Дорога за горизонт (СИ)

— Разумеется! — кивнул полковник. — Сообщение я уже отправил, а подробный доклад представлю сразу по возвращении.
Мы с Белым переглянулись. После истории с «кротом» аппаратура дальней связи на транспортере была отключена, причем физически — Петрович по приказу Калуги надергал из приборов каких-то релюшек и микросхем, отвечавших за их питание. Но местные этого знать не могли, а пучок антенн и спутниковых «тарелок» на крыше жилого модуля внушали уважение одним видом.
Другой вопрос, что у местных со связью было все в порядке и кто там кому чего уже сообщил — большой вопрос. Может, поэтому Калуга и спешит отсюда убраться.
Последним на борт поднялся Скелет, имевший довольно помятый вид — словно в этот раз он, а не Барсик решил сыграть роль нашкодившего кота. Утром я видел, как он о чем-то довольно экспрессивно спорил с Калугой, потом куда-то пропал до последней минуты и сейчас то хмурился, то вдруг начинал довольно улыбаться, словно вспоминая что-то приятное.
— Я так думаю… — Петрович щелкнул клавишей и водительское сиденье с тихим жужжанием принялось «подстраиваться» под водителя, — … они хотели к нам пару прицепов с товаром зацепить. Так-то людей с оружием здесь хватает, а риска немного. Тварей почти нет, мародеры… кого повыбили, кто вымерз, кто после зимы на юг подался, в теплые края. Тут другое. Городской-то транспорт на электрику в последние годы почти весь перевели, а вот с дальнобоями все не так просто. Страна-то большая, трасс федерального значения много. Ну а сейчас насчет горючки сами знаете. Все выкручиваются, как могут, а тута такой шанс поэкономить.
— Шанс на чужом горбу в рай прокатиться! — фыркнул Бугров. — Тоже мне, нашёл дурачков. Скажи, Сабиров?
— Так точно, товарищ прапорщик! — подтвердил «дронщик», не отрываясь от своего «чемоданчика».
Неожиданно я поймал себя на мысли, что не помню имен и фамилий, подчиненных прапорщика.«Санитар», «дронщик», «штурмовик» и «командир». Защитная реакция психики — если знаешь, что кто-то рядом в любой миг может погибнуть. Очень хорошо выведена в анекдоте про байкеров[3].
Так и бойцы Бугрова, а уж тем более, братки воспринимались как «расходный материал», о котором нет смысла беспокоиться и запоминать хоть какие-то детали. Вчера одни, сегодня другие, завтра третьи. У погибших в первой, неудачной высадке я и лиц-то не запомнил.
Но сейчас обстоятельства изменились. Мы должны стать одной командой, или… или далеко не уедем. Впрочем, насколько далеко нам надо, толком и неизвестно. По данным Калуги, нужный человек жил «где-то к северу от Вологды», что включает в себя примерно дохрена. Причем если это и в самом деле старообрядцы или вовсе какие-то сектанты, отыскать их будет вдвойне сложно. Навыки заныкаться подальше и поглубже у них оттачивались веками.
Увы, Калуга пока никак не продемонстрировал, что понимает важность и нужность процесса сколачивания подразделения. Слишком он зациклился на своей мега-идее спасения человечества, спихнул «мелкие детали» на Бугрова… который, увы, явно «не тянет». Прапорщик в данном случае, это не только звание, но и диагноз[4]. Не знаю, что их с полковником связывает, но сильно подозреваю, что тут случай из разряда «нужны не умные, а верные». Впрочем, на факт, что у Калуги был выбор. Умный человек добровольно в эту авантюру и не полезет, недаром ему пришлось участников добирать всякими «нестандартными методами».
А значит, придется действовать как-то иначе.
Переговорить с «командиром» оказалось просто. Хотя на транспортере стояла мощная фильтро-вентиляция, курить внутри Калуга запретил. Подозреваю, даже не из соображений пожарной безопасности, а просто «потому что вот!». В итоге курящий народ периодически вылезал на крышу транспортера и мне осталось лишь дождаться, пока наверх высунется нужный человек — и щелкнуть зажигалкой.
— Ты ж вроде не куришь?
— Девушка курит. Да и огонь в пути развести… — я не стал уточнять, что для костра у меня две отдельные «турбо», плюс коробок саперных спичек.
— Ясно-понятно.
