Неблагодарный…
— Еще кофе?
Она молча кивнула. Дэй с улыбкой наблюдал, с какой жадностью Луиза накинулась на очередной бутерброд.
— Объясни мне, — наконец спросила она, — с чего бы режиссер и операторы выбрали эти места? Не лучше ли была бы Испания? Все-таки и пейзаж там повеселей, и есть прекрасные замки.
Майк только пожал плечами.
— Понятия не имею, — откровенно признался он. — Кажется, причина в том, что директор картины вырос в этих местах и всегда мечтал снять фильм на фоне этого серого пустынного побережья. Объективности ради замечу, что замок, выбранный для съемок, действительно смотрится загадочным и зловещим. Если нам удастся привести в чувство Доминик и Коллинза, фильм, на мой взгляд, может стать настоящей сенсацией.
— Дай-то Бог! — вздохнула Луиза. Майк взял с ее колен корзинку и перебросил на заднее сиденье. — Похоже, мне не обойтись без твоих советов, прежде чем я приступлю к работе. Введи меня в курс всего, что произошло за эти дни.
— Да, собственно, ничего такого, чего бы мы не знали о темпераментных звездах с неуравновешенной психикой, — ответил Майк не без сарказма в голосе. Он повернул ключ зажигания. — Обычный скандал между двумя любовниками, пораженными звездной болезнью. Надутая трагедия и беспрерывная череда истерик!
Майк осторожно ехал по узкой проселочной дороге, наконец вырулил на автостраду и повернул к северу.
Откинувшись в удобном кресле и с удовольствием вдыхая приятный запах дорогой кожаной обшивки, Луиза прикрыла глаза, чувствуя сонливую расслабленность. Она знала, что рано или поздно пожалеет о том, что откликнулась на сигнал Майка о бедствии, но что было делать? Ведь под угрозой профессиональная репутация Доминик Дюмон. Как они все надоели! Надо попытаться выбросить из головы дурные мысли. И, надо сказать, в какой-то момент ей это удалось.
Чувствуя рядом сильное мужское тело, видя, как длинные смуглые пальцы лежат на руле, она впервые за многие недели почувствовала себя едва ли не счастливой. Конечно, этот самоуверенный человек порой бывает невыносим и доводит ее просто до отчаяния. Но надо отдать ему должное — он умеет быть и необыкновенно привлекательным, умеет волновать чувства и способен, когда захочет, и успокоить, и развеселить. Как же она любит его!..
— Луиза, проснись!
— Что?.. — Она растерянно заморгала, удивленно глядя сонными глазами на красивое мужское лицо, склонившееся над ней.
— Все в порядке. Ты очень устала, и я решил дать тебе поспать до конца поездки, — сказал Майк, заботливо поправляя выбившийся из ее прически локон.
— О-о-х… ужасно себя чувствую, — пробормотала Луиза. Она зевнула и выглянула в окно. — Куда это мы заехали? Слава Богу, что хоть дождь прекратился.
Дэй открыл дверцу перед мисс Дайзерт.
— Выходи, тебе полезно подышать свежим воздухом.
— Пожалуй, ты прав, — согласилась она, расстегнув ремень безопасности. Он подал ей руку, и Луиза ступила на мягкий травяной ковер.
В следующий момент сильный порыв ветра чуть не сбил ее с ног. Если бы Майк все еще не держал ее за руку, дело могло плохо кончиться — здесь ничего не стоило сорваться с крутого утеса на прибрежный песок, белеющий внизу.
— Мне обещали свежий воздух, — ахнула Луиза, — но это уже чересчур!
— Осторожно! — Майк обнял ее за талию и крепко прижал к себе. — Здесь высокий обрыв, с которого прекрасно видна широкая панорама местности.
— Какая красота! — Она была потрясена видом величественного замка, возвышающегося на утесе, о камни которого с грохотом разбивались штормовые волны.
— Нечто нереальное, правда? — громким голосом спросил Майк, пытаясь перекричать шум ветра и плеск волн. — Теперь ты понимаешь, почему директор и оператор так настаивали на съемках в этом замке?
— Конечно! — прокричала в ответ Луиза и поежилась от пронизывающего холода.
Майк повел ее обратно к машине, при этом пытаясь защитить от ветра. Как приятна подобная забота.
