Загадаю Тебя (СИ)
– А ну, озвучь, – накалывает кусок чизкейка на вилку и закидывает его в рот.
– Всё лето я должен безвылазно торчать в его офисе. Типа пришла пора познакомиться поближе с нашим семейным бизнесом.
– Ёлы-палы.
– И чихать ему на то, что мне это неинтересно. Вчера целую лекцию прочитал на тему того, что я единственный наследник и не имею права похерить бизнес деда.
– Ну, могу его понять. А свадьба с Разумовской на кой икс?
– Предки считают, что мне пора остепениться, – фыркаю, отодвигая от себя пустую чашку.
– Чё было в воскресенье?
– Мать заявилась на квартиру рано утром, открыла дверь своими ключами.
– И?
– И застукала меня там с Полиной.
Галдин присвистывает.
– Орала на весь дом. Сказала, что я совсем охерел и потерял совесть.
– А ты? Как бы не согласен с этим?
– Да фиг знает.
– Это её подруга, Богданыч.
– Мне как-то всё равно. Она сама ко мне приехала.
– Ладно Полина. Ей двадцать восемь. Но где гарантия, что ты скоро не перейдёшь на тех, кто постарше?
– Ой, завязывай, – цокаю языком.
– А чё. Замутишь с Ангелиной Павловной или с этой вашей Нонной.
– Ты совсем придурок, Лёх? Она мне как вторая мать, – кручу пальцем у виска, и друг смеётся.
– Куда ты постоянно косишься? – оборачивается направо и замечает шумную компанию девчонок, сидящих за угловым столиком. Они хихикают и шепчутся, то и дело посылая нам всяческие невербальные сигналы.
– Вот это цветник. Познакомимся с ними? – предлагаю, повнимательнее присматриваясь к светленькой.
– Пошли, – соглашается он без долгих раздумий.
– Блондинку, если что, застолбил, – сообщаю, когда направляемся в сторону женского коллектива.
– Посмотрим, – в свойственной ему манере отзывается Лёха.
– Привет, девчонки.
– Привет, – мурлычат они, хлопая ресницами.
– Богдан. А это – мой друг Алексей.
– Ой, да мы в курсе, – улыбаются, переглядываясь. – В одном университете учимся, ребят.
– Не может быть. И до сих пор не знакомы?
– Неа.
– Так не годится. Да, Лёх?
– Ага.
– Надо срочно исправлять ситуацию, – отодвигаю стул и, подмигнув, присаживаюсь.
*********
Посиделки выходят довольно интересные. Соперничество разгорается нешуточное, ведь мы с Галдиным оба акцентируем внимание на хрупкой, милой блондинке, попеременно упражняясь в остроумии и обаянии.
Уже прям дело принципа замутить с ней, обставив друга. Проигрывать я не люблю, особенно когда мне намеренно бросают вызов.
– Нам пора. Через час пересдача у Стоцкого.
– Ооо, ни пуха, ни пера. Этот хрыч дважды пытался завалить меня в прошлом году, – вспоминает Лёха свой печальный опыт.
– Страшно боюсь его, – покручивая трубочку, признаётся рыжая Наташа. – Аж коленки трясутся, клянусь, когда он мне вопросы задаёт.
– Одна девочка из нашей группы так перенервничала, что упала в обморок. Прямо в аудитории перед его столом, — рассказывает короткостриженная брюнетка, имени которой я не запомнил.
– Неудивительно. Стоцкий тот ещё упырь.
– Успеть бы повторить билеты.
– А не надо было столько тут торчать, – поправляя очки на носу, умничает самая необщительная из них.
– Да расслабься, Маш. Мы отлично провели время в хорошей компании.
– Так ли она хороша… – бормочет себе под нос зануда.
– Нужно будет повторить нашу встречу. Продиктуешь свои цифры, чтобы мы не потеряли друг друга? – обращаюсь к Вике. Той самой девчонке, за внимание которой мы с Лёхой активно боролись.
– Лучше давайте я запишу, – Галдин тоже достаёт телефон. – У Богданыча невеста очень ревнивая. Прошерстит трубу, не приведи Господь! – качает головой.
Вот же говнюк!
– Хорошо. Восемь, девятьсот двадцать восемь… – Вика, улыбаясь, оставляет ему свой номер.
– Выкуси, ловелас, – скалится Лёха и демонстрирует сохранённый контакт, в тот момент когда девчонки покидают кофейню.
