Я стираю свою тень 9 (СИ)

В дверной проём заглянула любопытная мордаха сына Юрия. Мальчишка, увидев, что его заметили, спрятался и снова показался.
— Проснулся? — спросил он. — Пойду скажу папе. — Ребёнок убежал.
Через минуту явилась вся семья. Супруга Юрия держала в руках грубо выточенную деревянную миску, накрытую большим зелёным листом. У Николая сразу же выделилась слюна. Он был уверен, что под листом лежит еда.
— Вы хорошо поспали, — заметила женщина. — Ванька устал дежурить.
— Я не уверен, что спал. Со мной всю дорогу разговаривали, — признался Николай.
— Да, тут есть такая странность. Благодаря мощным ментальным особенностям, создатели общаются только посредством мыслей, а во сне лучше всего узнать способности человека, — пояснил Юрий. — Вот, примите по-соседски. Елена моя выращивает огород прямо в пустующей комнате. Местные этого не понимают, и я думаю, даже не видят.
— Угощайтесь. — Супруга передала блюдо, сняв листик. На нём лежали разрезанные пополам небольшие помидорки, только начавшие поспевать, перец и огурец. Николай хотел накинуться на еду, но увидел взгляд Ваньки, с жадностью смотревшего на неё. Он разделил порцию на четыре части.
— Я же только с Земли, ещё не успел соскучиться, — соврал он. — Давайте все вместе за знакомство.
Долго упрашивать не пришлось. Юра и Лена тоже не выглядели ни в чём себе не отказывающими людьми.
— У нас случайно оказались с собой семена. Я покупала, чтобы дома рассаду поставить, да так в кармане куртки и остались. Вот, пригодились. Вначале на улице высадила, но люди не дали поспеть, съели ещё неспелыми. Решили у себя в комнате сделать грядку. Тут и растениям микроклимат больше подходит. Меньше этого дурацкого света и влажность оптимальнее. Мы упросили создателей сделать капельный подвод воды. Балуем себя иногда свежими овощами. — Женщина взяла быстро опустевшее блюдо.
— Честно говоря, неожиданно встретить земную еду на другой планете, — признался Николай.
— А вы так спокойно об этом говорите, словно легко приняли факт существования пришельцев и космического перелёта, — удивился Юрий. — Мы с Еленой долго пытались договориться со своим рассудком, что не умерли, не в аду или не в психиатрической лечебнице.
— Я матёрый космический путешественник, поэтому у меня не было никакого когнитивного диссонанса.
— Так вы не с Земли? — удивилась Елена.
— С Земли, — усмехнулся Николай. — Только наша сноха не с Земли. Упала сыну на голову в медицинской капсуле, а потом вышла за него замуж, чтобы загладить посттравматический синдром. Она со станции, похожей на питомник для людей, которых разводят высшие. Есть такая организация в космосе, представители которой считают себя умнее остальных и учат жизни. Может, слышали?
— Нет, — покачал головой Юрий.
— У нас на Земле об этом не говорят, но мы тоже у них под охраной. Но охранники из них настолько хреновые, что это только на моей памяти третий случай похищения людей.
— Чудеса. В жизни бы не поверил в такое, если б не оказался здесь. Как там, на матушке-Земле? — спросил Юрий с ностальгической тоской в голосе.
— Да как всегда, люди грызутся из-за ерунды, нравственно разлагаются и мечтают о светлом будущем. Ничего такого значительного за полгода и не припомню. Я, наверное, даже телик за это время ни разу не включал. У меня же телефон остался. Держите, — Николай, обрадовавшись, протянул телефон, — можете почитать, что в памяти сохранилось, пока батарейка не сядет.
Ванька перехватил телефон со скоростью дикого зверя, отбежал в сторону и сразу принялся исследовать его содержимое.
— Соскучился. — Мать с теплотой посмотрела на сына.
— У меня с собой рыба ещё была, килограмм семь, но она на корабле осталась, — с сожалением произнёс Николай. Сейчас бы он не отказался от жареного карася или даже запечённого на открытом огне.
— Я бы навернул рыбки, — громко сглотнул слюну Юрий.
— А вас тут тоже кормят через питательные трубки? — поинтересовался Николай, очень рассчитывая на отрицательный ответ.
— Нет, что вы, — рассмеялась Елена. — Это было только на корабле. Тут кормят брусками или кирпичами, как говорит Ваня. Сейчас покажу.
  
Она убежала и вскоре вернулась с брикетом грязно-белого цвета, напоминающим мыло.
