Последняя черта

— Я тоже так вначале подумал, но потом выяснилось, что вода, которой залило агентство и, собственно, из-за которой произошло обрушение потолка, была с примесями каких-то кислот, а может, еще чего похуже! А такая большая сумма — это пятьдесят тысяч, на срочный выкуп квартир и сто тысяч — взнос одного из участников строительства того самого объекта, от участия в котором ты меня отговаривал. Представь себе? Ты меня в субботу предупредил не влезать в это дело, а уже в понедельник происходят события, после которых я действительно откажусь от участия в этом проекте. Ты понимаешь, что это означает?
— Конечно, понимаю! Я спас твои деньги и ты хочешь мне за это выплатить небольшую премию! Правильно?
— А это означает, что либо ты сам все это подстроил, либо у тебя дар предсказания, — Карабас демонстративно не обратил внимания на мой намек насчет премии. Ну да ладно, не обеднеем! — Скажи честно — это ты все подстроил?
— Может быть и я, а может и не я, — уклончиво ответил я. — Карабас, если не хочешь, чтобы и у твоего агентства крыша обвалилась, давай быстрее деньги!
— Шутишь? На, держи! — Карабас вытащил из ящика стола бумажный пакет прямоугольной формы. — Пересчитай — шесть пачек по десять тысяч в каждой.
— Я тебе и так верю, тем более что сейчас все равно повезу их в банк, там их и пересчитают и проверят. — Я достал из портфеля папку с документами на квартиру и ключи, отдал их Сволину. — Сам все документы подготовишь, а я потом подпишу все что надо!
— Ты как, еще долго будешь в Керчи? Или уедешь к жене.
— Еще пару дней побуду, есть незавершенные дела. Созвонись с Гаспаряном, мне надо с ним встретиться. Хочу ему кое-чего предложить!
— Не проблема, созвонюсь. А что, если не секрет, ты хочешь ему предложить?
— Хочу продать ему свою схему, из-за которой у меня «качели» с Маратом Авакяном.
— На попятную решил пойти? — удивленно спросил Карабас. — А может, ты мне продашь свою «схему»? Ты же все равно решил из города уезжать.
— «Схема» не совсем рабочая, понимаешь? Есть в ней, некоторые нюансы, из-за которых я бы не хотел, чтобы ты с ней связывался, — уклончиво ответил я.
— А, так ты решил напоследок «кинуть» сынка мэра? — понимающе кивнул головой Сволин. — А я все думал, как ты им отомстишь?! Ну что, это правильно! Может, тебе какая-нибудь помощь нужна?
— Ты мне главное встречу организуй, а там я все сам сделаю, — немного подумав, я все-таки решил рискнуть: — Можешь мне к завтрашнему дню организовать еще одну встречу? С вашим клубом по интересам? Или как вы там себя называете? Совет влиятельных лиц?
— Чего?! Какой еще клуб по интересам? — от удивления Карабас всплеснул руками.
— У нас в городе есть несколько влиятельных людей, которые с приходом нового мэра решили объединиться, чтобы хоть как-то противостоять давлению мэрии. Я могу назвать минимум троих из тех, кто входит в эту группу. Это ты, Карабас, Семен Игнатьевич Дорушевич — начальник 2-го отделения милиции и Максим Федорович Горбенко — начальник отдела по борьбе с экономическими преступлениями. Скорее всего, с вами кто-то из руководства завода «Залив», и я думаю, что заместитель мэра по вопросам строительства и инфраструктуры господин Чекпаев, по прозвищу Чапай, тоже с вами. Ну что, угадал? Устроишь встречу?
— Не буду спрашивать, откуда ты узнал о нашем закрытом карточном клубе. О чем ты хочешь поговорить с нами?
— Поверь мне, то, что я вам расскажу, произведет эффект разорвавшейся бомбы.
— Так уж и бомбы? — с сомнением произнес Карабас. — Ты понимаешь, что если я инициирую встречу, а повод для нее окажется несущественным, то в первую очередь проблемы будут у меня.
— Не бойся, то о чем я буду говорить, коснется всех в этом городе. Уж поверь мне.
— Ну хоть в двух словах расскажи, о чем пойдет речь?
— Если в двух словах, то тебе мой совет Карабас: переводи как можно больше денег в наличные. Не покупай ничего ценного и дорогого. Увези всех своих родных и близких из этого города, а лучше из этой страны. Как тебе такие два слова?
