Черное племя. Война (СИ)

Вождь понимал горе Давида. Во-первых, репутация омеги благополучно похоронена. Окончательно. Во-вторых, сколько ни совокупляйся с Аскольдом, на законном основании забрать волченка Давид не сможет.
Есть еще вариант, конечно: заключить брак, но Арен не хотел этого. Да и омега, кажется, тоже. Кому приятно выполнять роль раба при муже?
Арен поглаживал по спине затихающего Давида, затем развернул его и, внимательно глядя в лицо, произнес.
- Так ты хочешь вернуть себе волчонка?
- Хочу.
- А ты понимаешь, что Аскольд тебе его не даст? И что после того что у тебя с ним произошло, в племени ты станешь изгоем?
- Я покончу с собой. - Твердо произнес Давид. - Я не боюсь. Я смою свой позор кровью. Только…
Глаза омеги снова наполнились слезами.
- Только? - Глухо повторил Арен.
- Я не хочу чтобы ты страдал из-за меня. А если я погибну… Прости меня, я идиот.
Давид начал заваливаться на отца, рыдая, но тот его взял за плечи и тряхнул.
- Вытри сопли!
- Я пытаюсь.
- Ничего ты не пытаешься! Вытри сопли и успокойся! У меня нет хороших идей. Есть одна и плохая. Но идея.
- Какая? - Омега с интересом посмотрел на отца.
- Ты сможешь какое-то время пожить в изгнании? Год, два, три?
- Я умею охотиться, я сильный. Конечно, я выживу.
- Вот и поживешь. Пока все не успокоится, а там жизнь покажет.
- Но я не уйду без Аларда. Он мой сын, и я не могу оставить его с Аскольдом. Что он с ним сделает, когда узнает, что волченок больше не нужен для шантажа? Что шантажировать некого?
- А волчонка мы выкрадем, и ты уйдешь с ним.
- И ты никому об этом не скажешь? Ты действительно мне поможешь? - Давид не верил своим ушам.
- Ты мне сын. А я тебе отец. Настало время усвоить это.
Давид кивнул, не сводя глаз с Арена, тут только с удивлением заметив, что несколько прядей на голове вождя стали ярко-серебристыми.
========== Глава 76. Поединок ==========
- Как мы выкрадим Аларда?
Давид и Арен отрезали значительный кусок мяса от туши медведя и, забравшись поглубже в лес, жарили его и ели.
- Ты можешь позвать волчонка.
- Это как? - Давид даже перестал жевать. - Мне ж нельзя появляться в племени.
- А это и не нужно. Сосредоточься на Аларде и мысленно позови его. Он маленький еще, у вас кровная связь. В конце концов, кто из нас омега, ты или я?
- Из меня плохой омега. - Мрачно произнес Давид.
- Не имеет значения, хороший ты или плохой. Есть вещи, которые не меняются и не зависят от того, какой ты. - Арен с улыбкой посмотрел на замершего Давида.
- Я не понимаю.
- Все родители чувствуют своих детей. Особенно омеги.
- Я никогда Аларда не чувствовал. - Давид пожал плечами, не особенно веря в то, что говорит отец, но предпочитая не спорить.
- Потому что ему, к счастью, никогда не грозила опасность. Но если бы он заболел, ты бы сразу это понял. Ну что, поел? А теперь работай. - Вождь поднялся.
- Так что делать-то надо?
- Расслабься, закрой глаза и мысленно позови Аларда.
- А как он найдет дорогу?
- Он придет туда, где видел тебя последний раз. Сиди и зови его, а я пойду к медведю. Как волчонок появится, я его принесу тебе.
Давид кивнул, лег на землю и опустил веки. Сейчас ему очень хотелось увидеть сына, обнять, как сегодня утром, вдохнуть его запах, ощутить тепло маленького тельца. Его желание было таким огромным, что омега вдруг ясно ощутил, что Алард придет, притянутый его волей.
В это время Арен стоял уже недалеко от туши, ожидая появления внука. Вождь не хотел, чтобы Давид возвращался на это место, опасаясь, что сюда явится Аскольд. Однако, альфа переоценил оборотня. Никто не приходил. Кажется, в племени до сих пор не хватились Давида.
