Наложница для дракона инквизитора (СИ)

– Так он же был заодно с Дарки. И ты этого не могла не знать.
– Он играл на стороне и ваших, и наших, Злата. И тогда я решила выйти замуж, чтобы сбежать в другие земли. Это был договорной брак. Я бы продолжала помогать, но была бы как можно дальше от него. Пусть истинная связь пропала, но мое сердце не переставало трепетать при одном воспоминании о предателе. Так он взял и убил моего жениха! Перекрыл мне все дороги, обрек меня на незавидную участь наблюдать за его выходками. А сам питался золотом и наращивал мощь, покрывая королевских наложниц. И ко всему прочему, не побрезговал за вознаграждение якшаться с Эвдженией. Пусть он и совершил несколько добрых дел, но поверь мне, это все лишь для его личной выгоды. Он все просчитал наперед. И нет в нем ни капли благородства! И самое паршивое, что теперь, когда Мартегана свергли, я чувствую, что эта связь возвращается. Потому не сдержалась, - закрывает лицо руками и задыхается от рыданий. – Я не знаю, как с этим жить…
– Прости меня, Марисса, - с постели подает голос Дарки. Глаза закрыты, а руки в кулаки сжимает. – Я не должен был просить его об этой услуге. Но вы уже столько лет не общались. Я и подумать не мог… да и тогда вы скрывали свои отношения. Никто не предполагал, что между вами что-то серьезное.
– О, как много нового я о себе узнал, – на пороге возникает Зорак. Руки скрещены на груди, лицо… сложно разобрать эмоции.
– Ты не улетел? 
Я подбегаю к Дарки, он очнулся, мне легче, но боковым зрением наблюдаю за драконом.
– Я подозревал, что за моим уходом последует откровенность. И просто не мог этого пропустить.
Глава 34
– Подлость и ложь у тебя в крови! Уходи, Зорак. И не попадайся мне на глаза! – руки Мариссы ходуном ходят, кровь прилила к щекам. Она явно не ожидала, что ее душевные откровения будут услышаны им.
– Закрыться и никого не слушать – это так на тебя похоже.
– Ты как? – спрашиваю Дарки, тревога за его состояние в данный момент перевешивает все.
– Злата, прекрати тревожиться, тебе нельзя! – нахмурил брови. – Я тебе ранее сказал, что все заживет. Думай о нем, - рука перемещается мне на живот. Так тепло становится, эх, жаль, мы не одни. На несколько секунд выпадаю из реальности.
– Он поправится, – травница отходит в дальний угол комнаты. – Зорак, больше тебя не задерживаем.
– Ты во многом ошибаешься, Марисса, - Дарки спокойно выдерживает ее гневный взгляд. – Будет лучше, если он сам прольет свет на события. Ты слышишь только себя, попробуй услышать его.
– Будет лить ложь в уши! Нет, уж, спасибо! – скрещивает руки на груди.
– Ты высказалась, он тоже имеет право, - говорю, глядя на Зорака, и почему-то даже после признаний девушки, в моей душе не появилось неприязни к нему.
– Марисса, откуда у тебя уверенность, что у меня все было так радужно? Ты интересовалась моей жизнью, или сделала выводы из уведенной издалека картины? Ты была в заточении, но при этом, рассказываешь так, словно видела все воочию, - дракон не показывает эмоций, говорит очень спокойно, голос мягкий, и при этом возникает ощущение скрытой ярости.
– Будешь из себя страдальца строить? Расскажешь, как мучился, покрывая наложниц? Как тебя заставляли принимать блага за предательство? Еще скажи, что все твои лживые обещания мне, были правдой!
– Пожалуй, расскажу, как все было, Даркмор был свидетелем многого, и он не даст соврать. Когда случился переворот, я попал в плен. На моих глазах убивали друзей, тех, с кем я рос, под пытками растерзали мою мать и отца. И я беспомощно наблюдал за их казнью, и ничего не мог сделать, был закован в магические цепи с головы до ног. Меня не тронули, я являлся хранителем порталов. Я был нужен, но меня хотели сломить, подчинить новой власти. То же самое в соседней камере проделывали с Даркмором. И еще с несколькими нашими товарищами. Болотный род, несмотря на магию, был слаб, и им требовалась сила драконов. У нас был выбор, упираться и пойти на смерть, или на время покориться и далее в будущем попробовать что-либо изменить. Наша смерть не принесла бы пользы. А так своим согласием мы могли кое-что выторговать. Попробовать спасти кого сможем, до кого еще не дотянулись болотные лапы. Даркмор выторговал жизнь своему отцу. Его выслали, но Айвор остался жив. Я взамен на свои услуги попросил жизнь для тебя…
 
– Бред, Зорак! Полнейшая чушь! – она выкрикнула так громко, что у меня уши заложило.
