Старший брат моего парня (СИ)

Судьба сжалилась надо мной, и мужчина ушел, не заподозрив моего близкого присутствия. Пронесло. Пронесло — о–о.
Села на пол, прижавшись спиной к стене и закрыла лицо руками.
Зачем, зачем, зачем я сюда поехала? Чувствовала ведь, что ничего хорошего из этой затеи не выйдет. Как теперь быть? Как смотреть в глаза Марка?
Лишь бы Логан не догадался!
В голове царил сумбур, желудок скрутило узлом, накатила тошнота. Я открыла крышку бутылки, которую до сих пор судорожно сжимала. И вылакала половину чуть не одним глотком.
Нужно собраться. Выдохнуть. Вернуться в спальню, ни с кем не столкнувшись. Мне нельзя так долго отсутствовать. Марк наверняка уже вышел из душа.
Но только я собралась выйти из укрытия, как со стороны холла, на переходе в другое крыло здания, хлопнула дверь. Кто — то спешил в эту сторону.
Осторожно выглянула из — за дивана, но из — за царившего в доме сумрака разглядела лишь изящную женскую фигурку в чем — то ультра коротком типа комбинации. Она двигалась торопливо и немного нервно. Длинные волосы вились локонами. Похожими на мои.
Девушка воровато оглянулась и скрылась в кухне. Предполагаю, это и есть та мисс, за которую меня принял Логан. Скорее всего какая — то служанка или раньше срока приехавшая гостья из компании друзей, которую по какой — то причине хозяин плохо знает. Иначе откуда такая забывчивость на имена. Ужасное стечение обстоятельств!
Мы оба ошиблись с партнерами. Только я с моей удачливостью могла в такое вляпаться.
Ох. А если старший Бекендорф найдет свою несостоявшуюся пассию завтра и начнет её расспрашивать, интересоваться, что произошло?
«Мисс Динамщица, вы меня помните? Почему вы ночью сбежали с такого чудесного места? Я про свое мужское достоинство».
«Сэр Обломщик, ничего не помню! Вы сами не явились на свидание и бессердечно лишили меня экскурсии по памятным местам!»
«Хм. И кого же я тогда…».
Зубы опять начали стучать, пришлось с силой сжать челюсть.
Пока неизвестная девица на кухне, нужно срочно бежать к себе. Вернуться к Марку и найти силы притвориться, словно ничего не произошло.
Еще час назад я думала — в мире нет тайн, которые я утаю от своего парня. Что бы со мной не случилось — все — все могу рассказать.
Но жизнь бьет любой расклад своими козырями. Представляю, какой чудесный вышел бы рассказик.
«Милый, я пошла за водой и по чистой случайности заодно попрыгала на члене твоего брата. Ты в курсе, что он немного больше одарен? Нет. Тогда забудь».
Все представленные диалоги мне не понравились. Я закашлялась, с трудом выровняла дыхание и на всех порах рванула в выделенные нам гостевые комнаты, без капли надежды, что Марк мистическим образом заснул в ожидании меня.
— Я уже думал идти тебя искать! Оу, воду принесла?!
Младший Бекендорф встретил меня у двери и попытался забрать бутылку, что оказалось вовсе не так просто — от ужаса я слишком сильно прижимала ее к себе.
— Марк, извини за задержку. Я увидела какую — то девушку и спряталась за диваном, — выдала часть правды.
— Ну ты даёшь! Скромница моя. Нужно было пойти с тобой, — весело рассмеялся Марк. — И принесли бы больше, и бояться бы не пришлось.
— Да, ты прав, — выдохнула я, позволяя себя обнять. — Как же ты прав.
Глава 5. Завтрак почти у Тиффани
Под утро мне приснилось, что я бегу к мексиканской границе. Падаю без сил у пограничного пункта, поднимаю голову, а вместо заставы с таможенниками стоит огромный, до небес холодильник и кровожадно хлопает дверцами.
И с небес раздается громогласное: «ПОПАЛАСЬ!».
Причем смысловое ударение на первые два слога.
В итоге утро мне показалось несколько мрачным, идти на завтрак не хотелось. Но, увы, деваться некуда. Пришлось плести объёмную косу, наряжаться и выходить, удерживая на лице беззаботную улыбку.
Знакомство с родителями — мероприятие ответственное, я имела полное право дёргаться. А о других причинах волнения распространяться не обязательно.
— Да не беспокойся ты, котенок, тебя все полюбят, вот увидишь, — заверял Марк в тысячный раз. — Бабуле ты обязательно приглянешься, а она — самая главная. С виду суровая, но по факту и подколоть может и потроллить. И вообще у меня семья приличная, хорошеньких девушек на завтрак никто не ест, расслабься.
 
