то же самое, писк аппаратуры, который только что оборвался… Я смотрела и не видела их. Мой крик боли повис занавесом между мной и миром.