– Бред? – горько усмехнулся. – А не захаживала ли к тебе ежедневно мать Эвджении, не поила ли снадобьями, от которых ты едва могла встать с постели?
– Да… но! Я тогда просто заболела! Меня лечили!
– И отец приходил к тебе, интересовался, не примешь ли ты его сторону?
– Заходил. И я всегда отказывала. Я говорила ему в лицо все, что думаю, была честна, что как только выйду, годы потрачу, но найду снадобье, которое отнимет у него ворованную магию. И я его нашла! Я сдержала обещание!
– Нашла, верно, - оскалился. – Мартеган повержен. Но была бы у тебя эта возможность, если бы тебя убили еще там в подземелье? Ведьма вбирала в себя энергию, медленно подводила тебя к могиле. А в один момент все прекратилось, и твоя камера в подземелье сменилась на комфортную комнату со всеми удобствами.
– Отец смилостивился и улучшил условия моего заточения. Какое отношение к ним имел ты, Зорак?!
– Зорак договорился с Марконом. Выторговал для тебя максимально возможные условия. И обеспечил безопасность твоего старшего брата, который, как ты знаешь, тоже был против новых порядков, - говорит Дарки, и при этом теснее прижимает меня к себе. – Потом, когда твой отец освободил землю от своего присутствия, Зорак убедил Мартегана выпустить тебя. Но ты снова взбунтовалась, и Зораку пришлось отдать часть своей энергии, чтобы сохранить тебе жизнь. А чтобы восполнять ее, он вынужден был питаться золотом. Ты получила удары плетью на площади, максимально легкое наказание, которое было возможным, и относительную свободу. А дальше, – Дарки скрипнул зубами, выдохнул дым, – вы сделали все, чтобы я уверовал, что между вами все давно в прошлом. И было ли что-то настоящее? До этого момента я был уверен, что нет…
– Как у вас все складно, а я, слепая, ничего не видела, что происходит у меня под носом, – голос Мариссы уже звучит не так уверенно. Она села на стул и как-то сникла. Гнев явно сменился на сомнения.
– Я нисколько не снимаю с себя вины. Я далеко не безгрешен. Но пищу для моих последующих поступков дала мне ты. Твой так называемый жених, с которым ты показывалась, где только могла, и усердно изображала вселенскую любовь. И я бы вас… отпустил, – Зорак морщит нос, - если бы не услышал, что он собирается с тобой сделать в своих землях. Ты бы стала бесправной рабыней и завидовала бы участи наложниц Мартегана. С кем ты связалась, Марисса? С жестоким чудовищем, у которого источник наслаждения – женская боль. Если не веришь моим словам, можешь посетить те земли, расспросить подробней про своего «возлюбленного». Я убил его. С удовольствием растерзал на куски. Ты очень старалась убедить всех в ваших чувствах, что ж, я поверил. А далее попытался тебя забыть.
– Забывался в объятиях бесчисленных самок? – сверкнула зло глазами.
– Как умел. А до этого не раз пытался с тобой заговорить. Ты же несколько раз облила меня своими отварами, после которых я долго лечил язвы на теле. Отгородилась от всех и практически ни с кем не вступала в беседу. А я пытался тебя забыть. Плюс наложницы короля – это источник информации, который нам был необходим для борьбы. Еще мы их спасали, кого получалось. Даркмор принимал дары от Мартегана, и мы помогали девушкам обустроиться на новом месте. Я не был желанным гостем в королевском замке. Продолжал быть в немилости у короля. Этот факт ускользнул от твоего взора. Из-за моих способностей Мартеган не мог от меня избавиться, но старался держать меня на расстоянии. А Эвджения – интрижка с ней открывала много возможностей, борьба набирала обороты, и требовались решительные действия.