Этот мир не выдержит меня. Том 4 (СИ)

На пол летели травинки и кусочки коры, но неожиданно на песок упало что-то тяжёлое и явно металлическое. Подняв искорёженную штуковину, я крутанул её между пальцев — окровавленный наконечник болта, из которого торчал небольшой обломок древка… Очень интересная находка.
— Мне нужно увидеть его раны, — негромко произнёс я.
Дру-уг, не глядя на меня, мотнул головой. Он с жалостью смотрел на умирающего зверя и не хотел, чтобы тому стало ещё больнее.
Я не нуждался в разрешении морфана, однако давить не стоило. Мой товарищ явно находился на грани эмоционального срыва.
— Это важно, — я говорил мягко, но уверенно. — Он ничего не почувствует. Обещаю.
Дру-уг, подняв голову, посмотрел мне в глаза. Я не отвёл взгляд, и это убедило морфана.
— Не оубижай егоу, человечек… — попросил он, а затем добавил: — Делай, чтоу доулжен…
Я кивнул и присел рядом со зверем. Он никак не реагировал на поглаживания морфана, но стоило мне протянуть руку, как раздался утробный рык. Всё ещё грозный и весьма внушительный.
— Спокойно, — прошептал я, почти коснувшись шерсти кончиками пальцев.
Зверь вдруг затих, с шумом втянул воздух и открыл глаза. Готов поспорить, в их янтарно-жёлтой глубине читалось узнавание — похоже, коттар по запаху понял, что мне уже приходилось иметь дело с его сородичем.
Это обстоятельство явно сыграло в мою пользу. Зверь слегка дёрнул лапой, позволяя прикоснуться к нему.
Я не стал медлить и осторожно, чтобы не причинить боль, развёл в стороны длинную густую шерсть. На шкуре коттара виднелись множественные колото-резаные раны, оставленные арбалетными болтами.
Других повреждений тоже было более чем достаточно — туша зверя представляла собой настоящее пособие для начинающего криминалиста…
Похоже, коттару «повезло» повстречаться с целым отрядом. Хорошо вооружённым и весьма многочисленным.
— Дай мне кусочек истинной синевы, — я быстро поднялся на ноги, «прокачивая» новую информацию.
Дру-уг сунул руку под кирасу, а затем протянул мне светящийся осколок статуи. Морфан не задавал вопросов, не спорил и не проявлял к происходящему никакого интереса — его внимание было приковано к умирающему зверю.
Я быстро закрепил осколок между зубцами трезубца, шагнул в коридор, по стенам которого запрыгали синие отблески, и кивком подозвал Лэйлу. Если те, кто так серьёзно «поработал» с коттаром, на самом деле живы, то лучше не встречаться с ними в гордом одиночестве.
Просить помощи у Дру-уга я не стал — морфан сейчас не был готов к бою.
— Держи, — я протянул Лэйле кинжал.
Мне очень не хотелось давать девушке оружие, но выхода не было — с пустыми руками она, случись чего, много не навоюет.
— Потом опять отберёшь, да, маленький мой? — Лэйла с любовью и нежностью посмотрела на клинок.
— Только если будешь много болтать, — негромко ответил я.
— О-о-о-о… — протянула девушка, а затем прикрыла рот ладонью и едва слышно прошептала: — Тётушка Лэйла будет вести себя тихо, как мышка!
— Хотелось бы верить, — я кивком указал в ту сторону, куда вели кровавые пятна. — Иди.
Лэйла радостно улыбнулась, перебросила кинжал из ладони в ладонь и быстро пошла по следу.
Я двигался рядом, страхуя напарницу. Осколок статуи освещал наш путь.
Сердце билось ровно, размеренно. Разогнанный слух улавливал малейшие шумы — скрип песка под ногами, треск камня и дыхание Лэйлы… Чутьё подсказывало, что никого живого рядом с нами нет — со временем чужое присутствие начинаешь ощущать буквально кожей.
Однако расслабляться в любом случае нельзя. Тот, кто слишком полагается на интуицию, долго не живёт.
Впрочем, уже через полминуты я убедился, что на этот раз чутьё не подвело. Мы дошли до самой дальней комнаты и там нашли тех, с кем схлестнулся коттар.
Я ошибся — их было не так уж много. Всего пятеро.
Пять трупов. Пять безголовых тел. Пять «пальцев».
  
