Дворянство. Том IV (СИ)

— Закончили!
— А мне кажется нет.
Эдвард Тойвович не улыбался. Не показывал эмоций, но явно был доволен моим навыком раздражать собеседника. Он и слова не проронил, внимательно отслеживая реакцию мага, а тот… ну, как я и ожидал, выходил на повышенные тона и показывал свои эмоции.
— То, как вы поступаете с членами своей семьи — стыд и позор. Нельзя так со своими родными, но вы же типичный маг, который плюёт на человечность, показывая миру, какой он сильный и аристократичный. Никогда не любил магов, — честно признался я. — И такой, как вы, как по мне, не достоин быть дворянином.
Это была точка кипения. Я только хотел было сказать, что если он отдаст Машу замуж за меня, я настругаю ему столько детишек, что дедушка поседеет их всех воспитывать. Но маг сам сделал первый ход.
На его руках зародился огонь, который я даже сбивать не стал. Ещё наглее улыбнулся и кивком в сторону окна, так скажем, пригласил его пойти за собой. Но дождался непосредственно удара.
Я видел, как огонёк срывается с его пальцев и стремится ко мне, а сам навык погасил уже непосредственно перед тем, как он должен был коснуться моей одежды.
— Слабак, — заявил я. — Пойдём, покажешь, на что ты способен, а то своими искорками можешь только детей пугать.
Виктор Сергеевич был вне себя от ярости. Он резко встал с дивана, открыл было рот, чтобы разразиться целой тирадой, но я подбросил ещё одно полено в огонь.
— Что, слабо? Эх, а столько пафоса было… сильный маг огня… так, зажигалка и не больше.
В следующий миг я рывком слетел с дивана. И на том месте, где я сидел, был прожжён диван. Да так, что сквозь него можно было увидеть обугленную стену. И в следующую секунду прыжком преодолел расстояние до окна, где ещё раз ляпнул: «Слабак», и прыгнул, разбивая стекло.
Маг выпрыгнул со второго этажа вслед за мной. Легко коснулся снега, не проваливаясь в него, и тут же выпустил в меня очередь огня.
На самом деле он был силён, даже очень. И энергия, которую он выплёскивал без артефакта, что висел на шее, была яркой и мощной. Если бы не навык жнеца, который я использовал мыслью каждый раз, как ко мне приближался очередной огненный шар, он бы точно меня спалил.
Я обрезал нити его магии на выходе с его рук и на подходе ко мне. А там уже без труда уворачивался. Понимать бы ещё, когда я могу перегнуть палку и ударить его… а то эта беготня меня начинала утомлять.
Может, мне не нужно пользоваться навыком жнеца, чтобы понять?
Ай, плевать!
Догонялки с сильнейшим магом огня были нескучными. Маг выплёскивал один шар за другим, чередуя это всё волнами алого огня. А иногда и целыми стенами, которые перекрывали мне дорогу.
Дважды за пять минут я был на волоске от обгоревшего лица, и ещё трижды — от подогрева моей пятой точки. Но постоянно перемещаясь, я не давал ему сосредоточиться, а когда пошёл на откровенную наглость, собирая снег и начиная закидывать Лосева комками, тот рассвирепел окончательно.
Не было шаров, волн и стен, было нечто огромное и великое. Виктор Сергеевич поднял руки вверх, а затем резко опустил их на уровень своей шеи, срывая с неё артефакт. В следующий миг за его спиной разрослось пламя, которое начало приобретать форму. И спустя секунду, за его спиной встал дракон из огня.
И что было самым печальным, этот дракон никак не реагировал на мою способность отменить магию, это было что-то другое. Хоть я и мысленно его резал, и даже руками махал во все стороны, чтобы подловить.
Без лишних слов и отступлений Лосев просто указал на меня пальцем, и это существо ринулось в мою сторону, оставляя за собой сухую и обожжённую траву. Ибо своей температурой он моментально всё растапливал.
Я же коснулся своего артефакта и, вытянув руку вперёд, побежал на Лосева, понимая, что мне придётся пройти через дракона. Что, собственно говоря, я и сделал. Впитывая силу артефакта, я жнецом разрезал пространство перед собой, создавая проход в этом самом драконе.
Впоследствии чего мне обожгло лицо, я спалил себе все волосы в носу и на голове. Но, в итоге, моя рука сжала глотку этого мага. И я начал пить его. Глядя ему в глаза, я съедал его симбионта, пытаясь остановиться. Но что-то внутри меня… не что-то, а кое-кто, не желал остановки.
 
