Я стираю свою тень 9 (СИ)

— Конечно, давно пора.
— Вот тебе кажется, что ты поселился в доме? Нет, ты поселился в ящике с запчастями. Вот тут транзисторы, тут резисторы, тут сервоприводы, тут лампочки, а тут передатчики. Постепенно руки доходят до всех, и лет через пять мы будем частью или частями разных орудий труда.
— Юра считает, что мы обязаны научить создателей воспринимать нас как равных разумных существ, — добавила Елена.
— А плазму можно убить? — Николаю пришла самая простая мысль.
— Зачем? — опешил Юрий.
— Затем, чтобы она не убила меня. Чего они боятся? Холода? Воды?
— Я вообще не думал об этом. Наверняка они не дадут нам этого сделать. Да и какой смысл? Это всё равно как если бы муравьи вдруг решили убить человека.
— Пока не попробуешь, не узнаешь результата. Страшно, конечно, у вас семья и есть страх друг за друга. А мне-то что терять? Вторую полсотню разменял, можно и рискнуть.
— Как полсотню? — не поняла Елена. — Вам же, в смысле тебе, чуть за тридцать.
— А, это всё подарочки через сноху. Омолаживаюсь время от времени. Так-то я уже древний.
— А я подумал, что у тебя от стресса фантазия немного разыгралась. Сын, сноха, — признался Юрий. — Ну, сорок, думаю, может, и есть, но с большой натяжкой.
— Паспорта с собой нет, поэтому верьте на слово.
Николай подошёл к кривому окну. В лицо дохнуло ветерком. В нём не было земного аромата свежей травы или выхлопных газов. Больше напоминало запахи, тянущиеся от сарая, в бытность в деревне, но оттенки всё равно были другими.
— А сколько людей здесь живёт? — спросил он.
— Мы не считали. В нашем доме триста с небольшим квартир. Таких домов в округе больше двадцати. Я думаю, тысяч десять человек разной степени комплектности, — предположил Юрий. — Но мы не знаем, сколько за этой планете таких посёлков. Предполагаю, что много. А ещё я слышал, что в нескольких километрах отсюда есть поселение, в котором живут совсем не люди. Сам не видел, но сведения правдивые.
— Животные? — предположил Николай.
— Вероятнее всего, жители других планет. Они не похожи на нас. Будто бы у них кожа, как у осьминогов или хамелеонов, умеет подстраивать цвет под окружающую среду. Но это уже могут быть и домыслы.
— А выходить отсюда можно?
— За километр я удалялся, но потом не помнил, как возвращался назад. Думаю, меня брали под контроль и просто возвращали на место. Они сильны в управлении разумом. Поэтому когда придут именно за тобой, ты не сможешь ничего сделать. Они оттяпают тебе руку, а ты будешь смотреть на это и молчать. — Юрий вздохнул и с сожалением посмотрел на жену и сына.
— Не раскисайте. Есть шанс, что меня будут искать. А если найдут, я заберу и вас, — пообещал Николай.
Юрий иронично усмехнулся.
— Что, думаешь, я тебе сказки-побаски рассказываю? Искать будут, я даже ни на секунду не сомневаюсь в этом. Другое дело, если не найдут. — Николай побарабанил пальцами по мягкому подоконнику. — Надо было остаться дома.
Метров за триста от здания, купаясь в сияющем воздухе, как в подсвеченном тумане, появился чемодан на ножках с седоком. Направлялся он будто бы тоже к этому дому.
— Ещё кого-то везут, — громко сообщил Николай.
Юрий с Еленой подошли к окну.
— Руки отняли, — заметил глава семейства намётанным глазом. — Но я что-то не помню этого мужика.
Николай пригляделся и узнал в нём недавнего знакомого Петра. Матернулся и кинулся к выходу из помещения. Сбежал вниз и встретился с ним уже у самого входа. Это действительно был Пётр. На месте рук у него остались бледно-розовые следы, как будто ткань зажила несколько месяцев назад.
— Коля, Колян, это ты? — плаксиво спросил Пётр, будто он был немного не в себе.
— Я, друган, я. — Николай подскочил к нему и стал помогать спуститься с неуклюжего транспорта.
— Колян, я в себя пришёл, а у меня нет рук. Представляешь? Куда они делись? — Пётр зашмыгал носом. — Как же я теперь без рук? Как удочку закидывать? Как за хрен браться?
— Придумаем что-нибудь, Петя, не бойся.
— А у тебя ничего не отняли? — Пётр встал на землю и осмотрелся.
  
