Знахарь. Трилогия (СИ)
– Пусть твой вышибала отведет его во двор, и пару раз проучит кнутом, чтобы не задавал глупых вопросов. Вышибала уже стоял рядом со мной. «Я вас всех сейчас, как тараканов, или клопов … Я уже не святой, я просто Маг. Здесь не Земля, топтать себя не позволю …» – бормотал я «про себя», пока вышибала тащил меня по проходу. Моя шляпа слетела с головы и валялась на полу. Публика вывалилась во двор, вышибала бросил меня на грязный снег. Магического огня во дворе не было, и служанка принесла дополнительно пару факелов. Все бескровные варианты развития событий заканчивались моей поркой, а кровавые исключали дальнейшую поездку на дилижансе. Было стыдно, обидно и глупо ложиться под кнут, и я поступил так, как поступал в далеком детстве – ударил вышибалу по сопатке, добавив для надежности сильный удар в живот и небольшой паралич, на минутку. Когда я повернулся к дворянину, тот уже обнажил меч. Его сын стоял рядом, радостный, в предвкушении хоть маленькой, но драки. Он бросил на отца умоляющий взгляд, но тот не позволил ему броситься вперед, дисциплину я оценил. Я сделал вид, что наступил вышибале на горло.
– По твоей вине умирает человек, – бросил я вызов дворянину.
Тот стал еще осторожнее, прервал движение вперед и остановил хозяина гостиницы с дубинкой в руке. Пару секунд никто не двигался, затем дворянин достал из-за пояса магический пистолет. Чем-то я его насторожил. Что-то в моем поведении предвещало для него опасность.
– Отпусти слугу, или умрешь, – негромко сказал он. Но в наступившей тишине слышно было хорошо.
– Умрешь ты! – я сделал вид, что достаю оружие.
Он выстрелил, одновременно с моим падением на землю. «Две-три короны долой», – оценил я стоимость выстрела. Заряд промчался, казалось, опалив мне спину, и снес ворота конюшни. «Да тут целых пять корон», – сделал я поправку на мощность. Отец и сын синхронно, в момент выстрела, бросились в атаку, и одновременно упали, споткнувшись о лежащую в снегу оглоблю. Кто же мог её бросить в снег? Так удачно получилось, что я успел ударить и одного, и другого ногой по пальцам руки, и обезоружить, таким образом, дворян. Надеюсь, что никто не смог догадаться о магии. Сзади мне почудилось движение, я начал оборачиваться, и получил в правый бок удар стилетом. «Паренек» ударил так медленно и неуверенно, что защита амулета не опознала опасность. Откуда она взялась, худосочная доходяга, ни в одном варианте будущего её не было. Я продолжал поворачиваться, по инерции, а стилет проворачивался в ране. Было так больно, что я выключил нервные окончания рядом с кинжалом. Кровь брызнула «пареньку» в лицо и тот повторно потерял сознание. «Рана неопасная», – уговаривал я себя. Дворянин уже стоял в двух метрах от меня с огромным кинжалом в руке. Когда он только успел!? Я подбросил вверх магическую световую гранату и упал лицом в грязную кашу снега и конского навоза. Отобрав у дворян мечи и кинжалы, я пнул и того, и другого по ребрам. «Надо возвращаться, брать отряд и изображать из себя знатную особу», – подумал я, подходя к двери. Хозяин стоял понуро, за его спиной пряталась дочь дворянина.
«Не трусь!» – хотел успокоить я её, но она выскочила из засады, и свалила меня с крыльца. Высота была небольшая, четыре ступеньки, но девчонка навалилась сверху, и мои ребра затрещали. «Сука старая», – обругал я лежащую сверху девушку, хотя она повела себя молодцом, и была совсем молода.
– Гномы, – завизжала женщина у ворот.
Отряд гномов-бандитов привели люди-бандиты. Восемь гномов и два человека – это была сила, даже сама по себе, а сейчас люди во дворе были деморализованы взрывом гранаты. Нужно было уравнивать шансы, я с трудом сдвинул толстушку, встал и бросил в сторону всадников вторую, последнюю на сегодня, гранату. Ни люди, ни гномы не ожидали такого сюрприза, лошадям он тоже не понравился. Очнулся вышибала. Он увидел гномов, и начал свирепствовать! То ли он не любил бандитов, то ли сильно любил добычу, лезть к нему в голову не хотелось. Кто-то пытался отобрать у меня меч из левой руки. Остальное оружие дворян я выронил, а этот меч держал.
