Инферно: Марионетки (СИ)

— Огру нужен бальшой шлем, а у нет. Огр должен громко кричать «Р-ра!» и махать дубина или молотила, чтоб плющить эльфишек, людишек и других. А патом на вертел или в котёл! Многа и вкусна, да!
— Шуграк. Принеси Ырралу новую кабанью ногу. и себе возьми, — глядя на изрёкшего очередную, хоть и привычную глупость Ыррала, варбосса, командующего штурмовиками, вздохнул Грашш-Нак. — А ты. Ыррал, лучше пей. Разрешаю три больших кружки крепкого.
— Ы! Ыррал будет пить… И будет жрать!
— Зато хороший штурмовик, — прохрипел Ирртуш, гоблин-шаман, мелкий, сморщенный, но от которого так и шибало мощью как личной, так и десятков бестелесных сущностей, что всегда были рядом с Говорящим-с-Духами. — Его понимают, а он доносит до них всё так, как и ты бы не сделал. Бальшой Босс.
— Бальшой Босс умный, мелкая гоблина со страшными духами.
— Пей, Ыррал, пей, — напомнил Грашш-нак своему ценному кадру. — Мы просто разговариваем. И вот, ногу уже несут. С кровью внутри и хрустящей коркой снаружи.
— Харашо! Моя любить. И любить самка. Потома.
Животное! Этого слова Грашш-Нак, конечно, не произнёс, но в очередной раз подумал. Ыррал действительно был полезным, но животным, поскольку разума в его голове было меньше, нежели у любого огра, самого тупого и ограниченного. Однако эта жертва природы, помочившейся в его генофонд, взамен почти полностью отсутствующего разума развила в себе ярость, способность вести ораву озверевших штурмовиков и держать их в кулаке. Главное было указать направление и постоянно контролировать идиота при помощи тактических заклятий. И точно не отпускать далеко от себя в «вольный полёт». Непременно провалит всё, что только можно, даже самое простое поручение! Инструмент ценный, но особенный.
Другое дело ноб Нартаг и шаман Ирртуш, которые, равно как вернувшийся огр охранник и охранник же, но огр-маг, находились рядом, у ярко горящего костра.
Нартаг был очень хорошим по меркам даже не оркоподобных, а и других рас, мастером работы с осадными и не только боевыми машинами. А также умельцем строить полевые укрепления. Ценнейший специалист, не раз и не два доказывающий, что не зря он, Грашш-Нак, обвешивал этого не самого сильного и развивавшего как основу не боевые заклятья орка разными артефактами, алхимией и вообще помогал своему «герою» развиваться. Всем хорош ВААГХ, но вот против хорошо защищённых крепостей помогает не слишком. И потери идут, большие даже для малочувствительных к такому зеленокожих.
Нужен был Нартаг Бальшому Боссу, с превеликим почтением относился бывший наёмник, побывавший почти во всех «горячих точках» в пору своей не юности, но расцвета сил в бытность ещё там, на Земле. И легко принял замену большей части боевых машин, нашпигованных электроникой, на нечто с виду более примитивное, а на деле… Добавь туда артефактов, вырежь некоторое количество рун, пропитай снаряды — простые камни и большие стрелы — алхимией — вот разница и сокращается, а иногда совсем исчезает. Да про особые возможности магии не забыть, ведь он и сам старается побольше понять в этой самой магии. В ней, но не шаманстве, которое до сих пор казалось чем-то совсем чужим. Но сейчас Грашш-Нака интересовали боевые машины и немногим меньше защитные сооружения вокруг их лагеря.
— Камнемёты смогут стрелять, Нартаг? Быстро, долго и хорошо?
— Снаг много, Босс, они притащили железные куски машин и канаты. Деревяшки рубим тута, как и собираем камни. У демонов и тех людишек, которые с ними, тут много дерева и камня. Ты сам отряды выслал, шоб добычу сюда привезли. Быстрее, ага! Первые брёвна и каменюки уже приволокли. Надо — ещё притащат. А лагерь я это, кольями утыкал, ямы вырытые, в них тоже колья. Гляделки дозорные, даж ворота, два. И шаманы своих духов всюду понасажали. Вона, ты сам у Ирртуш спроси, он там проверял, посох по башка снагам и даже бойзам стукал.
