Знахарь. Трилогия (СИ)

Хард.
Доскональный анализ операции по устранению барона Приора выявил массу странных деталей. Каждая из них была незначительна, малозаметна, но общая картина удручала. В замке барона действовал чужой маг, при этом он отлично скрывал свою магию. Материалы легли на стол начальника тайной стражи, и машина закрутилась. Неизвестному магу присвоили псевдоним – Зеленщик. Город начали перетряхивать в поисках магических следов. Нескоро, очень нескоро нашли его жертву. Успех, как всегда, пришел неожиданно. Хотя это для дилетантов такой успех – удача, для тайной стражи это закономерный результат. Любой человек оставляет следы. Если не помогает мелкий гребень, используется частое сито, но зацепка находится всегда. Средств на лечение парализованного мага потратили очень много, артефакт у Зеленщика оказался могучий. Пребывание двух неизвестных магов одновременно в маленьком городе наши специалисты сочли невозможным. Визит мага в банк показал, что маг владеет вторым артефактом, выдающим иллюзии высшего уровня, в противном случае защита банка разрушила бы чары. А это запрещено законом. Выяснив причину визита Зеленщика, легко нашлась ниточка, которая приведет к нему – женщина по имени Вирту.
Паша.
Нет. Каков наглец! Неблагодарная свинья! Попрошу напарника, он тебе такую гематому на башке сделает, что никакое, даже очень редкое, исцеляющее заклинание, не поможет. Будет тебе специальная гематома, «только для имперских магов, служащих в имперской тайной страже».
– Причина визита, – спросил я голосом стряпчего. Голос был мало похож, пока у меня получалось плохо. Главное, что его хрипящий голос мало напоминал мой собственный.
– К целителю Лутту. Лечиться, – соврал Хард. Смотри, накликаешь себе болезнь, по-настоящему придется лечиться.
– Неприемный день, – отрезал я и отвернулся. Хард в недоумении опешил. Затем, попросту, счёл несолидным для себя пререкаться с привратником. Небольшое волшебство – Хард положил медную монетку на подоконник, и дверь отрылась. Я вынужден был изобразить воодушевление. Хард презрительно посмотрел на мой открытый рот и подумал: «Что, деревня, деньги впервые увидел?» Я подождал, пока Хард отойдет от моей будки, и стал перебрасывать в тайник на сеновале свои вещи из комнаты. Хотя я держал в комнате только самое необходимое, не следовало оставлять там ничего. Через пять минут я сидел в телеге, направляющейся в село, и весело болтал, за год я познакомился со всеми жителями села. Пустой разговор не мешал мне следить за Хардом, тот действовал неспеша, всё еще ждал в приемной настоятеля. Через два часа Хард вернулся к будке привратника, убедился, что я сбежал, и дал сигнал отряду прикрытия. Еще через час по всем дорогам поскакали двойки, боец и маг. Цинизм Харда меня уже не удивлял. Посылая людей на мой поиск, он был уверен, что их подготовки недостаточно, и я их мгновенно уничтожу. И этого человека я спасал в замке барона Приора! В обители Хард развернул целое расследование. Взял под арест Ресига, из села привезли Зюс с младенцем. У Харда хватило полномочий, чтобы посадить под арест даже Лутта. Хард становился мне всё более неприятным. Когда занимаешься работой, это одно, а когда прикрываешь себе задницу кипучей деятельностью, это совсем другое. Мне снова пришлось воровать. Дождавшись ужина, я добавил Харду слабительное, но добился только ареста повара и прислуги. Ничего, всех не посадишь! Весь следующий день Хард не вылезал из туалета. А между тем двое стражников догнали меня, и обогнали. Я покрасил волосы в черный цвет, сменил одежду, и этого хватило. Даже не стал отводить глаза. Я решил остаться в городе, за действиями Харда нужен был глаз да глаз. Гостиницу выбрал другую, не ту в который мы год назад останавливались с Зюс. Хорошо, что продажа драгоценностей мага затянулась, не все деньги достались Вирту, и я могу не воровать.
  
Глава 4
 
Пограничье 
 
Хард. 
  