– Отдай, это чужое, – толстушка пыталась сломать мне пальцы. У неё это неплохо получалось.
– Как твоё имя, несчастье ты моё?
– Глюк, – опешила девица, и поспешила исправить ошибку, – незнакомые люди должны быть представлены друг другу третьим лицом.
– Я Паша. Меч отдам, если меня не будешь резать.
– Тебя? Ты на ногах еле стоишь, весь бок в крови, – без капли жалости, презрительно усмехнулась девица.
– Надеюсь, твой отец сочтет эту рану достаточной платой за мою «грубость»? – я подпустил в голос немного иронии.
– Опять грубишь? Завтра посмотрю на твоё самочувствие, может быть тебе и не помешает пара плетей, – Глюк всё-таки отняла у меня меч, и стояла довольная собой. Острие меча было направлено в мою сторону.
* * *Про меня, как бы, забыли. Утром Глюк не стала проверять мою пригодность для наказания кнутом, отъезжали рано. Но в дилижансе она бросила на меня злобный взгляд, не выспалась, наверно. Её отец сел напротив меня и моя беседа с соседом была испорчена. Не было той непосредственности, доверительности, я был слишком напряжен. Мой богатый попутчик был незнатен, рядовой дворянин. Имя у него было соответствующее – Ричи. Вальяжный, уверенный в себе, очень образованный, он не гнушался беседы со мной, как с ровней, без господской снисходительности.
– Прости меня за любопытство, еще вчера хотел спросить. У тебя необычный, бронзовый цвет кожи, так бывает после плаванья в жаркие страны? – ни вчера, ни сегодня Ричи не позволял себе личных вопросов.
– Да. Этим летом был на море. Решил отдохнуть: позагорать, поплавать, выпить красного вина, наесться до отвала настоящих персиков, что еще надо усталому от жизни мужчине. Разве что, завести курортный роман … – горько добавил я.
– Вижу, что затронул болезненные воспоминания, – сочувствующе сказал Ричи. Пауза затянулась.
– У меня, как у всякого дворянина, бывающего наездами в столице, имеется там любовница. Вот она-то создает мне массу проблем. Так что, я тебя хорошо понимаю, – ободряюще покачал головой Ричи.
– Да. Это была столичная штучка.
– Что ты хотел от особы, готовой два месяца путешествовать, ради того, чтобы увидеть море? В столицу едешь к ней?
– Нет-нет. Конечно, нет. Прошлого не вернуть! Да и перегорело всё. Оставим эту тему. Ты в столицу надолго?
– Недели на две.
– Не задерживайся там. Дружеский совет, – сказал я, тут же пожалев. Дилижанс сделал небольшую остановку. Мы вышли размять ноги.
– Не хочу оставаться в долгу. У меня для тебя тоже есть дружеский совет. Если бы в гостинице, ещё в зале, ты поставил на место вышибалу, то конфликт не имел бы продолжения. Этот «дворянчик» слишком осторожен. Уверен, что у тебя в запасе есть и другие сюрпризы, кроме магических гранат, – продолжил разговор Ричи.
– Сейчас я не жду от него подвоха.
– Сын и дочь могут быть лишены его горького жизненного опыта. И перестань презрительно смотреть на его дочь. Она толстушка, простушка и невоспитанна, но ты – будь снисходительнее.
– Кстати. Глюк фланирует в десяти метрах сзади нас. Ждет, когда я останусь один, чтобы продолжить издевательства. Трудно ей, второй день нет слуг, не над кем покуражиться.
– У тебя глаза на затылке, – засмеялся Ричи. Обернувшись, он заметил Глюк. Толстушка не выдержала и догнала нас.
– Ричи! Хотел показать тебе очень редкий амулет, – я достал обычный сотовый телефон, – его уничтожение лишает женщину возможности разговаривать. Жалко терять сотню корон, но …, – я выразительно посмотрел в сторону Глюк. Толстушка слушала меня, раскрыв рот от ужаса, затем развернулась, и быстро бросилась назад.
– Обманывать доверчивых девочек нехорошо, – засмеялся Ричи, – хотя должен признать, что выглядит твой «амулет» солидно!
– Ты заметил, что паренек, убивший громилу-бандита в гостинице, подружился с семьёй этих господ? – сменил я тему.