Соперники (СИ)

Вместо ответа просто сдаюсь, капитулирую. Я теперь, наверное, с ума сойду, если Кетлер меня обманет.
  
Глава 14
 
Глава 14 
Elvira T — Без тормозов 
К занятиям мы так и не приступили, а потом по возвращению домой всю ночь переписывались. Я все еще не верю, что Макс предложил стать его девушкой. И теперь он мой парень.
Мой!
На утро просыпаюсь с чугунной головой и глупой улыбкой на губах. И все вокруг мне кажется другим. Как будто, художник сменил палитру, и теперь вместо блеклых цветов у него в арсенале лишь яркие краски.
Еще и тетка с самого утра удивляет. Напекла блинов, откуда-то добыла земляничного варенья и мед, а сама трезвая и бодрая утопала на работу.
После душа и сытного завтрака, возвращаюсь в комнату, чтобы выбрать одежду. Сегодня мне хочется выглядеть красиво. Сама удивляюсь, как Кетлер на меня повлиял.
Несколько раз перебираю свой скудный гардероб, и чуть не вою от злости. Но все же успокаиваюсь вспоминая, в каких неприглядных ситуациях и шмотках видел меня Макс. Поэтому выбираю свои обычные черные брюки и белую футболку. Заправляю ее за пояс и стягиваю волосы на затылке в небрежный хвост. Решаю нанести немного макияжа, чтобы скрыть следы усталости на лице.
В лицей добираюсь одна, потому что Таня предупредила, что ее довезет Игнат. По дороге перебираю в памяти события прошлого дня и с каждым шагом трясусь все сильнее. Мы с Максом договорились встретиться до уроков в вестибюле на первом этаже возле стенда с расписанием.
Оставляю вещи в раздевалке и на ватных ногах иду вглубь вестибюля, туда, где расположены стенды. Народу там всегда много, но я сразу замечаю Кетлера. Он смотрит прямо на меня и улыбается.
Подхожу медленно, пока тот не двигается с места.
— Привет— говорю тихо, потому что не знаю, как себя вести. А вдруг все, что было вчера, там и останется, а сегодня все по-старому.
Но Макс ту же развеивает все сомнения. Он ловит мои руки за кончики пальцев и притягивает к себе. При всех. Я прямо-таки чувствую любопытные взгляды у себя на затылке, но мне все равно. Я окрылена.
Он тянется к моим губам, и за секунду до поцелуя я прикрываю глаза. Макс целует нежно, едва касаясь, а затем отрывается. Да так внезапно, что сама подаюсь вперед за продолжением. Тогда Кетлер заключает меня в крепкие объятия, сцепив руки за моей спиной и кладет голову в изгиб шеи.
— Привет — чувствую на коже его мятное дыхание, и сразу же сносит крышу. — Я соскучился.
Прикрываю глаза, чуть не мурча от удовольствия.
— Я тоже — признаюсь ему, а сама удивляюсь, как это легко у меня получилось.
Раньше при виде Кетлера я напрягалась, как натянутая струна, потому что все время ждала от него какой-нибудь подлости, колкого слова, а теперь просто таю.
— У тебя какой урок? — спрашивает Макс, пробегаясь рукой по моей пояснице.
— Физика, а у тебя?
— История. Пойдем, провожу.
Макс поднимает голову и берет меня за руку.
— Готова? — спрашивает, а у самого черти в глазах пляшут, а на губах застыла хитрая ухмылка.
Я же наоборот растеряна и не собрана донельзя. Даже не представляю, что будет, как все отреагируют, ведь Кетлер — самый популярный старшеклассник в нашем лицее.
Коротко киваю и следую за ним, крепко сжимая его ладонь, как спасательный круг.
Так я и знала. Пялятся все, кому не лень. Наверное, привыкли, что он повсюду появлялся с Даниленко, а теперь вместо нее — я. Но где я, а где Даниленко. Мы разные от слова совсем. И внешне, и внутренне.
— Не обращай внимания — Макс сжимает мою ладонь, когда проходим мимо группы девчонок из десятого класса, которые совершенно не стесняясь обсуждают нас. — Первое время потреплются, а потом забьют.
— Я и не обращаю — стараюсь выровнять тон, чтобы голос не дрожал. Не хочу выглядеть перед ним трусихой, которая пересудов испугалась.
По пути Макс здоровается с парнями, с любопытством разглядывающими меня, будто в первый раз видят. А может, гадают, что же Макс во мне нашел? Стас Вуйчик вообще дар речи потерял.
 