Симбионт внутри меня ликовал от такой великой еды, ведь таких магов она ещё не ела.
— Ярослав, хватит! — раздался голос Лаане из окна, с которого я спрыгнул. — Ты уже доказал ему, что такой мутант, как ты, ему неровня!
Слово «мутант» было ключевым. В данный момент я мог показать, что я совсем не мутант, а кое-что более смертоносное и более опасное.
Отпустил Лосева, тот, упал на снег и больше не шевелился. Из особняка тут же посыпались другие «родственнички», закрывая собой главу рода.
— Всем спасибо, все свободны, — вяло улыбнулся я и на слегка пружинистых ногах пошёл к воротам.
Лаане почти тут же прыгнул и оказался рядом. И единственное, что он смог мне сказать, это было не: «Ты молодец», «Ты силен!», «Так ему и надо», а…
— Это был перебор, Ярослав, — сухо сообщил он. — Ты нажил себе кровного врага тем, что решил переборщить. Ты оскорбил его и унизил. На глазах его детей. Такое не прощают.
  
Глава 34
 
Насчёт того, что я переборщил, я прекрасно понимал и сам. Но почему-то даже Кактус решил мне озвучить это и не умолкал в моей голове всю дорогу, несмотря на выставленный ментальный блок. Скорее всего, этому было объяснение — его говорливости и полном игнорировании ограничителя.
Я переел. Я сильно переел симбионта внутри Виктора Сергеевича Лосева. Что говорило мне о возможных, серьёзных проблемах в будущем. Но как оно будет на самом деле? Что же, кто знает, кто знает…
Лаане довёз меня до моего дома. Точнее, довёз его водитель. Сам он не вышел, чтобы попрощаться или что-то сказать, а у подъезда, на лавочке, прикрытой снегом, сидела Анжела, которая была весьма рада меня видеть.
Пси-волшебница улыбнулась и помахала ручкой Эдварду Тойвовичу, наткнулась на его безэмоциональное лицо и как ни в чем не бывало переключилась на меня.
— Приветик! — радостно улыбнулась она, поправляя волосы, на которых застыло несколько снежинок. — А я заждалась тебя!
— Зачем это ты меня ждала? — удивлённо спросил я. — Давно здесь сидишь?
— Пару часов, не больше, — ответила она, расправляя волосы. — А ты что, не видишь во мне изменений?
Я с полным отсутствием интереса всё же осмотрел её с ног до головы. И ничего такого примечательного не обнаружил. Но стоило мне ещё раз сконцентрировать на ней внимание, думая, что она говорит про свою силу, то я увидел цвет её волос. Ядовито-розовый. Что… вообще никак ей не шло.
Об этом я поспешил ей сообщить, а судя по её реакции, девушка явно ожидала чего-то другого.
— Хам и наглец, — процедила она сквозь зубы. — Пошли, а то я мёрзнуть начала.
Понимая, что, скорее всего, она врёт, ведь носитель гораздо… нет, не гораздо. Носитель симбионта гораздо терпимее переносит все погодные условия. Это относится не только к мутантам, но и к магам.
Тем не менее я проследовал за ней. Она провела меня в свою съёмную квартиру, которая была обставлена в разы лучше, чем моя, пригласила на кухню и предложила кофе. Отказывать от напитка я не стал.
Глядя, с каким вниманием она варит мне кофе, я начала гадать цель такого приглашения. Но, как оказалось, никакой цели она не преследовала. Просто… позвала по-соседски, как давнего приятеля, и не больше. Хотя я предположил, что она начнёт подбивать ко мне клинья, после такого отворота-поворота Елены, которой я стёр частично память.
Мы вполне миролюбиво побеседовали, где всю беседу вела пси-волшебница, а не я. А затем вполне по-соседски разошлись. Поэтому… я остался полном замешательстве.
* * *
Следующее утро было для меня поистине райским. Меня никто не будил с вызовом на работу или на службу. Меня не трогал никакой пушистый «засранец». В целом, я бы сказал, что выспался. Аня с утра пораньше кашеварила на кухне, что-то напевая себе под нос, и, в целом, я бы сказал, что умиротворяющая обстановка меня очень даже устраивала, пока я не включил новости.