Тот самый сантехник 10 (СИ)

«Это лишь вопрос одного звонка архитектору», — заявил внутренний голос и добавил довольно: «Вдруг Масе снова приспичит жену к батарее пристегнуть, а в списке полезных знакомств у него вряд ли много сантехников. И электриков, всё-таки могут пойти дальше и секс-качели к люстре попытаться пристроить».
Припоминая подробности той встречи, Боря первым распахнул дверь. Ветер ударил в лицо. Свежий, но сырой, ещё холодный. Всего пара недель как последний снег растаял. И никакая щетина от него не спасает.
  
Но и солнце уже пригревало.
Хлебнув порцию бодрящего воздуха и посмотрев на самую большую лужу, длиной с небольшой пруд позади джипа, Глобальный заявил:
— Дорогу подсыпать надо. Да и грейдером неплохо бы пройтись по всей длине от самого съезда. А то убьём перевозкой блоков окончательно. Скоро сюда ни одна доставка не проберётся.
Стасян вышел следом. Сонный, помятый. Зевнув так, что рот едва не порвался и почесав щетину, добавил, держась за голову:
— Господи… зачем так пить? Если бы не Валюхин рассол, вообще бы не проснулся!– затем поведя уже не совсем мутным взором из стороны в сторону, но ещё и не до конца ясными очами крановщик оценил обстановку. И дополнил почти наплевательским отношением к мечте отдельно взятого человека. — Чего заморачиваться? Подсохнет всё и сама уляжется. Чего деньги тратить? Ты ещё сразу асфальтируй. Сам, на свои. А потом разрешение спроси у администрации.
— А я тебе говорю — разобьют грузовики! — настаивал на своём Глобальный, который решил в этом году дом возвести от коврика у порога вплоть до самого конька сразу.
А чтобы не терять времени, вырвался на участок на разведку по первому же обстоятельному теплу, как нетерпеливый дачник. Но как умудрённый опытом, прихватил с собой сапоги. И вторую пару Сидоренко тут же из багажника достал.
— Держи вот, переобуйся. А то утонешь.
Стасян только отмахнулся. Перешагнул яму, встав на сухое. И покатал носком ботинка столб. Судя по виду, тот упал ещё по осени, так и не приспособленный под забор толком. А в яме теперь стояла вода, как в небольшом колодце. Зачерпнув воды из этой лужицы, крановщик вспомнил сказку о козлёночке и пить не стал. Разлил с ладони, что сама по себе на ковшик похожа. А если две подставить — полведра, почитай.
— На кой хрен мы вообще сюда полезли? — никак не мог понять Стасян, который за последние дни спал от силы часов шесть. — До середины мая земля ещё коловая. Дальше, чем на коп лопаты не пробиться. С чего ты решил, что начать копать под фундамент сейчас — это хорошая идея?
А Боря не решил. Но очень хотел начать решать. Чтобы к первому снегу уже за окном по ту сторону дома стоять и на белые мухи смотреть из теплого помещения и персонального царства покоя. Всё-таки уже не последний хрен без соли доедает, а бизнесом занимается. А с деньгами вопросы всегда быстрее решаются.
— Ну… — протянул владелец ресторана, который на новый ремонт после юбилея отдал больше, чем на подарки. А сколько по чеку наели, даже не считал. Главное ведь — внимание. И чтобы запомнилось.
Оно и запомнилось так, что до тридцати лет перебить больше нечем будет!
— Сдался сейчас тебе этот фундамент, — снова пробурчал Стасян и перевёл взгляд на кунг.
Добраться до него было сложнее. Снег-то растаял, и обманчиво-сухая дорожка вела к оставленному на зимовку прицепу. Но поставишь ногу на тропинку, вода выше подошвы. Поднимешь — чавкает.
— Стасян, а чего сразу фундамент? А как же подготовка? — ответил Боря и перепрыгнув кювет, и сам оказался на бывшем участке Степаныча. — Да и кунг проверить не мешает… Ты идёшь?
В сапогах по колена ему был среди луж сам водяной не страшен. Хоть до самих оставшихся контейнеров иди, которые вообще среди небольшого озерца стоят. С водой кристально-чистой, в которой небо отражается.
«Хорошо, что гуманитарку вывезли», — напомнил внутренний голос: «А то бы остатки роскоши мыши пожрали. А там и пацанам польза и нам лишних паразитов не выводить».