— Ты всё хорошо делаешь, Нартаг, — проворчал Бальшой Босс, зная, что не следует требовать от военного инженера и немного архитектора излишней компетентности в выходящих за пределы его ответственности вопросах. Оборону лагеря его ноб-«герой» выстроил, затратив на это минимум времени и избежав перерасхода материала. Магические ловушки и оповещалки — это не к нему, а к шаманам. Зато сбор боевых машин и обеспечение их боеприпасами — тут уже могли возникнуть проблемы. Они уже возникали! — Обстоятельства, от тебя не зависящие, вот в чём проблема. Дроу помогают демонам и людям выбираться из-под земли в неожиданных местах и атаковать. Отряд, посланный для усиления охраны обоза. Другой, который тащил древесину с лесопилки. Третьим, несшим сюда камень, удалось отбиться, потеряв часть, в основном снаг. Это плохо!
  
Стук-щёлк… Бам-м! — загудел бубен и затрещали подвешенные на него брекотушки у гоблина-шамана. Согбенный временем и собственной силой Ирртуш всегда был окружён духами — как лично привязанными, так и доставшихся от отца с дедом. И постоянно с ними советовался, принимая желательное и пресекая то, в чём видел глупость или непонимание бестелесными сущностями с иного плана особенностей тварного мира.
— Беспокоятся духи. Тревожно им-мне тут. Мы чувствуем мёртвый, но живой камень, откуда нас гонят и тут же обратно тянут. Много камня, но мало. Он то там, то здесь, но волю чужую опирающимся на него духам навязывают. Недовольны они, показать могут и хотят!
— Карту сюда, подробную. Этого домена, а не Костеглодки, гхых тык имрюк! — получил весомую оплеуху один из волчьих всадников, по скудоумию протянувшего Бальшому Боссу совсем не ту, хотя и впрямь очень подробную карту. — Во-от, теперь гхыр на место ушёл, а голова… Нет, думать ты ей всё равно не стал, — критически взглянув на орка, процедил Грашш-Нак. — Уйди, вагурц гшиховый!
— Со второго раза нужное принёс — уже хорошо, — без тени раздражения протянул шаман, отхлебнувший грибной настойки. Того вида, от которого у менее привычного орка или даже огра голова б кругом пошла, а вокруг розовые гхыры летали, распевая тонкими голосами о величии Бальщих Зилёных. Но гоблин, старый да ещё шаман… этим уже всё нипочём. — Я-духи видели места, я-я на карте показывать стану. Вот где Камень в душу его сношали и такую дхур тхая оставили на иных планах, что смердит и смердеть днями будет. Беловолосые знают Камень, но презирают духов. И нас, Говорящих, за настоящих, себе равных магов редко когда считают. Медленное колдовство, вот что для них шаманство! А оно медленное, сначала, но затем, в бою, быстрее многого. Я уже не я, я я–мы, нам вместе легче и сильнее стукать всех выходит.
Грашш-Нак внимательно слушал старого гоблина, не упуская ни единого слова. Он вообще считал — ему сильно повезло, во-первых, найти этого шамана со склонностью к запоям и долгим, не типичным для гоблина рассуждениям о смысле жизни. Во-вторых, показать и доказать ему, что он хоть и орочий Бальшой Босс, но ценит любого оркоида, способного показать силу. Любую, не только физическую. И что если Ирртуш продемонстрирует в паре-тройке важных сражений свою силу — свое преимущество над обычными орочьими шаманами и ограми-магами — непременно займёт положение не просто одного из важных разумных в домене, но станет чем-то большим.
Продемонстрировал. Стал. А тем придуркам, которые пытались не просто ворчать, а подговорить орочьих шаманов и огров-магов прикончить «мелкого выродка»… Послать таких в «самоубийственные миссии» много труда не составило. Просто убить не позволила приобретённая с годами бережливость в расходовании ресурсов. Даже таких. А после наглядных уроков не совсем глупые шаманы поняли — лучше оставить саму мысль о покушении на старого гоблина. Не то чтобы Ирртуш сам не мог себя защитить. Просто Бальшой Босс понимал, что при такого рода самозащите у него изрядно убавится что шаманов, что бойзов. А это не бессчётные снаги, их как бы и беречь надо.
— Увидел, Ирртуш. Хорошо всё показал, — внушительно покивал Грашш-Нак, глядя на испещрённую пометками карту домена. Ты подумай, может что ещё умное скажешь. А я приказ отдам, чтобы за деревом к лесопилкам больше не шастали. Пусть рубят сами, поближе. И чтоб большими отрядами, под охраной и наблюдением духов. Иначе так и будем отряд за отрядом терять — полностью или просто с потерями, от которых жопа стынет.