С радостью в омут (ЛП)

- В чем дело? – спросил агент, не отставая ни на шаг. 
- Нужно торопиться. Я была почти на краю своих двадцати четырех часов. Нам надо подняться вон туда, - показала я на нужное место наверху холма. – Срочно. 
- Подожди, - Стренд схватил меня за руку, вынуждая остановиться. – Что там произошло? 
- Стренд, у нас нет времени. Вы можете ему приказать? – спросила я у Гилла, который бежал за нами. – Я все объясню, но сначала нужно добраться до того места, - снова показала я на случай, если меня не поняли с первого раза. 
- Выполняй, - велел гвоздеед агенту.
Мне уже показалось, что Стренд начнет возражать, но он лишь схватил меня за руку, и мы побежали к стоявшему у подножия холма полицейскому джипу. 
- Мы это одолжим, - сказал агент ближайшему копу, и не успел тот понять, что происходит, как мы уже были внутри. 
Стренд завел двигатель. 
- А начальника вашего ждать не будем? – спросила я, оглядываясь на бегущего к нам Гилла, но заместитель секретаря махнул, разрешая нам ехать без него. 
Агент тронулся, несколько раз повернул и прибавил скорость на подъеме. Мне хотелось получить как можно больше времени, узнать все, что только смогу, пока минуты в моем распоряжении не окажутся недосягаемыми. 
Как только Стренд дернул ручной тормоз, я опустила голову и «нырнула» в прошлое на всю мощь своих сил. 
Обернувшись, посмотрела вниз, туда, откуда мы приехали. Подъехал мужчина в белом пикапе и остановился, как раз когда Марк бежал по полю. Как и в первый раз, агент споткнулся, упал, вскочил на ноги и снова побежал. Зная теперь, кто он такой, я по достоинству оценила его актерский талант. Что тут скажешь? Напарник Стренда обвел меня вокруг пальца. 
Развернувшись, я сосредоточилась на человеке в пикапе и прошла сквозь машину, запоминая как можно больше деталей. Салон был заляпан какими-то жирными пятнами, наводившими на мысли, что это рабочий автомобиль механика. Очень неопрятного механика. С другой стороны, напарник Стренда тоже ни капельки не смахивал на спецагента национальной безопасности. Но даже если бы водителя пикапа ничего не выдавало, то хватило бы одного взгляда на его часы. Слишком дорогие для любого механика. 
На приборной панели лежал конверт, адресованный некоему Бо Рихтеру. Однако смятые стаканчики из-под колы и обертки от сэндвичей, в основном из «Макдональдса» и ему подобных заведений, подсказывали, что человек за рулем скорее всего не Бо. Он был стройным и здоровым на вид и вряд ли стал бы бросать стаканчики из-под напитков на пол собственной машины. А значит, пикап угнали. Наверное, единственным, что принадлежало водителю, была брезентовая сумка на сиденье рядом с ним. Выглядела она совсем новой, как будто он купил ее специально для этого события. 
Вытащив из кармана сотовый, мужчина набрал номер, но к уху телефон не поднес – положил его на ногу и достал из сумки противогаз. Так это был он! Он убил всех в городке, включая двух агентов нацбезопасности. Но зачем? Хотел сбить министерство со следа? Или хотел избавиться от агента, который подобрался слишком близко, а заодно под руку попались все жители Брайервуда? По-моему, это слишком экстремально даже для экстремиста. 
Короче говоря, я ничегошеньки не понимала. Надев противогаз, водитель посмотрел на часы. Положил руку на руль и стал следить за событиями на поле, явно дожидаясь, когда на его жертв подействует то, что он только что выпустил на свободу. Наверное, детонатор сработал от телефонного звонка. Пытаясь найти, где он установил свое химическое оружие, я вглядывалась в каждую травинку. Потом побежала к капоту, «проплыла» сквозь двигатель и остановилась на краю обрыва. Далеко от своего тела отходить нельзя – этот урок я давно усвоила. Но мне нужно было найти оружие. К сожалению, я понятия не имела, что искать. Вполне возможно, оно не больше моего мизинца. Надо было попросить Стренда рассказать хоть немного больше, уговорить его хотя бы намекнуть, что я должна найти. 
