Забудь о любви (СИ)
Оказывается, всё это время я её недооценивал. Интересно, раз у нас ничего не получилось, она действует по принципу «так не достанься же ты никому»? Надеялась, что я уволю Агату, как только узнаю о сливе информации в прессу, а Лия бросит меня, заподозрив в измене? Что ж, Лена во всём ошиблась.
— Так это правда? Вы с Агатой… вместе? — побледнев, спрашивает Лия. Глаза взволнованные, руки к груди прижимает, голос дрожит. Ей не всё равно. Девчонка ревнует.
— Мы были вместе, — честно отвечаю я. — Но не состояли в серьёзных отношениях. Просто занимались сексом время от времени.
— Это как? Свободные отношения? — она кривится, будто услышала что-то плохое.
— Да.
— А у неё кто-то был? Ну, одновременно с тобой?
— Нет, — уверенно отвечаю я. Агата бы рассказали, у нас не было друг от друга секретов.
— А у тебя? — допытывается Лия. На её щеках появляется нежный румянец, взгляд яркий, любопытный.
— Не до этого было.
— Значит, у вас были обычные человеческие отношения, — всплескивает она ладонями. — Что и требовалось доказать!
— Какая разница, как это называть? — раздражаюсь я. Никогда не задумывался о том, что Агата действительно ни с кем не встречалась, пока спала со мной. И сегодня она сказала, что впервые за долгое время идёт на свидание. Получается, я её сдерживал.
— Честно говоря, не знаю. У меня в голове не укладывается, что ты спал с женщиной, с которой до сих пор работаешь, — вздыхает Лия. В её глазах мелькает беззащитность.
— Я порвал с ней за день до твоего приезда. Теперь нас связывают только рабочие отношения.
— Ты ей так мило улыбался, руку её не сбросил, когда он тебя трогала! Разве так общаются босс и подчинённая? — повышает голос Лия.
— Мне нужно было отпихивать её на глазах у коллег? Может, тебе это не понравится, но я улыбаюсь всем своим подчинённым. А ещё мы иногда сидим в баре, пару раз в год устраиваем корпоративы ну и, конечно, отмечаем дни рождения друг друга. Среди моих подчинённых много девушек, и тебе следует с этим смириться.
— Но…
— Я не пиздюк малолетний, чтобы слюнями капать, увидев симпатичную мордашку. Свои желания я сдерживать умею, спать с другой женщиной за твоей спиной я не буду, потому что считаю это низким и отвратительным, — перевожу дыхание, пытаюсь смягчить тон. — К этой теме мы больше не возвращаемся, хорошо?
Лия смотрит на свои сжатые кулачки и неуверенно кивает. Подаюсь к ней и касаюсь пальцами подбородка. Хочу, чтобы посмотрела на меня. Чёрт! В её зелёных глазах застыли слёзы.
— Ты точно-точно меня не предашь? — всхлипнув, спрашивает она. Выглядит такой беззащитной и трогательной, что мне хочется крепко её обнять.
— Если я предам тебя, значит, предам и себя.
— Не понимаю.
— Тебе и не надо, — смахиваю слезинку с её щеки. — Просто знай, что твоя ревность беспочвенна.
— Я не ревную! — тут же возмущается Лия и отпихивает мою руку.
— Ага, конечно, — улыбаюсь я, рассматривая её покрасневшее личико и горящие влажные глаза. — Напридумывала себе лишнего, обвинила меня во всех смертных грехах и смылась к моим родителям. Так делают только самые неревнивые в мире особы.
— Опять ты издеваешься, — поджимает она губы, но улыбку сдерживать не пытается. Успокоилась, приняла и отпустила ситуацию, теперь можно нормально отдохнуть. Меня эти Санта-Барбары порядком утомили. Агата, Елена, Лия. Попал, блин, в женский рассадник.
— Немножко, — киваю на меню. — Что ты будешь есть?
Лия заказывает окрошку и стейк средней прожарки, я выбираю бургер с двойной котлетой. Мы сидим на террасе, пьём прохладные лимонады и обсуждаем роспись. Лия говорит, что совсем не запомнила церемонию. Я тоже. Да и не всё ли равно, что нам говорили?
— А чем ещё тут можно заняться? — задумчиво осведомляется Лия, допивая базиликовый лимонад.
— В аквапарк сходить?
— Нет, я без купальника, — она дёргается, услышав моё предложение.
— В нашем озере тоже можно искупаться. И там тебя никто не увидит.