О, да. Приличная. Особенно старший Бекендорф. Образец для подражания, воплощение нравственности. А до чего радушный хозяин — не описать словами. Разве что матами. Всё для гостей, конфиденциальный сервис по высшему разряду. На кухню за водичкой, блин, не выйти. Догонит и окажет сервисные услуги.
Мы спустились в столовую, крепко держась друг за друга. Марк — по привычке, он любит меня касаться, а я — чтобы обрести подобие спокойствия.
Ещё до поворота был слышен хохот Флоранс. Вот с кого следует брать пример и хорошо проводить время несмотря ни на что. Выше подбородок, Каталина.
Прорвемся.
Я иду гордо и уверенно. А то, что цепляюсь за любимого как репей, так это — из вселенской любви. Тем более он меня тоже держит. Попробуй оторвать — не выйдет.
Двери столовой распахнуты в ожидании членов семьи. Удивительно, что по бокам не стоят лакеи, или кто там был в прошлом.
— Доброе утро, — поздоровались мы одновременно, словно долго тренировались.
— О, детки проснулись. Или вы не спали? — с очаровательной улыбочкой и блеском в глазах уточнила «добрая» тётушка, отставляя чашку кофе. — Я вчера нашла беруши, так что вы никакого дискомфорта мне не доставили, можете не смущаться.
— Флоранс, не смущай детей. Доброе утро. Милый, я так по тебе соскучилась!
Чопорная, с иголочки одетая и причёсаная волосок к волоску леди клюнула в щеку широко улыбающегося Марка. Насколько знаю, она сначала категорично настаивала на разных для нас комнатах проживания, но младший Бекендорф сказал, что приезжает на день рождения не в родительский дом, а к брату. Он очень скучает по своей девушке, редко видится и хочет хотя бы изредка почувствовать себя счастливым.
Да, Марк еще тот манипулятор. Все в курсе, но ничего поделать не могут. Уж очень он обаятельный.
Теперь его маме приходилось делать вид, что она не видит ничего особенного в появлении с утра нашей парочки рука об руку.
— Мамуля, позволь представить тебе мою Каталину. Котёнок, моя мама мечтала с тобой познакомиться, — голодный Марк стремился поскорее усесться за стол, так что пер как танк. Он быстро представлял родственников одного за другим, а сам тащил меня к еде.
В итоге череду имен я воспринимала плохо, надеюсь, у меня еще будет возможность спокойно с ними познакомиться.
Только во время представления небольшой семьи, разместившейся напротив, я немного напряглась.
Там сидела возрастная парочка, а с ними — тоненькая девушка с длинными золотисто — каштановыми волосами, уложенными в крупные локоны. Чем — то очень знакомая…
— … Дядя Томас, его жена Линдсей, они недавно поженились. И у тети Линдсей есть взрослая красавица — дочь, как ты видишь. Она нам была не родня, но… теперь почти. Принесите нам два капучино, — попросил он официантку, совершенно без перерыва и не меняя интонации. Часть присутствующих обменялись понимающими взглядами.
Судя по всему, паршивец не помнил имени девушки. Вот это номер! Или испытывал к ней неприязнь. Марк всегда был мастером неявного пренебрежения.
— Я — Барбара, — модельной внешности девушка представилась сама. И стрельнула голубыми глазами на другой конец стола, где, небрежно откинувшись на стуле, сидел старший Бекендорф. Он смотрел на нее столь же заинтересованным взглядом, даже, пожалуй, с нескрываемо хищным оттенком.
 
Похоже, джентльмен у нас не из дотошных и разборчивых. Глядишь, и не будет особенно расспрашивать девушку. Завопит коронное «Попалась!» и…
— Каталина, а вы чем занимаетесь? — сбивая меня с мысли, вдруг громко поинтересовалась тетя Линдсей, мама Барбары.
Бледно — желтое платье плотно обтягивало ее выдающийся бюст и прочую довольно приятную фигуру. Дядя Томас, полный мужчина с мягким лицом отхватил отличный куш и был счастлив, судя по восторженным взглядам, которые он бросал на свою «молодую» супругу.