Между вороном и ястребом (СИ)
- Пожалуй, - медленно кивнул Аластор. - А его брат-командор так долго имел дело с фраганцами что наверняка знает многих из них Например, бывших пленных, отпущенных после войны... Уверен, далеко не один фраганец пожелал бь отомстить Бастельеро. особенно не подставляясь под его удар. Но все это тоже не доказательство их вины!
- Откинув голову на спинку кресла, он с бессильной злостью подумал о дражайших родственниках, только сделавших вид что подчинились королевскому приказу. Вот же ослы Барготсвы!
- Пальцы Лучано разминали мышцы шеи и плеч тупая бель уходила, растворенная умелой заботой друга, однако тут же заломило виски. Аластор глубоко вдохнул, выдохнул, попытался сосредоточиться...
- Что мы можем сделать, чтобы припереть обоих Райнгартенов к стенке, милорд канцлер? - спросил он прямо - Пока что. насколько я понимаю они могут просто от всего отказаться. Этим двоим змею бы в герб, а не леопарда!
- От пальцев Лучано тепло расходилось уже по всему телу, Аластор вдруг поймал себя на мысли, что массаж, который Лу всегда делал искусно и старательно, еще никогда не был таким приятным. А еще от него, стоящего слишком близко, сегодня особенно хорошо пахнет - шамьетом. пряностями и. едва заметно, какими-то цветами...
- Я продолжу искать доказательства, - опять поклонился Аранвен-младший. - К сожалению, у нас нет оснований для допроса с пристрастием или хотя бы при посредстве разумника. Лорды Трех Дюжин пользуются в этом отношении особыми привилегиями закрепленными в Правде Дорве.
- Опять эта Правда... - с досадой выдохнул Аластор. - ho не пытать же их'
- Мелькнула мысль, что Дункан, пожалуй, может прочитать мысли обоих кузенов И наверняка согласится это сделать. Пока Райнгартены зубами и когтями, словно собственные гербовые звери вцепились в идею о связи с Барготом Айлин не будет в безопасности'
- Осмелюсь поинтересоваться, монсиньор, - прошелестел рядом с его ухом голос Лучано, и горячее дыхание опалило кожу Аластора. - Почему бы вам не позвать этих блистательных господ на чашку шамьета или бокал вина? Исключительно по-родственному м? Не сочтите за похвальбу но после угощения по особому рецепту моего батюшки еще никто не смог удержать при себе секрет, о котором его спрашивали Если ваше величество не сочтет за труд задать нужные вопросы, гр-рандсиньорам Р-райнгартенам пр-ридется на них ответить, не будь я Фор- ртунато Фар-релли...
- Мягкое мурлыканье с явно прорезавшимся итлийским выгозором словно прокатилось по спине Аластора теплей волной, так что он едва уловил смысл сказанного.
- Зелье правды? - с интересом уточнил канцлер. - А это безопасно, милорд Фарелл? Составы наших алхимиков довольно надежны, однако имеют неприятные последствия, поэтому используются лишь з крайнем случае
- Самое страшное, что грозит грандсиньорам. это легкая головная боль. - заверил Лучано. - Да и то если заправить зельем вино. В шамьете вовсе обойдется без последствий. Правда, действует недолго, после дюжины минут прием средства неплохо бы повторить. Но нам ведь надолго и не нужно?
- Хватит пары вопросов, - подтвердил Аластор, изнемогая от желания то ли немедленно попросить Лучано отодвинуться, то ли велеть ему размять шею посильнее. - Если хоть на один я услышу нужный ответ., про остальное буду спрашивать уже иначе - и пусть попробуют не выложить все!
- Тогда предлагаю положиться на мастерство лорда Фарелла. - подытожил канцлер. - И надеюсь, что ваше величество позволит мне присутствовать при этой семейной встрече Либо проведет ее в малом королевском кабинете, предварительно известие меня о времени.
- Хорошо. - уронил Аластор. - Благодарю за службу, милорд канцлер Не смею.. задерживать
- С удивившим его самого удовольствием он подумал, что вот сейчас Дарра Аоанвен уберется, наконец за дверь, и Аластор с Лучано останутся наедине. А потом...
- Потом? О чем он вообще думает?' Или не думает, но готов подумато.. Что вообще происходит?!
- Милорд канцлер! - окинул он уже направившегося к двери Дарру, пытаясь отвлечься, собраться с мыслями, подумать о чем-нибудь действительно важном... даже неприятном! - Скажите, вам известно, по какому поводу меня сегодня навестили ваши родители?