  
Сейчас, на солнечном свете, без тактических очков, «командир» выглядел моложе, чем я предполагал ранее. Лет двадцать пять, а не ближе к тридцати, просто борода старит.На срочника все равно не тянет… контрактник? Похоже на то.
Сигареты он доставал из мятой пачки «кента», но судя по запаху, это было что-то из новых самокрутов, с горлодерным самосадным же табаком. Доступные запасы курева народ перевел в дым довольно быстро, а ветер, дождь и снег усилили дефицит. Имелись умельцы, которые потрошили старые испорченные сигареты, просушивали табак и сворачивали заново, но спрос все равно превышал предложение.
— Есть разговор, старшина.
— Внимательно.
— Раз уж так вышло, что мы в одной лодке, — я постучал по крыше транспортера, — надо бы заняться совместными тренировками. В засаде мы кое-как отработали, но это была статика, где сел, там и стреляешь. Если надо будет штурмануть чего или просто в бою активно маневрировать, могут возникнуть сложности.
— Не могут, — усмехнулся старшина, — точно возникнут, к бабке не ходи. В рациях у всех батареи полудохлые, заряд нормально не держат. А Бугор привык, чтобы все было, как в игре — приехали, дрон сверху повесили, а дальше командуй «два шага и за угол».
— И как, получалось?
— Когда получалось, когда не очень, — пожал плечами старшина. — Твари же тупые, но местами хитрые, ныкаться умеют. Но если грамотно друг друга прикрывать… да, насчет совместных тренировок идея хорошая. Ты снайпер, приятель твой с пулеметом, девчонки тоже не лыком шиты… есть с чем поработать. Я попробую Бугру аккуратно так закинуть. В идеале, чтобы он счел, будто сам додумался. И еще… — он чуть замялся…
— Карл, — я протянул руку.
— Валерий, — пожатие было крепким и уверенным, — на Валеру тоже отзываюсь. Ты вроде тепляками тогда, на дороге, неплохо так разжился.
— Две штуки могу дать. Потом сочтемся.
— Ага. На том свете угольками.
Когда я спустился вниз, Калуги в «рубке» не было, а Бугров переругивался с Петровичем по поводу скорости нашего движения. Под Питером после выхода из воды, как я помнил, техник раскочегарил наш атомоход до шестидесяти-семидесяти кээмче. Сейчас же цифры на экране перед водителем лениво ползали между двадцатью и двадцатью пятью. Что, по мнению Бугрова, было совершенно недостаточно и пахло форменным саботажем.
Петрович, в свою очередь, огрызался, что-де под Питером дорожное покрытие было совсем другого качества. Здесь же гонять и до Катаклизма не все рисковали, а сейчас и подавно. «Нулевой переход» превратил асфальт в нечто из ямок и трещин, сквозь которые уже активно прорастала трава и прочие кустики с деревьями. Учитывая нашу массу и «общую экспериментальность», как витиевато выразился Петрович, «разуться» или даже улететь в кювет атомный транспортер мог не просто, а очень просто. И вообще, лучше плохо ехать, чем хорошо идти! А кто не согласен, может пробежаться рядом и даже сбегать вперед и разведать обстановку.
Минут пять я пытался слушать их перебранку, потом мысленно плюнул и пошёл в «каюту» — передремать.
* * *
— Ну что там?
— Да вроде, все как в прошлый раз, — Юлька изогнулась, пытаясь натянуть свои «выходные» джинсы, — в город нас пустили, хоть и продержали на въезде больше часа. Сначала вообще пускать не хотели, типа мы зараженные, езжайте дальше, а то сожжем… а у них там реально пожарная машина со шлангом стоит наготове, прикинь, а!Бугров предлагал их превентивно продырявить из крупняка, но полковник решил в дипломатию поиграть и, не поверишь, добазарился. В город пустили, насчет гостиницы местный главгад… тьфу, градоначальник должен дать согласие. Ну и остальное после переговоров с ним. А народу много собралось.
Оконце типа иллюминатор в «каюте» имелось — правда, забранное толстенным и странно-выпуклым стеклом, изрядно корежившим картинку снаружи. Но и так общий смысл происходящего был понятен. Стоим на краю какой-то площади. С одной стороны виднеется морковно-серое четырёхэтажное здание, с другой на белом постаменте стоит покрашенный серебрянкой мужик в пальто — толком не разобрать, но судя по стилю, как бы не Ленин. А между ними что-то вроде рынка и да, народа бродит изрядно, хоть и будний день.