— Проверить, пока цыгане по теплу не явились? — хмыкнул Стасян и снова зевнув, добавил. — Я, конечно, ни на что не намекаю. Но если бы к нам явились Четверо Всадников Апокалипсиса, то эти ребята выиграли бы нам немного времени. Но кунг твой никуда не денется до тех пор, пока земля не досохнет. А если и попытается деться, то тем более дорогу подсыпать не надо. Ты же задачу потенциальным грабителям облегчишь! И кстати, об этом. Вот ты стройки затеял. А сортир где? Нельзя на даче без сортира! А на стройке — тем более!
— Вот и займись этим вопросом! — парировал Боря и на валяющиеся по территории брёвна кивнул. — И забором. Черновой поставить надо, если доски не сгнили. Я необрезную брал. Не лакировать же. Так, времянка. Но хрен знает какой внутри короед.
— Да чего твоим доскам за зиму будет? — переспросил Стасян и всё же решился вступить на тропу, приблизившись к кунгу, где Боря уже осевшую за зиму дверь на себя изо всех сил дёргал.
Но та не желала поддаваться и плавно намекала к вящей совести хозяина, что за зиму кунг следовало хоть раз протопить нормально. А лучше — пару. Да где там, как отца забрал и отвёз в больницу после попытки подключить свет с помощью женщин надувных, так здесь и не появлялся ни разу.
Некогда.
— Ну-ка дай-ка мне-ка… Оба-на!
Стасян справился с дверью с одного рывка… заодно выломав доску под порогом.
— Ну ничего, режим проветривания зато! — тут же нашёлся кореш в восторге от старой советской ручки на двери, но в огорчении от приставленного крыльца.
А как внутрь заглянули, так ахнули: сырость и плесень кругом.
— Сушить теперь надо, — тут же поставил диагноз Сидоренко, пока Глобальный смотрел на промёрзший потолок, где в тени свисали ещё не растаявшие сосульки, так похожие на сталактиты. — Пусть открытым стоит с неделю!
— Да какую неделю? — возмутился Боря, привыкший любую частную собственность на два замка закрывать и без таборов поблизости. — Сейчас печку растоплю и за пару часов всё подсохнет… Сосули вон уже капают!
— Ну-ну, — пробурчал Боря и тут же по карманам себя похлопал. — Закурить есть?
— Нет. И выпить нет, — тут де добавил Глобальный и почапал в сапогах до контейнеров. — Да и тебе пора в себя приходить. Давай хоть пару дней поработаем! Что ж ты всё остановиться не можешь?
— Так это надо режим переключать, — поморщился Стасян. — А то что? Сейчас в «строители» перейду, а у тебя через несколько дней свадьба… Первая.
— Да это разве свадьба? — крикнул Боря, не решившись дойти до контейнеров и повернув назад, пока глубже, чем по щиколотку не засосало. — Так, семейный посиделки на пару человек. Буду только я, Ирина Олеговна и её папа.
— А я что, не семья тебе? — возмутился крановщик, отслуживший дважды. И всё по призыву Родины. И из уважения к Отечеству. Но и Войну пока никто не объявлял, поэтому для третьего раза государству нужно было придумать что-то посерьёзнее, чтобы новый контракт заключил.
— Стасян, бляха-муха! Не беси. Ты работаешь периодически, я тебе обеспечиваю налоговый отчёт, чтобы за дочкой съездил без проблем. Таков уговор был? — вернулся Боря.
— Таков, — кивнул крановщик, которому до лета ещё выжидать приходилось, чтобы бумаги на удочерение оформить.
— Ну а пока лучше к своей свадьбе готовься… парочке, — добавил тише Боря, когда в глазах Стасяна снова синеву разглядел.
А тот уже не о земном думает, но и не о космосе. О доме лишь, о семье и о великом и вечном.
— А на какую из моих свадеб тебя пригласить, там видно будет, — сменил гнев на милость Боря. — Без горячего не останешься. Но и тут поработать надо. Ты как стены в квартирах в сталинке сделал, толком и не работал. Я понимаю, что Валя и Катя все силы отнимают, но и о деле подумать надо!
  
— Дай хоть Валюхе отдохнуть! У неё уже от тех стен ни рук, ни ног. Она хоть и штукатур-маляр, но всё-таки девушка!
— Отдыхать можно по-разному, — ответил Боря. — Я, например, в работе отдыхаю. От бизнеса. Мне проще трубы прокладывать, чем по кабинетам этим пыльным сидеть. Там же на креслах мягких уже такие отпечатки от булок, что по гипсу человека отлить можно. Человека-жопу!