- Дарра Аранвен остановился на середине шага - легкого, скользящего, совершенно бесшумного. Поставил уже поднятую ногу в узкой белой туфле на мягкий арлезийский ковер, изящным пируэтом развернулся к Аластору. И с чудовищной безмятежностью сообщил не дрогнув ни единым лишним мускулом, не шевельнув ресницами, не вздохнув глубже необходимого:
- Полагаю, ваше величество, если бы мне стоило это знать, мои почтенные батюшка и матушка безусловно мне сообщили бы. Разрешите откланяться?
- Дождался молчаливого кивка Аластора и бесшумно выплыл за дверь, словно белоснежно- серебряный призрак.
- Это да или нет? - пробормотал Аластор. чувствуя, что ладони Лучано уже откровенно ласкают его плечи - Лу. ты что делаешь?
- Это честный ответ. - прошептал Лучано в самое его ухо непристойно горячим шепотом. - Но по-аранвеновскн. Грандсиньор Ангус и грандсиньора Немайн тебе вряд ли солгали, сына они постарались уберечь. Но грандсиньор Дарра - их дитя не только плотью и кровью, но и душой с разумом Ты правда поверишь, что он ничего не видел, не слышал не понимал? С его-то паучьим чутьем на все, что происходит в большой паутине Дорвенны? Но какая теперь уже разница, А-а-альс?..
- С коротким вздохом-всхлипом он уткнулся губами в плечо Аластора у основания шеи. со смертельной точностью Шипа выбрав место, где воротник рубашки уже не скрывал кожу. Аластора словно молнией прошибло от макушки до пальцев ног. он вцепился пальцами в подлокотники, понимая, что нужно крикнуть, оттолкнуть, самому рвануться подальше...
- Матушка Всеблагая... - простонал Лучано. словно стекая сбоку по креслу и падая лицом в колени Аластора - А-а-альс... что это.. А-а-айлин-н-н... Ми амор-ре...
- Словно во сне Аластор увидел свою руку, легко и правильно легшую на черноволосую макушку Пальцы зарылись в шелковые смоляные пряди, но перед глазами все поплыло, показалось вдруг, что чернота отливает яростной огненной медью... а потом она вернулась, но уже не мягкими вьющимися локонами, а угольно-черной волной, жесткой, как конская грива. Ударил в ноздри аромат горячего женского тела перемешанный с цветочной сладостью духов.. Нет. это был шамьет с пряностями! А потом запах дыма, хвойкой сзежести и еще чего- то восточного... Запахи мешались, в глазах темнело, по телу катились остро-сладкие волны...
- Айлин... - снова простонал Лучано, и Аластор почувствовал под рукой не волосы, а нежную упругость девичьей груди - уж это ощущение он ни с каким перепутать не мог1 И неважно, что эту грудь ласкала не его рука, рухнувшие в сознании блоки больше не мешали потоку, что нес их троих., четверых... Всех! - А-а-альс... Наша синьорина Она... и ть: Если так сходят с ума, то к Барготу рассудок1
- Да.. - выдохнул Аластор, наклоняясь вперед и закрывая глаза. - Да.
- Встретил губами чьи-то губы и даже ради собственной жизни не смог бы сказать, кого целует Айлин, упсенно обнимающуюся с Дунканом7 Лучано. который целует... кого us них, Айлин или самого Аластора? Черное и рыжее, запах вереска или горячего сандала, сливочно- белая или смугло-золотистая кожа... Одно он знал сейчас совершенно точно - наконец-то пустота в душе заполнилась, все осколки встали на место отведенное им то ли судьбой, то ли магией, то ли чем-то еще что Аластор самому себе боялся назвать. Он чувствовал и Дункана, но словно вдалеке, через какую-то прегоаду. А Лучано и Айлин, что объединяла их всех, были совсем рядом, одинаково близко1 Три веэшины треугольника наконец-то соединились не просто линиями, а бесчисленным множеством сверкающих граней, срослись воедино, нерасторжимые
- «Айлин... - подумал Аластор. зарываясь пальцами в мягкую роскошь чужих волос. - Лу.. Всеблагая Матушка, помилуй нас! И есл/i тебе неугодно то, что происходит, сделай с этим что- нибудо сама1 Потому что я не могу, не хочу, не должен останавливаться Только не сейчас, когда чувствую их обоих, словно самого себя и даже роднее. Себя я бы мог образумить, но как отвергнуть их. лучшие части моей души?! Урок это или наказание, я подумаю потом, но сейчас.