Исцеляющее заклинание не помогало совсем. Сквозь организм вся еда пролетала мгновенно. Это маг навел жуткое проклятие! Сколько же у него артефактов? Три? А может больше? У имперской безопасности к нему много вопросов, одним больше, одним меньше. Эту троицу: целителя, послушника и любовницу мага с его маленьким ребенком надо отправлять в столицу. Там есть маг, читающий в голове человека воспоминания. Службе нужны все детали, самые мелкие. По ним можно построить психологический портрет Зеленщика. Конечно, эти трое превратятся в растения от эликсира правды, но интересы империи превыше всего. А ребенок Зеленщика послужит приманкой.
Паша.
В замке барона Приора я помогал самоотверженному служителю закона. Хард и сейчас служит этому закону, как цепной пес. Что же меня так возмущает? Я неизвестная угроза? Да! Хард пытается всеми средствами эту угрозу ликвидировать. Формально, он истинный патриот империи. Он даже взяток не берет, не то, что наши, на Земле. Честный, далекий от коррупции оперативный работник. Идеал! Но как мне хочется его удавить! Полномочия тайной стражи меня удивили. Зюс и Ресиг обычные граждане, с ними и у нас разговор был бы короткий. Но Лутт! Из очень знатной семьи, пусть идеалист, но не диссидент! Не понимаю, неужели его семья спустит такое, фактически убийство, на тормозах? У нас с таким человеком обращались бы более деликатно. Мне так кажется. Хард наметил отправку заключенных в столицу на следующий день. Я купил восьмерку лошадей, и поздней ночью был уже в обители. Арестанты сидели в разных местах, пришлось собрать их у Лутта, его камера была чуть больше других. В намерения Харда никто не поверил.
– Таких наказаний не может быть, – удивился Ресиг.
– Я не совершала никаких преступлений. Отец напишет жалобу епископу, меня отпустят, а Харда выгонят с работы.
– Нет. Этих плебеев, возможно, заставят выпить сыворотку правды. Но не меня!
Это прямое нарушение имперского закона. Тот, кто применит сыворотку к дворянину, подлежит немедленной казни, – Лутт рассмеялся мне в глаза.
– У меня к тебе предложение, Лутт. Я выведу тебя из обители, дам двух лошадей. Ты можешь успеть в столицу раньше погони. Попросишь помощи у родни, это хороший шанс. Из дворца твоего дяди тебя невозможно забрать без его согласия. А купить его согласие будет стоить очень-очень дорого для тайной стражи, – я вслушался в его мысли. Легко убеждать собеседника, когда он сам тебе помогает.
– Ты прав, Паша. Лучше перестраховаться. Этот Хард, на вид, жуткий карьерист.
– Напарник, я дал тебе возможность спастись, дальше моя совесть чиста. В имперскую тюрьму я за тобой не полезу.
– У меня нет родителей. Мне бежать некуда.
– Поехали со мной. Сытого благополучия обители не обещаю, но неужели два мужика не прокормят себя?
– Хорошо. Я согласен, напарник! Я встал и поторопил Лутта и Ресига.
– Ты бросаешь меня на съедение Харду!? – с болью в голосе, захлюпала носом Зюс.
– Ты сама сказала, что твой отец поможет тебе, – удивился я.
– А если он не успеет?
– Что ты хочешь?
– Не знаю. Выкради Харда. Убей его. Уничтожь тайную стражу. Сожги огнем всё столицу, вместе с императором. Я не знаю! Мне надоело в тюрьме! Мне страшно, – Зюс расплакалась.
– Бери ребенка и пошли с нами. Я отвезу тебя к отцу, а он спрячет тебя в одной из церковных обителей, – мне не хотелось, чтобы Лутт твердо знал, где искать Зюс. Дождавшись, когда Лутт отъедет, я рассказал о своих планах.
– Лошадей тебе всучили дрянных, – сказал Ресиг.
– У меня уже проблемы с молоком. Твоей дочери и мне нужен комфорт, а не бешеная скачка. Доедем до ближайшего города, Ресиг купит экипаж, а я запасусь вещами. У тебя деньги есть?
– Осталось немного. Вот все, – я честно показал ей остатки денег.
– Будем экономить. Ты можешь задержать погоню?
– Угу.
Хард.
Как сонные мухи! Это не элита тайной стражи, а деревенские парни после попойки. Командир не вылезает из туалета, бойцы спят на ходу. Первый день был потерян впустую. Визит к отцу Зюс не дал результатов. Или он умело врет, или на самом деле не видел дочь. Еще день отряд искал следы беглецов.