Доминика из Долины оборотней (СИ)

На робкое возмущение одного из ребят, один из парней обернулся, взял того, кто возмущался, за шиворот, приподнял над полом, слегка потряс и выпустил со словами:
– А ну марш в конец очереди.
Мальчонка покорно поплёлся, куда велели, но был остановлен вытянутой поперёк его дороги рукой Эрика.
– Постой-ка, малыш.
Пацан совсем растерялся, испуганно переводя взгляд с нависшего над ним гиганта на спину хулигана, который уже и думать о нём забыл. Решив, что злить такого верзилу – себе дороже, он послушно застыл на месте.
А Эрик, сделав пару шагов вперёд, схватил парня за шиворот, приподнял его и потряс, в точности скопировав его действия. Крепкий старшеклассник болтался в его руке так же, как у него самого только что – хрупкий пацанёнок.
– А ну, марш в конец очереди! – даже интонация у Эрика была та же, равно как и слова.
Грозный лишь со слабыми, хулиган тут же стушевался и покорно побрёл в конец очереди, обойдя по дуге застывшего у него на пути мальчишку.
– Нужно особое приглашение? – очень вежливо, с ласковой улыбкой, не затронувшей глаза, поинтересовался Эрик у двоих его приятелей. Те замотали головами и тоже ушли в конец очереди.
– Иди-ка на своё место, малыш, – на этот раз улыбка Эрика была искренней.
Мальчишка тут же шмыгнул на своё прежнее место, а Эрик вновь встал позади меня. А я потихоньку приходила в себя от восхищения. Сильными мужчинами меня было не удивить. Но не среди людей.
Тут над моей головой раздалось расстроенное:
– О, чёрт...
Обернувшись, я увидела, что Эрик обводит глазами столовую. И поняла, что именно его расстроило. В столовой стояла такая тишина, что было слышно, как на кухне повар гремит кастрюлями. И все, абсолютно все, смотрели на Эрика.
Тут как раз подошла наша очередь, и мы стали накладывать еду на подносы. Народ в столовой потихоньку отмирал и начал шушукаться. И я знала, кто сейчас был предметом разговоров.
– Эрик, идите к нам! – раздался крик. Из-за одного из столиков нам махал рукой Гарри. – Идите, тут как раз два свободных места.
Надо же, на этот раз меня тоже зовут. Не напрямую, но... За столом, кроме Гарри, сидело ещё трое парней и две девушки – Милли, явно не особо радующаяся возможности сидеть рядом со мной, и незнакомая мне шатенка. Восторга соседство с Милли мне тоже не доставляло, но остальные были настроены вроде бы вполне дружелюбно.
– Присядем? – Кажется, Эрик был бы рад поскорее сесть, чтобы хоть частично избежать пристального внимания – из-за роста его сейчас было прекрасно видно из любого конца столовой.
Я кивнула, и мы присели за столик. Сидящие за ним парни представились, как Оуэн, Дональд и Тед, а шатенку звали Синтия, и она оказалась девушкой Оуэна. Понимая, что меня пригласили только из-за Эрика, я постаралась слиться с пейзажем и занялась своей пиццей.
– Как ты его! – восхищённо произнёс Гарри. – Просто взял и поднял! Как котёнка!
– Ты та-акой сильный, – протянула Милли.
– Я качаюсь, – скромно пожал плечами Эрик. – Железо тягаю.
– Круто! – под одобрительное гудение остальных парней сказал Оуэн. – Думаю, ты должен записаться в нашу школьную команду по регби. Нам сильные парни во как нужны!
И он провёл по шее ребром ладони.
– Извини, – покачал головой Эрик. – Мне нельзя.
– Нельзя? Но почему? – раздался недоумевающий хор голосов, к которому я тоже мысленно присоединилась.
– Полтора года назад я в аварию попал, – пояснил Эрик. – Черепно-мозговая травма. Тяжёлая. Я даже год в школе пропустил.
– Ты поэтому такой здоровенный? – понимающе закивал Тед.
– В общем, да, – кивнул Эрик, но мне показалось, что в уголках его глаз промелькнула ироническая усмешка. Возможно, действительно, показалось, потому что продолжил он вполне серьёзно. – Мне почти восемнадцать.
– Но ты же выздоровел? – жалостливо уточнила Синтия.
– В принципе, да. Просто у меня пока некоторая проблема с быстротой реакции. Врачи говорят – это постепенно пройдёт, просто нужно время. А пока мне даже машину водить не разрешают. Ну и всякие игры тоже не для меня – я просто-напросто мяч не могу поймать, какой с меня игрок? Вот и качаюсь – нужно же куда-то энергию девать. Там-то быстрая реакция совершенно ни к чему.
 