— Пока нет. Когда мы были на корабле, мне сказали, что я посредственный и мало на что гожусь, — признался Николай. — А ты, выходит, нет. Руки у тебя загребущие не просто так, а талантливо, вот и…
— А что это за кукурузина? — Пётр кивнул на дом.
— Общага. Сейчас подсветка включится и тебе покажут, где жить будешь, — пояснил Николай. — Ты, наверное, есть хочешь?
— Какая еда, Колян, мне руки отхреначили по самые плечи, — чуть не плача, произнёс Пётр.
— Прости, забыл.
Из дома выбежали Юра с женой и замерли.
— Это мои первые знакомые. Несколько часов назад познакомился. Юра и Лена. Они тут уже полгода живут.
— Пётр, или то, что от него осталось, — мрачно пошутил рыбак. — Извините, не могу подать руку.
— Мы вам поможем адаптироваться. В нашем доме больше половины людей не имеют конечностей. Все к этому уже привыкли.
Пётр зажмурился. Из каждого глаза выдавилось по слезинке.
— Я так и знал, что попаду в ад за свою жадность, — произнёс он и тяжко вздохнул.
  
Глава 7
 
Четвёртая планета оказалась наиболее близкой к нашему кораблю, что позволило в режиме полного радиомолчания и оптической маскировки приблизиться к ней на расстояние высокой орбиты. Планета очень походила на Землю не только параметрами, но и внешне, но при этом она вращалась вокруг своей оси в два раза медленнее далёкого двойника. Ночей здесь в привычном для нас представлении не наблюдалось. Возмущённая атмосфера светилась круглосуточно, создавая на тёмной стороне лёгкий сумрак.
— Кажется, нас не заметили. — Трой проверил все отчёты корабля об изменениях в окружающем пространстве на расстоянии ста миллионов километров. — Они не очень-то активны для цивилизации, обладающей гиперпространственными перемещениями. Одновременно в пределах солнечной системы наблюдается пять объектов, курсирующих между планетами.
— Мы, люди, суетливы, — произнёс Апанасий. — Нам вечно куда-то надо. А эти несколько лет провели на дне озера и ничего, никуда не спешили.
— Интересно всё-таки зачем? — Меня не отпускал этот вопрос. — А не оставили ли они там сюрприз, который пометил Землю как место, подходящее для добычи человеческого ресурса?
— Надо будет дать информацию через Айрис, пусть проверят, — решил Апанасий. — Землю — землянам.
— Как мы сможем найти отца? — Я посмотрел на экран, показывающий часть суши, на которой можно было рассмотреть объекты, отдалённо напоминающие дома.
— Вот в этом квадрате, примерно сто на сто километров, корабль совершил посадку. Как только оптика обнаружит его, мы начнём искать место для посадки.
— А нас не засекут, как только мы войдём в атмосферу? — Хоть я и не был специалистом в устройстве средств обнаружения инопланетных цивилизаций, но предполагал, что разогретый в атмосфере объект не останется незамеченным.
— Корабль не обнаруживает никакого направленного излучения. У меня такое чувство, что здешние жители совершенно уверены в том, что к ним никто не пожалует. — Трой ещё раз проверил все отчёты. — Но мы сделаем так: определим точку посадки, рассчитаем траекторию, аналогичную падению метеорита, и свалимся на планету. Планированием в атмосфере воспользуемся на минимальной высоте. Я так делал несколько раз, когда возил контрабандистов. Весёлые были времена, непонятно только, зачем они мне были нужны.
— Как раз чтобы ты сегодня воспользовался полученным опытом, — мудро рассудил Апанасий.
Чтобы не оказаться застигнутыми врасплох после обнаружения стоянки космического корабля, на котором похитили отца, мы решили покружиться на орбите ещё несколько часов. Никакого повода для тревоги так и не возникло. Активность на планете была такой, словно о ней вообще забыли. За это время оптика корабля нашла порядка ста с лишним поселений и огромное количество признаков ведущейся сельскохозяйственной деятельности и добычи полезных ископаемых. Однако следов переработки в виде дымов от плавильных печей не нашлось, как и следов пыли и дыма в атмосфере.