Когда я снова подняла голову, агенты внизу были мертвы, а я все еще не нашла оружие. Водитель посидел еще пару секунд, потом завел двигатель и поехал дальше в горы. Может быть, он стремился подняться как можно выше, чтобы не попасть под действие газа. Это мог быть какой-то плотный газ, который оседает на землю. Тогда водителю наверняка хотелось переждать повыше, чтобы потом целым и невредимым спуститься в город. А может быть, дорога вела через горы и шла вниз с другой стороны. 
 
Несколько секунд я смотрела, как он уезжает, а потом вернулась к обрыву, с которого открывался вид на поле. Из-за напарника Стренда болело сердце. Я сделаю все, что смогу, чтобы поймали его убийцу. Ради него самого и ради агента Стренда. Не то чтобы последний оказал мне какую-то услугу. Только речь шла не об услугах и одолжениях. Речь шла об убийстве множества невинных людей. В том числе о самом непростительном – убийстве детей. 
Никогда раньше я не пыталась спуститься по склону горы во время «нырка». Но именно это сейчас и собиралась сделать. «Выныривая», чтобы перейти с места на место, я теряла драгоценные минуты. А сейчас на счету была каждая секунда. Поэтому я подошла к краю обрыва и приготовилась скатиться вниз, попутно жалея, что здесь нет перил. На таком крутом склоне можно легко свернуть себе шею. От этой мысли я испытала прилив чистого ужаса, хотя в таком состоянии вряд ли могла покалечиться. Глубоко вздохнув (образно выражаясь), я села на задницу, оттолкнулась и покатилась с горы. 
Все оказалось намного проще, чем будь я из плоти и крови. Я легко скатилась вниз и встала на ноги, отряхивая руки от несуществующей грязи. А потом стала искать. Что бы это ни было, оно должно было быть где-то рядом. Тем более если целью был Марк. Снова и снова я отматывала время, чтобы заглянуть в каждую трещинку, под каждый камешек. В реальном времени прошло бы несколько часов, а я так ничего и не нашла. 
Наконец я уже собиралась сдаться, как вдруг кое-что вспомнила и вернулась к тому моменту, когда агенты были еще живы. Держа на прицеле Керригана, спецагент Марк Кам посмотрел вниз. Сначала мне показалось, что его сбил с толку какой-то запах, но теперь я поняла: он смотрел на землю, потому что услышал звук. Где-то совсем близко послышался щелчок, а потом едва различимое шипение. 
Я проследила за взглядом агента Кама. В метре от Керригана рос пучок высокой травы. Но для меня трава была прозрачной, поэтому я разглядела серебристую иглу, торчащую из земли. А под ней находился цилиндр со смертоносным газом, который выпустили в воздух. Значит, я нашла, что искала!
Переполненная радостью, я оглянулась как раз в тот момент, когда упал агент Кам, и ужаснулась своим мыслям. Не я нашла источник смерти. Его нашел агент Кам. Но для него уже было слишком поздно, а у меня еще оставался шанс помочь поймать его убийцу. 
Я решительно отпустила время.
К сожалению, время меня не отпустило. 
Такое уже бывало. Однажды. Несмотря на невидимый поводок, служивший мне якорем, я отошла слишком далеко от своего тела, и прошло слишком много времени. Чем дольше я оставалась вдалеке от самой себя, тем прозрачнее становилось все вокруг. В конце концов все исчезло, и я потерялась в абсолютном нигде. Осталась совсем одна в полной пустоте и с каждым часом все больше и больше сходила с ума. Время вышло из-под контроля и бежало сквозь меня порывами ледяного ветра. Начинались и заканчивались целые эпохи. Клянусь, в какой-то момент я почувствовала, как рождается наша вселенная. 
От страха сжалось сердце. Я понятия не имела, сколько прошло времени, но знала наверняка: если смогу отыскать свое тело, то сумею в него вернуться. Когда я заблудилась в прошлый раз, ушли недели, чтобы заново себя найти. Каким-то чудом мне удалось мельком увидеть себя в необъятном полотне времени. Если сравнивать, это вовсе не похоже на поиски иголки в стогу сена. Скорее как найти иголку в целой куче таких же иголок. Тогда я увидела себя на больничной койке. В коме. И в первый и последний раз вернулась в свое тело в другое время, а не в тот же миг, когда «нырнула» в прошлое. Меньше всего на свете мне хотелось повторить этот опыт.