Теперь мне стало понятно, почему он приехал в школу не сам. Жаль, конечно, но, надеюсь, со временем у него всё наладится.
Я продолжала молча есть, краем уха слушая разговор мальчишек о спорте. На меня никто не обращал внимание. Ну и славно. Эрик лишь один раз обратился ко мне – попросил передать ему соль. В тот момент, когда я передавала ему солонку, наши пальцы вновь мимолётно соприкоснулись.
Эрик пристально посмотрел на меня, открыл было рот, но тут же повернулся к Гарри и задал очередной вопрос о команде.
Неужели заметил? Ну, в любом случае – подходящий ответ у меня готов, так что если он и захочет о чём-то у меня спросить – врасплох не застанет. Хорошо хоть, что не стал спрашивать при всех.
Но стоило мне доесть свой обед, как Эрик встал и сказал остальным, что нам нужно идти, чтобы успеть найти кабинет, где будет проходить наш следующий урок. При этом не озвучил, какой именно урок у нас будет, видимо, не хотел, чтобы кто-то пошёл нас провожать.
Взяв под руку, он решительно повлёк меня прочь из столовой, а потом – на улицу, где завёл за угол здания. Я покорно топала за ним, понимая, что разговора не избежать. Оглядевшись, чтобы убедиться в отсутствии поблизости посторонних ушей, Эрик вдруг взял мою ладонь обеими руками. Я машинально попыталась вырваться, но он держал крепко, хотя боли не причинял.
– Может, расскажешь, почему твоя кожа такая холодная? – спросил он, внимательно глядя на меня. – Кто ты, Ники?
  
Глава 2
 
Бурундук и печенюшки
 
– Что значит – «кто я»? – воскликнула я, глядя на Эрика в меру удивлёнными глазами. – Я обычная девочка.
– Ты слишком холодная для «обычной».
– Я просто больна, вот и всё!
– Да ладно! «Это я болею, а вообще-то я белая и пушистая», так? – процитировал он знаменитую фразу лягушки из анекдота.
– У меня – железодефицитная анемия, ясно?
– Что, правда? – опешил парень. – Ты не выглядишь больной.
– Не веришь – можешь посмотреть мою медицинскую карту, – в раздражении, лишь наполовину притворном, проворчала я.
Пусть попробует! Врачебную тайну ещё пока никто не отменял. А если даже и сумеет как-то добраться до моей карты – на здоровье, пусть любуется. Дядя Джеффри там мне таких диагнозов наизобретал – комар носа не подточит. А рядовые школьные врачи вряд ли начнут проверять, существует ли в принципе эта «невероятно редкая болезнь». Оно им надо?
Единственная проблема – это если Эрик решит погуглить мой диагноз. Тогда-то он и поймёт, что кроме холодной кожи у меня должен бы присутствовать ещё целый букет весьма неприятных и вполне заметных симптомов, которых у меня на самом деле нет и быть не может. Так что лучше его запутать ещё сильнее.
– Ну... Так... Наверное, таблетки какие-то есть? С железом? – растерянно забормотал он.
– Да пью я таблетки! И уколы, и... А, неважно, – я, якобы в расстройстве махнула рукой. – У меня не совсем обычное заболевание, понимаешь. Я же не то чтобы получаю мало железа, я его получаю даже очень много. Оно у меня просто не усваивается. Ну, почти.
Уж и не знаю, бывает ли такое на самом деле, или и это дядя Джеффри тоже придумал, но звучало вполне убедительно. По крайней мере, Эрик смотрел на меня уже с жалостью, а это гораздо лучше, чем с подозрением.
– Извини, – пробормотал он, отводя глаза. – Просто я подумал...
– Что я кто? Кикимора болотная? Русалка? Инопланетянка? Или, может, гаргулья? – я уже со смехом, возможно, слегка нервным, перечисляла разные фантастические варианты. Я думала, что сейчас Эрик рассмеётся вместе со мной, но он, вроде бы уже начав улыбаться, вдруг ощутимо вздрогнул и впился в меня пронизывающим взглядом. Но, поняв, что я всего лишь шучу, заметно расслабился.