— Вот это еда, которой нас кормят. Вкуса почти нет, но никто не умер и не заболел. Попробуйте. — Лена протянула брусок Николаю.
Тот осторожно взял его в руки, обнюхал, повертел.
— Кусать? — спросил он.
— Кусайте, — разрешил Юрий.
Николай вонзил в него свои молодые зубы. По структуре питательная субстанция напоминала затвердевшую мякоть кокоса, но по вкусу совсем нет. В ней явно присутствовал жир, дающий маслянистость, клетчатка, белок и чуть отдающие сладостью углеводы. В целом вкус оказался довольно нейтральным, совсем не напоминающим желе, которым потчевали на космической станции.
— Есть можно? — поинтересовалась Елена.
— Вполне. Когда мы поженились с Ниной, так зовут мою жену, первые полгода она готовила ненамного лучше. Это напоминает пудинг, который она пыталась приготовить на мой день рождения и растопила в нём свечку. Я из вежливости его съел, пока она её искала. Потом выяснилось, куда она делась, но было уже поздно. У меня, кстати, никаких последствий не было. Так что могу без страха есть здешние кирпичи. — Желудок Николая отозвался на появление в нём еды благодарным урчанием. — Расскажите, как здесь всё устроено.
Юрий закатил глаза под лоб и ухмыльнулся.
— Это сложно. Мы ведь отсюда никуда не выходили по большому счёту. Одно знаю точно — всё, из чего состоит наше тело, создатели пускают в дело.
— Я видел людей без конечностей, пока поднимался сюда, но вы целёхонькие. Тьфу-тьфу-тьфу, простите. — Николаю стало неудобно перед семьёй, будто он пытался напророчить неприятности.
— Мы ведь по здешним меркам недавно, — пояснила Елена. — Но у нас всех брали генетический материал. У Юры даже в голове что-то ковыряли, слава богу, без последствий.
Глава семьи нагнул голову и показал пятнышко плеши размером с монету.
— Непонятно, брали из мозга или, наоборот, что-то туда положили. В любом случае я пока не замечаю разницы. Мне сказали, что мышечная масса и в целом развитие мышц у меня атрофическое, поэтому мои руки и ноги ни на что не годятся.
— Например, на чемодан, на котором я сюда приехал, — вспомнил Николай. — Вы хотите сказать, что его собрали из частей человеческих тел?
— Вы про местный транспорт? — догадалась Елена. — Нет, это полностью генетический продукт.
— Возможно, рождённый, — шёпотом добавил Юрий.
— Как это?
— Я слышал, что создатели используют женщин в качестве инкубаторов. Подсаживают им свои сконструированные зародыши, а те рожают потоком. Кто вот таких лошадок, кто шахтёров, кто десятников и сотников. По сути, женщины рожают инструменты для создателей, которые те используют в своих целях, как мы используем молоток или лопату.
— Звучит бредово, — задумался Николай. — Какой-то сложный и долговременный способ создания инструмента.
— Понятие о времени у всех разное. Мне кажется, что создатели живут столетиями, а то и тысячелетиями. Их плазменные тела не подвержены таким процессам старения, как у нас. А ещё я предполагаю, что из-за того, что мы кардинально отличаемся друг от друга, они воспринимают нас так же, как мы воспринимаем компьютеры. Для нас кремний — это вещество, которое умеет делать расчёты только благодаря применению наших знаний и технологий. Мы же не воспринимаем его как самостоятельный разумный камень.
— Само собой. Как камень будет разумным? — усмехнулся Николай.
— А теперь представьте, что мы не обладаем органами чувств, позволяющими видеть деятельность этого камня.
— Не понял.
— У создателей нет ни глаз, ни ушей, ни носа, ничего из того, к чему мы привыкли.
— Это я заметил, по тому, как они строят, — перебил Юрия Николай. — Только слепые могли нагородить такие кривобокие дома.
— Согласен, но мы уже привыкли к их стилю. Создатели понятия не имеют, как мы выглядим. Они ощущают нас как-то по своему, как именно, мы никогда не поймём. Им непонятна наша логика, поэтому они просто не наблюдают нашу интеллектуальную деятельность. Мы делаем только то, что можно увидеть глазами, потрогать руками, услышать ушами и унюхать носом, а для них этого не существует. Всё, что о нас поняли, — это то, что, применяя к нам методы программирования, они получают устройства, выполняющие работу — физическую, вычислительную, информационную. Вот тебе, Николай, прости, можно на «ты»?