Бесстыжая для нахала (СИ)

— Я отвезу.
— Ты пил. — Останавливаю его. — Не надо. И из такси я никуда не денусь.
Парень несколько минут медлит и я успеваю полностью одеться. Потом он оттаивает и набирает комбинацию цифр.
— Что ж, до завтра? — Слабая улыбка появляется на моих губах скорее из вежливости, чтобы не обидеть парня. — Во сколько ты заедешь?
— В шесть. — Себастиан привлекает мое тело к себе и целует в макушку. — Я говорил тебе, что ты великолепна?
— Не помню.
— Что ж, тогда будет не лишним повториться, — с этими словами он обхватывает мое лицо ладонями и оставляет на губах легкий поцелуй. — Ты украла мое сердце, Майя.
Хочу ответить ему, что я верну его в целости и сохранности, но отделываюсь каким-то неопределенным кивком. Не хочу его обижать сильнее, чем уже есть.
На улице меня уже дожидается машина. Спешу быстрее оказаться в теплом салоне и зажмуриваюсь, как же холодно етить-колотить!
— Куда вам девушка? — таксист устало смотрит в зеркало заднего вида и нетерпеливо постукивает по рулю. — Девушка, какой адрес?
Называю координаты и погружаюсь в молчание. И чтобы хоть как-то скрасить поездку, решаю послушать музыку. Но вот незадача, наушники никак не хотят найтись в этом бауле. Женская сумочка, чтоб ее! По закону подлости они должны найтись где-то на самом дне, до которого надо еще докопаться. И возможно я бы плюнула на это гиблое дело, если бы водитель не включил шансон. А слушать заунывные блатные песни вообще не было желания. Поэтому ныряю внутрь и активно шарю рукой. Так… еще чуть-чуть… стоп… зараза. Они за что-то зацепились и приходится хорошенько дернуть их на себя.
— Есть! — Выдаю победоносный клич, когда спутанный комок показывается на свет. — Так, а это что такое?
Среди проводов что-то мелькает и я понимаю, что это остатки от брелка. Кольцо на котором нет ключа, зато есть подвеска в виде лапы. Прищуриваюсь и вижу гравировку с адресом. А вот это что-то новенькое.
— Простите, я хотела бы изменить маршрут.
— Что?
— Я говорю, что передумала. Разворачивайте.
Двадцать минут под бурчание недовольного таксиста и вот я уже стою перед огромным домом. Сколько тут? Этажей двадцать? И что я тут забыла? С ухающим сердцем захожу в подъезд и сразу же натыкаюсь на пустующую стойку, где должен быть консьерж. Где-то с боку, где виднеется небольшая дверь, слышатся звуки воды. Возможно, я поступаю глупо, когда проскакиваю мимо и взмываю вверх по лестнице. Может быть, стоило дождаться и расспросить человека о своей находке. Однако страх быть непонятой взял верх и вот, я уже на девятом этаже, а номера квартиры с брелка я так и не вижу. Легкие горят, язык на плече и сумка по своей тяжести напоминает мне мешок с цементом.
— Кто бы сомневался, что все будет так легко, — цокаю языком, когда оказываюсь на восемнадцатом этаже и передо мной маячат нужные цифры. — И что дальше, Майя? Что делать будем?
Готова поспорить, что разговор с собой выглядит не так странно как то, что я в половину третьего ночи оказалась хрен знает где. Подумаешь брелок, может я его вообще на улице нашла и забыла выбросить? Ну добралась я сюда, а дальше то что? Стою перед металлической дверью и гипнотизирую ее, словно удав кролика.
— Зря сюда приехала, — шепчу в пустоту и разворачиваюсь обратно. — Здесь ничего нет.
Лифт медленно опускается вниз и я морально готовлюсь к объяснениям. Однако стоило его дверям раскрыться, как я натыкаюсь на удивленный взгляд пожилой женщины. Она кутается в пуховой платок и привстает с места.
— Доченька, ты как здесь оказалась в такой час? Ничего не случилось?
— Случилось, — вырывается у меня, — нашла вот эту вещь и думала вернуть хозяину. Да вот незадача, время позднее. Передадите? А то вдруг ее ищут.
Старушка смотрит на меня как на больную. И я ее не осуждаю, чувствовала я себя так же. Надеюсь, не погонит меня метлой отсюда.
— Так куда ж мне его передать? — Она хлопает руками. — Квартира то за тобой числилась, пока ты не съехала.
— Я здесь жила? — Ноги прирастают к полу. — Долго?
— Долго. — Подтверждает она. — Батюшки, Майя, да что же с тобой произошло-то?
 