Подходим к кабинету физики и останавливаемся друг напротив друга. Макс берет в свои ладони мою вторую руку и склоняется для поцелуя. Девчонки, что сидят ближе к двери, высовываются из-за парты, чтобы подсмотреть.
— На перемене жду здесь у окна — шепчет в губы.
— Хорошо — коротко чмокаю его и захожу в класс.
Прохожу к своей парте и не вижу среди присутствующих Осипову. Видимо, никак со Стафиевым расстаться не может.
Пока достаю из рюкзака нужные вещи, чувствую на себе множество взглядов и слышу перешептывания среди девчонок. Вдруг Герасимова, самая языкастая из класса, не выдерживает.
— Томилина, а ты че теперь с Кетлером мутишь что ли?
— Мы встречаемся — поправляю ее.
Светка переглядывается с другим девчонками, выгибая брови дугой.
— А Даниленко как же?
— Не знаю, я с ней не общаюсь, сама спроси — усаживаюсь за парту и открываю тетрадь.
— Да, они поссорились с Максом, а с этой он по приколу — заявляет Аксенова Лера, что сидит возле двери, будто истину в последней инстанции высказывает.
Утыкаюсь головой в раскрытую тетрадь, чтобы не вступать в спор. Доказывать им ничего не хочется. Да, я и сама еще ни в чем не уверена.
— Аксенова, а ты свечку что ли держала? — задирает ее Девлегаров, который тут же отвлекается от болтовни с парнями и разворачивается к ней лицом.
— А ты не лезь — язвит ему Аксенова.
— А ты рот свой закрой, пока я сам тебе его не заткнул чем-нибудь — скалится на нее Тим.
— Козел — бурчит себе под нос Аксенова и берется за телефон, нервно двигая по экрану пальцем.
Понимаю, что тема закрыта. По крайней мере, никто так открыто больше обсуждать меня не посмеет. С Девлегаровым у нас не спорят.
Таня опаздывает на урок минут на пятнадцать. Заходит, как ураган по классу проносится. Взгляд взбудораженный, а на лице глупая улыбка. Даже когда физичка отчитывает ее перед всем классом, даже когда грозится поставить двойку, Таня не может перестать улыбаться. Наверное, со стороны я теперь выгляжу также.
Весь урок переписываемся с ней в чате, делясь подробностями. Она пишет про то, как они теперь все время зависают у Игната, а я про Макса и его предложение.
После урока выхожу к Максу, который уже поджидает меня возле подоконника. Мы болтаем всю перемену, не отлипая друг от друга, но все же я напряжена, потому что пока нигде не видела Даниленко. Я все-таки опасаюсь ее реакции, хоть Макс и просит об этом не беспокоиться.
У Макса сегодня оказалось пять уроков, а у меня по расписанию шесть. К тому же у обоих последним поставили физкультуру, так что мы договариваемся встретиться после шестого урока и поехать вместе к нему на квартиру, чтобы позаниматься перед олимпиадой, потому как время нещадно поджимает, а у меня еще есть пробелы в некоторых темах.
У Осиповой от физкультуры освобождение. Она участвует в соревнованиях по бальным танцам, и ее отпускают на репетиции.
Плетусь в раздевалку одна, и как только захожу, сразу же замечаю Даниленко. Она сидит в центре комнаты на скамейке, отклонившись спиной на шкафчики, а руки сложив на груди. На ней до сих пор спортивные леггинсы и топик в обтяжку. Щеки покраснели. А взгляд не сулит ничего хорошего.
Первой мыслью было написать Максу, чтобы посторожил меня возле раздевалки. Но все же беру себя в руки. Ничего она мне не сделает, тут же девчонки из моего класса, они не посмеют.
Но как же я оказалась наивна.
Стоило войти, как меня окружают со всех сторон. Тут и Аксенова, и Герасимова, и все остальные.
Даниленко даже не двигается, но и взгляда с меня не сводит. Подхожу к свободному ящику и, стараясь не обращать на нее внимание, переодеваюсь в полной тишине. Другие девчонки уже в форме и просто выжидают, в зал никто не торопится. Только не пойму, почему они Юльке подчиняются? Ведь она даже не из нашего класса. Зачем? Что она им наобещала? Откуда такой нерушимый авторитет! А, может, просто страх перед сильной? Не знаю.