Тот самый сантехник 10 (СИ)

— Спасибо, — неожиданно мягко отозвался Вишенка и расслабленно улыбнулся.
В этот-то момент в вестибюль и вбежала женщина в сером спортивном костюме и с лыжной маской на лице. Заранее откупорив пузырёк с зелёнкой, она тут же метнула его в полковника, не забыв добавить:
— Свободу Григорию Маливанскому! — а затем быстро выбежала обратно.
— Да ёб твою медь! — пробормотал мгновенно ставшим похожим на орка Вишенка, едва успев прикрыть глаза, а теперь протирая зелёные губы. — Сколько можно? Этот недоросль мне и оттуда подсирать умудряется.
  
— Это так низко, — тут же принялась обтирать его платком Леся. — Может, выпустишь уже его? А то так и будем ходить и оглядываться? Он вроде не из рецидивистов. Может, хватит?
— Да как же я его выпущу? Это людям звонить, договариваться. Там не моя юрисдикция, — прикинул полковник, морщась от состояния подкрашенных усов.
Пока они обсуждали освобождение, а Боря подбирал бутылки у бармена для вручения, в ресторане с отчаянным видом зашла другая представительница Вишенок. И с ходу заявила:
— Броня, это всё неправильно! Давай всё отмотаем взад! Я же… я же… да в голове не укладывается! Ой, а чего ты опять зеленый? Это теперь традиция какая-то?
Одной её фразы хватило, чтобы Бронислав Николаевич округлил глаза. Во-первых, единственную законную супругу на свадьбе для вида он точно не ожидал. А во-вторых, та приняла как следует для храбрости ещё в такси и теперь едва стояла на ногах. Вот и подошедшего для поздравлений едва не сшибло с ног перегаром.
Боря сначала хотел чем-то помочь, вмешаться, разрулить ситуацию, но женщины были не его. И если Вишенка всего с двумя не мог справиться, то не стоило и начинать «эксперименты». Поэтому Глобальный просто снова поздравил молодожёнов, вручил бутылки и со свободной совестью ушёл в Большой зал праздновать.
Там всё-таки ждала красавица жена и атмосфера праздника так захватила его, что плясал, пел и участвовал в конкурсах до середины ночи.
А где-то в отдалённом вип-зале Вишенка решал свои проблемы. И представители всех трёх залов то и дело пересекались в вестибюле и на крыльце, чтобы поговорить по душам по поводу и без. И даже залитый зелёнкой полковник перестал всех смущать, едва Стасян постановил:
— Ну что я могу сказать? За такой камуфляж мы просто обязаны выпить! Бармен, плесните товарищу Шреку!
  
Глава 15
 
Стройка: окопался? Заливай!
 