— Ты увидишь, — хмурится она, но над этим вариантом раздумывает долго, пока наконец не говорит: — Давай лучше прогуляемся. Ты не против?
— Нет. Мы для этого сюда и приехали.
— Отлично! — она подрывается с места, нетерпеливо размахивает руками, весь её вид свидетельствует об азарте и диком интересе.
Я оплачиваю счёт и следую за Лией. Мы бредём по тропинке среди раскидистых деревьев, два раза встречаем смешных жирных котов, к одному моя жена пристаёт и даже гладит его насильно несколько раз. Дальше мы замечаем павлинов с огромными хвостами, и Лия начинает их фотографировать, издавая смешные восторженные звуки. Мы заглядываем на пляж, но быстро оттуда уходим — слишком людно. Лия с восторгом смотрит на верёвочный парк, но как только я предлагаю туда зайти, она тут же отказывается. Да ещё рьяно так, будто я что-то ужасное спросил.
Наконец мы присаживаемся на скамейку, Лия растирает уставшие ноги. Ещё бы, таскается на своих тонких каблуках по ужасной дороге. Как только ногу не подвернула?
— Устала?
— Нет! — возражает она, но потом, вздохнув, отвечает уже честно: — Да, немного.
— Давай вернёмся в дом.
— Хорошо, — она кладёт голову мне на плечо и тяжело вздыхает.
— Как тебе здесь?
— Красиво. И просторно. И коты такие прикольные! А павлины! Ты же видел павлинов? У них хвосты громадные, в два раза больше, чем они сами.
Лия продолжает восторженно описывать парк-отель, а потом вскидывает голову и замечает мой взгляд. Сразу же замолкает. Мило смущается, глаза отводит. Её дыхание частит, да и моё тоже. Всхлипнув, Лия обвивает рукой мою шею и первой меня целует.
21
Лия
Я старательно давлю в себе остатки ревности. Богдан сказал, что не спит с Агатой, значит, так и есть. Он не будет врать. Не должен, по крайней мере. У меня два варианта: либо полностью ему довериться, либо и дальше убивать себя злостью, ревностью и обидой. А я устала от негативных эмоций! Вообще-то мы сегодня поженились, разве это не повод забыть про сучку Елену и фантастически красивую Агату?
Хотя меня дико смущает, что они с Богданом работают в одной клинике. Но я подумаю об этом завтра. Или через недельку, после нашей свадьбы. Возможно, я смогу убедить мужа в том, что он должен уволить Агату. Ради меня. Я ведь действительно с ума сходила эти сутки, подозревая его в измене. И мне будет спокойнее, если его бывшая пассия устроится в другую больницу.
Противоречия грызут меня весь вечер. Я радуюсь нашей прогулке, с интересом слушаю Богдана, когда он принимается рассказывать о своём прошлом и университетских буднях, но внутри сидит червячок сомнений. И зудит, постоянно зудит, не давая мне полностью раствориться в этом прекрасном дне. Наконец я забываюсь, отвлекаясь на красивые виды парка, фотографирую павлинов и милых котиков, смеюсь вместе с Богданом. И когда мне становится особенно хорошо — тянусь к нему и нежно целую.
— Точно не хочешь искупаться? — Богдан мягко гладит меня по щеке, чёрный взгляд слегка затуманен.
— Я стесняюсь, — выдыхаю признание.
— Кого? Меня?
— Немного. Я же без купальника…
— Какая разница? Нижнее бельё тоже сойдёт за купальник, — подначивает меня Богдан. Целует в уголок губ, соблазняет низким голосом с чарующей хрипотцой.
А мне хочется прыгнуть в озеро! Плескаться, фыркать и хихикать, позабыв о тревогах.
— Тем более не забывай, что я твой муж. Меня ты должна стесняться в последнюю очередь, — замечает Богдан, оставляя россыпь поцелуев на моей шее.
— Твоя взяла, — сдаюсь я. — Идём.
Он берёт меня за руку, и мы возвращаемся к нашему уютному домику, где я быстро стаскиваю с себя одежду и бегу к манящему озеру. Богдан наблюдает за мной. Даже оглядываться не нужно, я чувствую его взгляд всем телом. С разбегу залетаю в озеро, прохладная вода будоражит сознание, я вскрикиваю и смеюсь. Боже, как хорошо! Начинаю плыть, рассекая кристально чистую гладь, тысячи колких мурашек бегут по спине и бёдрам, я жмурюсь от удовольствия и вздрагиваю, когда сзади раздаётся громкий плеск.