Долго ждать внука не пришлось. Послышался шорох листьев, и Арен увидел, как Алард, в образе волка, на полусогнутых лапах пробирается в чащу. Вождь невольно заулыбался. Малыш был неуклюжий и забавный, блестящая белая шерстка блестела на солнце. Было очевидно, что волчонку приходилось преодолевать страх: пушистый дрожащий хвостик прилип к животу.
Как только Алард приблизился, Арен одним прыжком оказался рядом и поймал его. Волчонок едва успел взвизгнуть. Вождь зажал пасть внуку и помчался к Давиду. Тот уже сидел, слушая, как колотится сердце. Он почувствовал, как испугался волчонок, которого схватил Арен.
- Забирай! - Вождь протянул маленькое тельце. Алард, почувствовав руки омеги, затих и прижался к папе и теперь косился на Арена. Волчонок уже знал, что это вождь, но никогда раньше не видел его так близко. К тому же, Арен казался Аларду очень страшным.
- Так он сам пришел? - Давид поглаживал сына, не веря, что снова держит его на руках.
- А кто по-твоему должен был его принести? - Арен усмехнулся, с удовольствием глядя, как Давид ласкает сына. Это был уже не тот Давид, что раньше. В лице его что-то изменилось. Появилась какая-то мягкость, одухотворенность. Будто кто-то внутри омеги зажег огонь.
Но рассиживаться было нельзя. Вождь понимал, что сыну и внуку пора уходить.
- Давид… Нам пора расстаться.
- Да. - Омега поднялся. - Но я хочу с тобой иногда видеться.
- Конечно, запоминай. За лесом, с южной стороны Круглого озера, есть скалы-столбы. Туда будешь приходить с Алардом. Три раза в год. Первый раз, когда выпадет первый снег, второй раз, когда расцветет первый шафран, и летом, когда кукушка колоском подавится.
- Значит, следующая наша встреча - в первый день зимы? - Давид тихо вздохнул. Хоть он и не любил родное племя, но в глубине души жизнь в изгнании его пугала.
- Все верно.
- А если ты не придешь? Что мне тогда делать?
- Если я не приду, значит, или меня больше нет в книге живых, или произошло что-то страшное.
Давид твердо кивнул, стараясь не выдавать своих эмоций. Тоска сжала сердце.
- А меня не будут искать?
- Сделаем так, что не будут. Оголи руку.
Омега послушался. Арен достал меч и сделал надрез на плече сына. Побежала кровь. Вождь испачкал в ней лезвие и одежду.
- Теперь тебя искать не будут.
- А Аларда?
- Тоже не будут.
- То есть все будут считать меня убийцей сына?
- Да, все будут думать, что ты убил Аларда, а я - тебя.
- Да уж… - Давиду этот план не сильно нравился, но он понимал, что другого выхода нет.
- Не переживай. Нашу репутацию это уже никак не испортит. - Арен ухмыльнулся.
- А папочка? Мы разобьем ему сердце.
- Ты чувствуешь Аларда?
- Конечно.
- И он тебя чувствует. Я ему скажу, чтобы держал язык за зубами.
Давид широко улыбнулся и обнял Арена. Это был порыв, болезненный и сильный. Омега зажмурился, вдыхая запах своего отца.
- Спасибо…
- Беги! До первого снега.
Арен еще стоял какое-то время, пока тонкий запах оборотней не растворился в чаще. Вождь прекрасно знал, что сын выживет в одиночестве и не даст погибнуть волчонку. Внутри росло удовлетворение от мысли, что Давид и Алард перестали быть посторонними Арену и, главное, друг другу, что они стали семьей. Оставалось придумать, как обеспечить безболезненное возвращение Давида и что делать с Аскольдом. Вождь бы с удовольствием его убил, но это значило совершить преступление, которое взбудоражит все племя и подорвет авторитет альфы. И все-таки сидеть сложа руки Арен не собирался.
Тихо улыбаясь, альфа шел к селению. Впервые за много лет вождь чувствовал себя счастливым. Хотелось бежать вприпрыжку. Неужели он снова обрел сына и внука?
Когда Арен добрался до туши медведя, он становился. Теперь надо было надеть маску озлобления и боли. Никто не должен был даже допустить мысли, что Давид и Алард не только живы, да еще и вместе. Оборотень взял тушу медведя, взвалил на себя и поволок в селение, где, между тем, уже нарастала паника.