Глава 12
 
Я сместился немного в сторону, пропуская Лэйлу вперёд, и поднял трезубец чуть повыше. Синие отблески осветили последствия произошедшего здесь побоища.
 
Изломанные тела, озёра крови на песке, покорёженное оружие и торчащие отовсюду «иглы», в которые трансформировалась шерсть коттара… «Очаровательное» зрелище.
— М-м-м-м-м… — Лэйла склонилась над ближайшим изувеченным телом. Судя по комплекции и валявшейся рядом сломанной шпаге, это был «Мизинец». — А котик нравится мне всё больше! Как ловко он разделал этих ребятишек… Хотя они тоже хороши… Всего впятером почти завалили зверюгу!
Девушка с таким неподдельным интересом рассматривала безголовых мертвецов, что становилось понятно — она никогда раньше не сталкивалась с «пальцами».
— Странненькие они… Как будто одинаковые, но при этом разные, — Лэйла присела на корточки и осторожно протянула ладонь, чтобы дотронуться до «Мизинца».
— Не стоит, — негромко произнёс я.
— Думаешь, он меня укусит⁇ — хихикнула девушка. Правда, несмотря на смешок, руку она всё-таки отдёрнула.
Вместо ответа, я изо всех сил вбил трезубец в бок «Мизинца». Мертвецы обычно весьма тихие ребята и не склонны к агрессии, однако здесь, в Гиблом лесу, могли быть разные варианты.
От удара труп дёрнулся, но ничего страшного не произошло. Покойник не ожил, не попытался напасть и даже не выразил недовольство моим поведением. В общем, «Мизинец» и остальные «пальцы» были на сто процентов мертвы.
— Правильно, маленький мой! — с лёгкой издёвкой произнесла Лэйла. — Давай, убей его посильнее!
Девушка явно считала мои действия излишней предосторожностью. Удивительное легкомыслие, учитывая, что она сама совсем недавно плескалась в каком-то озерце без головы, а теперь была точь-в-точь как дедушка Ленин — живее всех живых.
— Ты обещала вести себя тихо, как мышь, — ответил я, аккуратно переступив через тело «Мизинца». — А мыши, насколько мне известно, не разговаривают.
— Молчу-молчу! — Лэйла сделала вид, что закрывает рот на замок и выбрасывает ключ. — Тётушка Лэйла больше не помешает вашим раздумьям, мой поувелитель! Тьфу! Понабралась от дылды…
Спустя мгновение, девушка, наконец, затихла. Судя по блеску в глазах и тяжело вздымающейся груди, вид мёртвых тел, приправленный запахом крови, не лучшим образом сказался на её душевном равновесии. Впрочем, несмотря на возбуждённое состояние, Лэйла всё-таки смогла, пусть и не сразу, справиться с собой. Это радовало.
Я прошёл в центр комнаты и воткнул «пятку» трезубца в песок. Сияющий осколок статуи стал напоминать небольшую лампочку, вкрученную в очень экстравагантный торшер. Этой «лампочки» не хватило, чтобы полностью победить темноту, но её света было вполне достаточно, чтобы провести осмотр.
Несколько шагов в сторону. Я коснулся стены.
Подушечки пальцев скользнули по глубокой борозде, оставленной когтями коттара. Под ногами жалобно звякнул свёрнутый калачом меч. Взгляд выхватывал важные детали из общего «пазла»: взаимное расположение тел, следы на песке и многое-многое другое.
Перед внутренним взором сама собой вырисовывалась картина прошедшей битвы…
«Пальцы» не ждали нападения: они пришли сюда, чтобы перевязать раны. Наспех замотанные конечности и валявшиеся кое-где бинты недвусмысленно намекали на это. Однако медицинские процедуры не задались — на запах крови явился коттар и его визит не самым лучшим образом сказался на здоровье больных.
Первым погиб Мизинец. Всё произошло так быстро, что он не успел достать ни одного метательного ножа — клинки так и остались в ячейках перевязи.
Зато Мизинец сумел предупредить остальных об опасности — он даже извлёк шпагу из ножен, но на этом его успехи закончились. Появившийся из темноты зверь ударом лапы переломил клинок пополам, а затем откусил бедолаге голову.
Впрочем, смерть товарища дала «пальцам» самое главное — время… Время, которое позволило им приготовиться к бою.
Я сместился левее — туда, где лежали тела «Указательного» и «Безымянного».