  
— Что за бред? Как это не совершай крупных покупок? Я только что купил у тебя две квартиры за шестьдесят тысяч.
— Правильно! Я только что сделал то, о чем тебе говорил: я превратил квартиры в наличные деньги, а мои родственники уже больше месяца живут в России. — В этом месте я, конечно, немного приврал и выдал случайное стечение обстоятельств за хорошо спланированную операцию.
— Да ладно, ты хочешь сказать, что в этом городе может произойти нечто такое, что угрожает жизни всех его обитателей?
— Именно!
— Я не знаю, что ты затеял, но встречу организую. Завтра вечером, в 19.00, в гостинице «Бархат», в сауне, мы тебя будем ждать! Не опаздывай.
В это время в дверь постучали, а потом вошла девушка, которая работала у Карабаса секретарем, она принесла пакет с едой. Девушка расставила на столе коробки и пакеты с деликатесами, заказанными в ресторане. Я очень быстро съел свою порцию и убежал, чтобы успеть в банк до его закрытия.
После разговора с Карабасом я поехал в банк и перевел полученные от Сволина деньги на счет жены. К шестидесяти тысячам долларов я добавил еще тридцать тысяч, которые снял со своего счета, — это были те деньги, которые мне удалось собрать, завершив часть моих сделок. На руках у меня осталось десять тысяч долларов, этих денег должно было мне хватить на какое-то время.
Только после этого я задумался о том, что мне делать. Квартиры я продал, деньги, сколько смог, из своего разрушенного бизнеса вывел. Казалось бы, меня больше ничего в этом городе не держит. Надо собираться и уезжать в Россию, к жене и детям.
Первоначально я собирался, после того как отправлю деньги жене, инсценировать свою смерть и через несколько дней после того, как все будут думать, что я мертв, нанести ответный удар. Я хотел убить всех, кто сломал мою жизнь. Конечно, сломал жизнь — это громко сказано, но лишить меня бизнеса, заставить бросить здесь все и уехать в другую страну, чтобы там начинать все с начала, — это удовольствие не из приятных. Я, может быть, и покажусь, кому-то со стороны слишком злопамятным и жестоким, но прощать такого не собираюсь! Вот только теперь что мне делать? Мстить было некому — мэра и его сына не было в городе, и когда они вернутся, никто не знает. Да, и сам факт мести из-за того, что «отжали» мой бизнес, казался мне смешным и мелким.
Самое главное теперь для меня: останусь ли я в городе или уеду к жене? Нужна мне эта война или нет? С одной стороны, все мои близкие — жена и дети — в безопасности, у меня есть деньги, и я могу, хоть сегодня уехать из страны. Уже через несколько часов, с учетом того, что вылечу из Краснодара на самолете, я буду далеко от этой суеты и опасности. Нужен мне этот риск или нет? Если нужен, то зачем? Стоит ли мне рисковать своей жизнью ради других людей? Честно говоря, я всегда был эгоистичной сволочью, которая только и ищет во всем выгоду и прибыль. Даже всю эту возню с интернатом я в свое время затеял исключительно ради денег. То, что все это вылилось в общественно полезное дело, так это просто дело случая. Нет, я, конечно, многое в этой жизни делал хорошего, ну там, бабушку через дорогу перевел или помог деньгами на операцию для одной керченской семьи. Что еще? Двое моих детей: девочки трех и семи лет! Это, пожалуй, самое лучшее, что я сделал в этой жизни. Мои дочки! Если бы речь шла о моих девочках, то я бы, не раздумывая, остался в Керчи и воевал! Да, что там говорить, я бы кого угодно загрыз зубами ради своих близких! Но мои родные сейчас находятся в полной безопасности, и здравый смысл подсказывает мне: «Бросай все и езжай к ним!» Вот поэтому я сейчас и находился в состоянии глубокой задумчивости. Я не мог понять сам себя — я вопреки здравому смыслу хотел остаться в Керчи и воевать. Зачем? Зачем мне это могло понадобиться? Я никогда не был героем, готовым страдать ради посторонних для меня людей. Но почему-то именно сейчас я был уверен на сто процентов, что мое место здесь, в этом городе, среди этих людей. Старею, наверное.