Знаете, ведь бывают такие люди, которые располагают к себе. Вот и баба Нюра стала для меня какой-то отдушиной. Мне хотелось рассказать ей абсолютно все. Что в принципе я и сделала. И с каждым моим словом, она все больше охала и подносила морщинистую ладонь к лицу.
— Ну и дела, — качает она головой, когда я заканчиваю свою эпопею. — То-то я удивилась твоему быстрому исчезновению и тому, что твоя мать тут командиршей заделалась. И главное, ни слова не сказала об аварии. А мы тут с Дамиром извелись оба.
— С кем? — Меня как будто шандарахнуло током при упоминании этого имени.
— Так с соседом твоим. С которым ты жила.
— У меня был сожитель?
— Кхе-кхе, — баба Нюра усмехнулась, — ну не знаю, как у вас, у молодых это правильно зовется. Он тебе соседом приходился, потому что жил в соседней квартире. Однако насколько я поняла, то вы крутили шуры-муры. Красивой были парой. Да не срывайся ты лапушка, нет его здесь больше. Твоя ж мать квартиру освободила, а он ее арендовал. Все ждал, что ты вернешься. Когда мы поняли, что вестей от тебя не будет, то и Дамир съехал. И не в обиду будет сказано, но мать твоя та еще зараза. Представляешь, если бы не Дамир, то был твой пес сейчас на холоде где-нибудь на мусорнике. А так с собой забрал.
— Спасибо, — слезы душат так, что голос стал хриплым, — за все.
— Да за что ты меня благодаришь. — Она махнула рукой. — Вот если б я тебе помогла, было бы другое дело. А так, только рану разбередила. Может, чаю хочешь? Побледнела вся вон, как лист бумаги стала.
— Нет- нет, все в порядке. Пойду я, пожалуй. — Слабо улыбаюсь в ответ. — Может, еще зайду как-нибудь.
— Хорошо, деточка, хорошо. Не пропадай да и духом не падай. — Баба Нюра как-то странно не отрывала от меня взгляда. — И запомни, что если оно твое — оно к тебе же и вернется.
Состояние после такого разговора… как у реанимированного оленя, попавшего под колеса. Мои подозрения и догадки лишь укрепились. Святая парочка в лице матери и Себастиана играла в очень не честную игру. И пора их выводить на чистую воду.
  
Глава 21
 
Заснуть после такого рандеву было сложно. Можно даже сказать, что я не спала, а дремала. И, конечно же, даже с закрытыми глазами прекрасно поняла, что в комнате нахожусь уже не одна.
— Может, хватит уже сновать туда- сюда? — Раздраженно бросаю из-под своего теплого укрытия.
Кажется, она только этого и ждала. Потому что вопросы на мою бедную голову посыпались, словно из рога изобилия.
— Так, я не поняла. — Мать оказалась на краю постели и стянула с меня край одеяла. — Почему ты дома?
— А где мне быть?
— Как где? У Себастиана конечно! Или вы поссорились? Хотя с твоим скверным характером это вполне все объясняет. — Кудахчет она.
— Классно. — Скрипя зубами, поднимаюсь с постели. — Мне кажется или моя мать вместо того чтобы поддержать дочь почему-то переживает за совершенно незнакомого ей человека?
— Не говори глупостей! — Мать перестает мельтешить перед глазами и останавливается прямо передо мной. — Себастиан — золотой человек. И далеко уже не незнакомец для нашей семьи. Ваше будущее уже предопределено и не смей вертеть носом.
На последнем слове прищуриваюсь и бросаю внимательный взгляд на маму.
— У меня такое подозрение, что будь ты на пару десятков лет моложе, то уже бы висела на шее у Себастиана.
— Майя!
— Что? А то я не заметила, как ты краснеешь рядом с ним. Как начинаешь себя вести.
— Снова ты говоришь какую-то ерунду. Да, не скрою, он мне очень симпатичен. Но я не имею никаких странных мыслей, которые тебе пришли на ум. Я просто хочу для тебя хорошей жизни. Выйдешь за него замуж, заберет он тебя с собой в Швецию. У вас же будет не жизнь, а сказка.
— Ага, прям мечта. — Не удерживаюсь от сарказма.