– Читер. Это было максимально нечестно, – отзываюсь я хмуро.
– Какая разница. Важен ведь результат.
– Спорим, я понравился ей больше?
– Ну не уверен, не уверен, – задумчиво потирает подбородок.
– У меня всё было на мази.
– Поэтому я был вынужден принять срочные меры.
Выдаю непечатный текст, и он опять смеётся.
– Лёш… – его окликает Сенька. – Иди сюда, а, раз уж ты освободился.
– Ща.
– Дверь подержи.
Галдин отправляется к ней. Помогает затащить в кофейню большую связку цветных шаров.
– Поместится в машину? – нахмурившись, интересуется девчонка.
– Запихнём, – Лёха толкает один из шаров пальцев.
– Прикольные?
– Да.
Поднимаюсь со стула и подхожу, чтобы почитать надписи.
«Почти взрослая»
«Прощай, чёртова школа!»
«Самая умная тут она»
«Ты сделала это!»
«С выпуском тебя, Мирон!»
– У Оли завтра выпускной, – поясняет Бриж, словно между прочим. – Вот сюрприз хочу ей сделать.
– Ясно, – произношу абсолютно ровным тоном.
– Прикиньте, мать сказала ей по телефону, что не сможет приехать. Ну не овца? Как её ещё назвать? Олька расстроилась очень. И меня не ждёт.
– А точно, ты же завтра работаешь.
– Я взяла выходной, Лёх. Стёпка подменит. Отвезёшь меня в Загадаево?
Он кивает.
– Спасибо.
– Мож к моему мотоциклу их привяжем? На фига нам тачку брать?
– Ты что! И что это будет? Не довезём. Или создадим на дороге аварийную ситуацию, – качает она головой.
– Да шучу-шучу.
– Подарок ещё куплю сёдня, – рассуждает вслух Сенька. – Есть предложения на тему того, что можно подарить?
– Вопрос точно не ко мне. Я поехал, всем пока, – забираю джинсовку с вешалки и толкаю дверь.
– Богданыч, а ты тачку не сможешь дать на завтра? – орёт мне Лёха вслед, когда уже выхожу на улицу.
– Не могу. У меня планы, – бросаю, не оборачиваюсь.
– Лады, возьму тогда у Эмиля.
Молча сажусь в свою машину, припаркованную практически у входа в кофейню. Завожу мотор, включаю радио.
Настроение испортилось и упало в ноль, стоило мне только услышать про Миронову.
Вот блин. И вроде времени прошло дофига, но уязвлённое самолюбие до сих пор даёт о себе знать. Потому что Оля – то ещё динамо.
Если называть вещи своими именами, то можно сказать, что она первая девчонка, которая меня «прокатила». В смысле не ответила взаимностью и не приняла ухаживаний.
Звездец!
Как вспомню эти свои покатушки в Загадаево…
Идиот.
Цветы. Конфеты. Подарки…
А ей нахрен не сдалось всё это. Отшила. Ни единого грёбаного шанса не дала.
Сердито поправляю зеркало заднего вида и сжимаю пальцами руль до скрипа кожи.
«Не приезжай сюда больше, Богдан. Надоел. Мы с Никитой снова вместе, и у нас всё отлично»
В Международный женский день состоялась наша крайняя встреча. Я как олень стоял ждал её у ворот школы. С внушительным букетом роз и огромным плюшевым зайцем.
Это прям целое событие было для местных.
Глазели все, кому не лень. Девчонки на цветы. Пацаны на тачку.
«Мы с Никитой снова вместе».
Жесть. Видел я этого Никиту. Ни о чём. Вообще мне не конкурент. Что она в нём нашла, абсолютно непонятно!
Слева сигналит козёл на ауди, чуть не въехавший мне в бок.
Возвращаюсь в реальность.
Мужик что-то орёт на матерном, объезжая меня по дуге.
Твою мать.
Я опять так разозлился, что забыл обо всём на свете. Не посмотрел на сигнал светофора. Тупо выехал на красный.
Дебил.
Вскидываю руку в примирительном жесте и сдаю назад за линию, чтобы не мешать движению других автомобилей.
Так о чём я думал?
Ах да! Про Миронову и этого её беспонтового деревенского хахаля.
Сошлись и сошлись.
Удачи!
В конце-концов, далась мне эта Оля из Загадаево? Вокруг сотни девчонок. Красивых, горячих и готовых провести со мной время безо всяких заморочек.