— У тебя есть еще кофе? Есть? Не иначе на склоне лет ты с успехом овладел даром ясновидения.
Дэй в ответ громко рассмеялся.
— Давай, если ты не против, не будем касаться моего возраста, хотя мне самому кажется, что за последнюю неделю я постарел на несколько лет. Обычно хватает одного Коллинза или Доминик, чтобы к концу дня уже лезть на стену. Но когда сразу оба… — Он сокрушенно покачал головой. — Должен сказать, что этот, мягко выражаясь, несовместимый союз напоминает взрывоопасную смесь.
— Так я тебе нужна как специалист по разминированию? Много ли от меня будет толку? — Пожала плечами Луиза. — Допустим, тебе удастся обезвредить Коллинза, но с чего ты взял, что я способна уладить дело с Доминик? Уж если ты не смог справиться со своей бывшей женой, которая, насколько я могу судить, столь же хороша собой, сколь эгоистична и упряма, то почему мне должно повезти больше?
— Понимаешь, мне пришло в голову, что можно будет сыграть на идее женской солидарности. Другого не остается — мы уже перепробовали, кажется, все возможные средства. — Майк тяжело вздохнул. — А вообще, честно говоря, я уже начинаю жалеть, что втянул тебя в этот отвратительный скандал.
— И все-таки я не понимаю…
— Послушай, давай для начала проясним ситуацию, — прервал ее Майк. — Да, это непреложный факт: я когда-то, причем уже достаточно давно, был женат на Доминик, в то время мы оба были очень молоды — ей было только восемнадцать, а мне двадцать два — и наш так называемый брак просуществовал всего несколько месяцев. Вина за эту неудачу, вероятно, лежит на обоих. Я с удовольствием вкалывал на работе, мало заботясь о том, что молодой жене следует уделять внимание.
— Как бы там ни было, теперь мне тридцать восемь, и у меня было достаточно времени, чтобы подумать и пожалеть, что совершил глупость, женившись на женщине только потому, что она божественно красива. Теперь, когда нам с ней приходится иногда сталкиваться, это скорее напоминает встречу двух, скажем… старых знакомых.
— Но стоит признаться, — продолжил Майк, поскольку его спутница хранила молчание, — когда я узнал, что Доминик стала клиентом агентства мисс Дайзерт, меня чуть удар не хватил. И вовсе не потому, что я все еще питаю нежные чувства к бывшей жене, поверь мне, нет. Скорее наоборот. За прошедшие годы эта женщина и внешне и внутренне мало изменилась. И хотя я отдаю ей должное, она великая актриса, — с нею очень трудно иметь дело. Она крайне нетерпима! Честно говоря, дорогая, на этот раз я подумал, что ты взвалила на себя непосильную ношу.
— Хм… И хотела бы поспорить, да нет аргументов, — неохотно призналась Луиза. Ее тронула искренняя исповедь Майка, понравилась и его объективность — человек отдает должное достоинствам бывшей супруги. Имеет сейчас дело со вздорной капризной женщиной, но говорит — великая актриса! И еще впечатляющий штрих: Дэй, узнав об их с Доминик контакте, выразил беспокойство не о миссис Дюмон, а о мисс Дайзерт…
— Да, — раздумчиво проговорил Майк, — в таланте Доминик не приходится сомневаться. Я наблюдал за первыми дублями — еще до того, как она выкинула свой фортель, — и должен сказать, что она оживляет своим присутствием любую сцену. Вот почему очень важно попытаться уговорить ее вернуться на съемочную площадку.
— Что, с твоей точки зрения, мешает этому?
— Разумеется, кашу заварил Коллинз! — Дэй недовольно поджал губы. — Ты думаешь, что этот недоумок способен хранить верность своей новой возлюбленной хоть несколько дней? Как бы не так! Не успела съемочная группа толком обосноваться здесь, он тут же принялся обхаживать молоденькую гримершу. Через несколько дней после приезда Доминик она застает Коллинза в постели с этой девчонкой. Очевидцы уверяют, что ее реакция по своей разрушительной силе была сродни атомному взрыву! Вот с того момента противоборствующие стороны и не обменялись ни единым словом.
В наступившей тишине Луиза сделала последний глоток кофе, поставила чашку на щиток и, откинувшись на спинку кресла, задумчиво уставилась в окно.