Несколько дней спустя.
Боря остановил автомобиль у участка, заглушил мотор и распахнув дверь, прислушался. Время самое утро, но среди полей уже раздавался отчётливый стук молотка. Это разнорабочий Сидоренко дождался доставки ближе к ночи, а как привезли доски и арматуру в придачу с ведром гвоздей и шурупов, отоспался в кунге и пытался монтировать опалубку.
Основу он прикреплял к вкопанным и углубленным брускам шурупами, а наиболее явные щели досочного щита подбивал молотком, чтобы доски сидели плотно друг к другу, (порой просто до уровня атомов).
Боря переоделся в рабочее и подхватив из багажника инструменты с дарами природы и химии, начал настраивать себя на долгую работу. Судя по доставленной горе песка, щебня и валяющимся в беспорядке у кунга рулонам скатанного гидроизоляционного материала, основная работа была впереди. А разнорабочий скорее делал вид, что работает, чем углублялся в детали.
Боря обошёл кунг, скинул инструменты и прошёлся вдоль всех вырытых траншей, затем пригляделся к строителю. Траншеи-то широки и глубоки, вопросов нет. Но Стасян страдал. И от каждого удара морщился, так как отдавало сразу в голову. Но с этим Глобальный никак не мог помочь. Похмелье — оно такое.
Впрочем, всегда можно было помочь природно-медикаметозно страдающему организму.
— Что, Стасян, тяжко тебе? — улыбнулся Боря и протянул двухлитровую банку с огурцами из тех самых даров.
Бывший крановщик, (а ныне ответственный муж-домостроитель) поднял взгляд и от вида запотевшей баночки рот наполнился тягучей слюной.
— Угу, — прошептал он одними пересохшими губами и в одно движение открыл законсервированную банку, как иные отвинчивающиеся крышки.
Игнорируя плавающие огурцы, тут же пригубил рассола. Пил жадно, много. И как на вид, так сразу залил в себя литр. После чего опустил банку, вытер губы и блаженно выдохнул:
— Спаситель!
Боря хмыкнул, достал тут же огурец из возвращённой банки и захрустев им, добавил:
— Оказывается, если пить лимонад вместо шампанского, то голова не болит. А если вместо вина виноградный сок, то получается отменная брачная ночь. А если вместо
— Да понял я, понял! — отмахнулся Стасян и снова взялся за молоток, так как шуруповёрт разрядился, потом разрядился и сменный, а на участке не было света, чтобы зарядить оба. — Но и ты меня пойми. Свадьба — это событие.
— Так у тебя две свадьбы, — с улыбкой добавил Боря.
— Вот поэтому я тебе ничего и не сказал в ответ, — кивнул Стасян. — Две то ещё чего, а для твоих многоразовых свадеб здоровье нужно. Вот я тебе сок на свадьбе и прощал. Не наставила. Но сделай одолжение, не нуди за ЗОЖ.
— Здоровья-то на обоих хватит?
— Отвянь! — снова отмахнулся Стасят, потом присел на корточки поближе к банке и достав длинными пальцами огурчик, захрустел следом. А когда приступил ко второму, спросил. — Короче, прораб. Ставь задачу. Не хочу делать вид, что всё знаю. Твой будущий дом для меня во многом, конечно, тренировочный. Свой уже с опытом буду делать. Но многих ошибок хотелось бы избежать.
Боря присел рядом, доел огурец и начал ликбез:
— Траншеи ты выкопал запасом. Молодец. Но они даже слишком широкие. Нам нужна лента фундамента в толщину блока. Сам блок имеет размеры 500 на 300 на 200. То есть в ширину 30 сантиметров. Плюс нам надо оставить десять сантиметров внутри помещения, чтобы было куда перекрытия ставить. Для чернового пола в начале и потолочного перекрытия. Но про внутренние доски я тебе потом расскажу.
— Почему потом? Давай сразу.
— Доски чернового пола длинные. В случае они будут с края на край выступа бетонного попадать. Но внутри комнаты-то их ничего не поддерживает по идее. То есть в центра — максимальный прогиб. Да и доски пола не должны лежать на земле. Сгниют быстро. Поэтому они располагаются на лагах, которые уже обработаны под гидроизол и контактируют хоть с землей, хоть с подсыпкой. Это если не заливать полную бетонную подушку внутри потом. Но я как раз заливать буду, так как везде теплые полы на первом этаже сделаю. Так и так — бетонировать.
— Но это же дорого.
— Зато не нужен широкий блок, так называемый «зимний вариант». Который сам по себе сорок сантиметров. Ведь чем толще блок, тем меньше холода пропустит. Для такого уже лента в 50 сантиметров нужна. А нам хватит и сорока. То есть толщина нашей ленты должны быть в целом 40 сантиметров, из которых 30 идет на блок по периметру и десять на внутренние нужды для перекрытий. Понял?
— Понял.
— А всё остальное вокруг этой ленты — это опалубка. У нас она сейчас будет деревянная. Самая дешёвая, практически одноразовая. Тут я что-то поторопился. Надо было пластиковую сборочную брать, раз и тебе дом, и твоим братьям по дому. Всем когда нужно сразу — одну поставил, залил, снял. Потом демонтировал, повторил. Удобно иметь съемную, да под один проект. Ну да ладно. И деревянная на первый раз сойдёт. Всё равно потом остатки под «козлы» порежем, да на забор черновой пустим. Вместе с деревянными столбами. А потом полноценный забор поставив из металлических столбов и железа. Ну или из кирпичных столбов, если под декор на входе. Это дело — десяток.
  
Боря поднялся с корточек и подошёл к траншеям:
— А сейчас ты просыпаешь дно. Земля внизу мёрзлая, сырая. Песок намокнет, конечно. Это ничего страшного. Он нам как основа нужен, а поверх него щебень пойдёт. Даст отличную усадку сразу, и влагу лишнюю вытянет.
— А сколько того и другого?
— Щебня сантиметров в десять, песка от пятнадцати до двадцати. Сильно много не надо. Смысл в том, чтобы ровную подушку создать, основу для будущего каркаса. И вот когда всё это утрамбуем, низ щебня либо жидким гидроизолом проливаем в пол сантиметра толщиной, что на глаз вообще визуально не определить, либо листы нарезаем с рулона и сами его плавим.